Ночь Солнца - Вадим Панов

– Спасибо.

– Убирайся.

Кайл шагает в Бухарест.

Королевский сад Сикинаэн Япония, Окинава

Возвращаться в Тайный Город не имело смысла: аналитики обрабатывали новую информацию, операторы осторожно, чтобы не спугнуть и не показать интерес, выясняли точное местонахождение целей, Белослава совещалась с начальством, а дознаватель и её команда ждали дальнейших инструкций на Окинаве.

Девушки выбрали приличный отель, заселились, приняли душ и отправились погулять по улицам старинного города. Поужинали, а выйдя из ресторана, обнаружили неподалёку ухоженный парк. Узкие дорожки, ровная, подстриженная трава, невысокие каменные мостики – со стороны территория показалась настолько уютной, что люды единогласно решили провести там вечер.

Официально парк закрылся ещё четыре часа назад, но ведьм это обстоятельство не смутило: прикрывшись мороком, они спокойно прошли сквозь ограду и, оказавшись среди невысоких кряжистых деревьев, там, где садящееся солнце подкрашивало воду в багряно-алый, поняли, что выбрали лучшее место для окончания вечера. Ветви плакучей ивы мягко опускались в пруд, тонкая трава создавала ощущение ковра, а сам сад казался хрупким и немного нереальным, словно нарисованный тонкой кистью на рисовой бумаге.

– Тут красиво, – вздохнула Полуница. – Хоть кто-то у челов умеет видеть природу и чувствовать её.

– Да, иногда им удаётся вести себя подобно разумным, – усмехнулась Деяна.

– Расистки, – пробормотала Ивица.

– Давайте просто насладимся красотой, – предложила Надежда. – В конце концов, у нас был долгий день, все устали.

И на некоторое время воцарилась тишина.

Солнце медленно скрылось, и парк, переживший короткую эпоху сумерек, провалился в темноту ночи, которую слегка разгоняла серебром выглянувшая луна. Парк преобразился, стал иным, сумел удивить ведьм, и молчание затянулось.

Но когда власть ночи окончательно победила, они вернулись к главной теме дня.

– Как думаете, кем может оказаться чуд? – тихо спросила Полуница. – Неужели это действительно Вальдер? Историк?

– Вальдера проверили: он не покидал Тайный Город, – коротко ответила Ивица.

– Проверили наши? – уточнила Надежда.

– Да, – подтвердила дружинница. – Было принято решение не обращаться в Орден.

То есть – не верят. То есть считают, что неизвестный чуд, оставивший следы ауры на военной базе, может оказаться убийцей археологов. И остаётся понять, по собственной инициативе он действовал или по заданию Ордена. И тогда…

– К началу совещания Белославы и Ожеги официальная версия звучала так: убийство археологов и похищение артефакта организовал неизвестный чуд, выдававший себя за капитана Стартхема. Его связь с американской армией ещё предстоит уточнить, сейчас же она признана незначимой для основного расследования. Пока мы полностью зависимы от компьютерщиков, пытающихся восстановить записи приезда Стартхема на базу. Если у них получится – будет хоть какая-то зацепка. Если нет, сядем в лужу.

– Рядом с навом?

– Нав – это головная боль, – вздохнула Деяна. – Наша головная боль.

Согласно той же официальной версии, Нега обнаружил разгром лагеря вскоре после нападения, спас подругу и бросился в погоню за убийцей. Причём, скорее всего, с благословения Тёмного Двора.

Но было совершенно непонятно, почему Нега застрял в Токио? Тоже в тупике?

– А может получиться так, что этот чуд – свободный наёмник, который понятия не имел, что связывается с Людью? – спросила Полуница.

– Может, – кивнула Ивица.

– И что?

– Ничего. – Дружинницы одновременно усмехнулись. – На нём кровь Зореслава.

– Понятно…

Чуду не жить.

– Но мне нравится мысль насчёт свободного наёмника… – протянула Гадюка. – Это значит, что о нём должно быть известно в Тайном Городе, и по этим следам его можно вычислить.

– И ещё он неплохо знает наши реалии, – вновь вступила в разговор Полуница. – Причём некоторые его знания лично меня ставят в тупик.

– Почему я не удивлена? – хихикнула Ивица.

Однако Надежда отнеслась к словам помощницы серьёзно.

– Что ты имеешь в виду?

– Мы до сих пор оставляли за скобками вопрос: откуда убийца знал, что нужно напасть на археологов? – ответила девушка, даже не посмотрев на Ивицу.

– Сдал кто-то из своих, – произнесла дружинница прежде, чем дознаватель поняла смысл вопроса Полуницы.

– Да, эта главная версия, – кивнула девушка. – Однако нужно отметить, что нападение было прекрасно подготовлено и осуществлено… Но самое главное не в этом, в конце концов, профессионалы способны провести операцию в условиях цейтнота, самое главное заключается в том, что Стартхем несколько недель сидел во Владивостоке. Понимаете? Стартхем оказался во Владивостоке до того, как члены команды археологов узнали, что полетят в Хабаровск.

Прозвучало и неожиданно, и весомо.

– Твоя версия? – медленно спросила Надежда.

– К сожалению, всё, что у меня есть, – это желание привлечь ваше внимание к странному факту, – развела руками Полуница. – Извините.

– Тебе не за что извиняться, – улыбнулась дознаватель и поднесла к уху подавший голос телефон: – Да… Я поняла… Выступаем. – Отключила трубку и посмотрела на насторожившихся дружинниц: – Операторы вычислили местонахождение Неги. А Белослава дала «добро» на разговор с ним.

– На агрессивный разговор с навом? – Ивица удивлённо подняла брови.

– Белослава считает, что на кону очень многое, и закусила удила.

Цитадель, штаб-квартира Великого Дома Навь Москва, Ленинградский проспект

Как Сантьяга и предполагал, поиск по современной базе данных – цифровой, удобной – ничего не дал. Совпадений по узору не нашлось, а все похожие рисунки комиссар после тщательного изучения отбрасывал. И потому пришлось отправиться в подземелье Цитадели, в главное хранилище знаний Тёмного Двора, к книгам и свиткам, которые князь по тем или иным причинам запрещал сканировать. Иногда – обоснованно, иногда – чтобы позлить комиссара.

Гигантское многоуровневое помещение поражало воображение и занимало столь огромную площадь, что между фондами приходилось перемещаться с помощью порталов. Миллионы томов, миллиарды листов и свитков, безбрежный океан информации, в котором царствовал Куби: длинный, голенастый и немного нескладный голем, обладатель непропорционально большой головы – вместилища нереально ёмкой памяти – и печального взгляда пленника – всезнающему, читавшему самые секретные документы Великого Дома Навь голему было строго-настрого запрещено покидать пределы библиотеки.

Одежду Куби предпочитал тёмных цветов, поэтому иногда он полностью исчезал во мраке хранилища, появляясь затем настолько внезапно, будто сбрасывая морок.