Кукла советника - Елена Литвиненко

– Да что с тобой? – раздраженно отбросил бумагу с моими потугами на философские размышления Тимар. – «Добрым словом и арбалетом…»

– А что не так? – набычилась я.

– Ты лучше спроси, что «так», – неожиданно успокоился Тим. – Пожалуй, хватит на сегодня.

Я недоверчиво прищурилась.

– Серьезно?

– Угу. – Тимар перебирал донесения, разыскивая что-то. – Куда же оно делось?.. – заметив, что я еще сижу, цыкнул. – Я могу передумать!

– Уже исчезаю! – подскочила я. – Только книгу возьму!

– Что б полезное читала…

Это Тим о романах. Слезовыжимающие истории он терпеть не мог. Хотя, на мой взгляд, ему самому не хватало романтизма. Боги щедро отсыпали брату силы воли, не поскупились на практический склад ума, да и на внешность тоже. А вот романтизма не было. Не считая этого – ну идеальный же. Красивый, храбрый, сильный.

Уши предательски заалели.

В какой-то момент у меня сложился образ идеального мужчины, и он один в один походил на старшего брата. Глаза – чтобы темные, волосы в косе, высокий, чтобы выше меня – я к своим тринадцати вытянулась чуть ли не на три с половиной локтя, манеры чтобы аристократичные, и меня чтобы любил. Примерно так. Подозреваю, всему виной были книжки – о благородных рыцарях, искусниках, магах, драконьих Всадниках и прекрасных принцессах. Хотя на принцессу я совершенно не тянула – тощая, одни локти да коленки, как у кузнечика. С другой стороны, на рыцарей я уже насмотрелась – и ни одного благородного на всю казарму не встретила. Мага, как и искусника, я знала только одного, но ни первый, ни второй восхищения не вызывали. Умели они многое, но как люди – те еще сволочи. Сибилл особенно. Эх…

И даже если предположить, что мне встретится книжно-правильный анахронизм (какое я слово знаю!) с букетом цветов и романическими бреднями, жаждущий лобзаний и объятий, – да я сбегу от него раньше! Или убью, если тронет. Что-то сдвинулось у меня в сознании после встречи с мантикорой, после горы трупов, рядом с которой я просидела несколько часов, дожидаясь помощи, и мысль об убийстве перестала вызывать дрожь в руках.

Книги стояли на полках корешок к корешку, тускло поблескивая золотым и серебряным тиснением. Люблю запах бумаги, краски, кожи обложек. Даже запах книжной пыли люблю, хоть и чихаю от нее, как от перца. Новые тома появились в библиотеке в прошлом году и разительно контрастировали со старыми, с их ломкими порыжевшими страницами и потрепанными переплетами. Граф расщедрился. Галия давно их все перечитала, еще до зимы, у меня же времени на блаженное ничегонеделание было гораздо меньше. Сегодня, например, первый свободный вечер за… дайте, Светлые, памяти… за все лето, кажется.

Я потянулась за книгой на верхней полке и охнула, когда резкое движение отозвалось болью в боку и спине. Если до утра не пройдет, придется идти к лекарю. … Обещая страшные кары, если он кому проболтается. Раз уж меня после простого отравления заставили вырабатывать иммунитет к ядам, то от боли в животе и разрезать могут, дабы проверить, что не так. Я потерла ноющее место и подтащила к стеллажу приставную лесенку.

Глаза разбегались. Что бы выбрать? О пиратах? О степных варварах? О Рау, где, говорят, чуть ли не каждый первый имеет слабый Дар?

Больше всего было книг о Меотских копях и эльвах – Галия обожала эти истории. Но, несмотря на то что подборка отвечала ее вкусам, мне нравилось представлять, будто Йарра купил их для меня – тисненые серебром тома заняли места на полках незадолго до моего двенадцатого дня рождения.