Академия Истины - Виктория Карелова

Знала бы она… Но я поспешила прервать подобное течение мыслей:

— А кто это?

— В смысле? — Мой вопрос, кажется, изумил Брианду донельзя.

— Ну, ты же изобразила кого-то конкретного? — Судя по всему, художница меня все еще не понимала. — Может быть, я ошибаюсь, но, наверное, так должна выглядеть Прекрасная Аморита.

— Ну и самомнение у тебя, однако! — фыркнула девушка. — Нет, я не пыталась изображать ничего эпического. Это просто ты в типичном сельском пейзаже.

— Я?! — Вот теперь пришел мой черед изумляться. — Да у нее от меня только волосы и поза такая же, в которой я стояла, а больше ничего общего!

— Это что, издевка или оскорбление? — моментально ощетинилась Брианда. — Я что, по-твоему, даже с портретным сходством справиться не могу, да?

— Что ты, я не сомневаюсь, что ты великолепно рисуешь, я такой красоты в жизни не видела! Но она же… да вот именно: она — красавица, а я — обычная. У меня и глаза не такие яркие, и фигура не такая стройная, и нос куда толще! И вообще: я бледновата, а от нее глаз невозможно отвести. Я даже с косметикой на лице так не выгляжу! Это… как его… художественное преувеличение, вот!

Девушка почему-то смотрела на меня с жалостью:

— Беру свои слова обратно! Нет у тебя никакого самомнения, тебе вообще самооценку кто-то так уронил, что она под плинтус закатилась. Интересно, кто ж с тобой так?

— Что? — Я растерянно моргала, совершенно не поспевая за мыслями собеседницы.

— Неужто в твоей деревне нашелся идиот, который тебя бросил?

— Куда бросил?

— В терновый куст! — захохотала художница. — Ну, разбил сердце, отверг или как там обычно пишут в романах. Ты, конечно, говорила, что кавалеров у тебя не было, но я в это никак поверить не могу.

— Нет, не было, честное слово! И никто мне ничего не разбивал. Но я же правда в зеркале совсем другое лицо вижу! Ну что ты смеешься?

— Ой, не могу! — Брианда уже оперлась о стол, продолжая ухохатываться. — Ой, рассказать кому — не поверят! С такими данными она сидит и комплексует! — Девушка утерла выступившие слезы. — Слушай, чудо в перьях, ты же этими черными тряпками себя просто убиваешь! Я понимаю, с мантией ты ничего поделать не можешь, но ведь и платье, как специально, вечно таскаешь такое, что его содрать хочется! Но даже в черном, который тебе совершенно не к лицу, ты все равно красавица, а уж если правильные цвета подобрать, вот именно так, как на картине, ты и будешь выглядеть!

Я только рот беззвучно открыла, а потом обратно закрыла, продолжая неверяще смотреть на художницу.

— Так, я хотела подождать до Новогодья, но выдержать этот олений взгляд просто не могу! Иди сюда, будем на тебе эксперимент проводить! — Девушка настойчиво потянула меня за руку.

— К-какой? — Мне сразу стало неуютно. От слова «эксперимент» ощутимо веяло чем-то нехорошим.

— Попробуем сделать из серой мышки прекрасную бабочку!

— Бабочки из гусениц получаются, а не из мышек, — назидательно сообщила я.

— А мы сделаем из мышки! Маги мы или не маги? — подмигнула Брианда. Не давая опомниться, она быстро потащила меня в угол, где стояла загадочная коробка. — Раздевайся!

— Зачем? — окончательно струхнула я.

— Сейчас же раздевайся, не то порву платье! — топнула ногой художница.

Я обреченно вздохнула и начала снимать одежду.

— Нижнюю рубашку тоже долой! — велела моя мучительница. Я попыталась было возразить, но девушка не стала слушать и быстро содрала с меня исподнее. — А теперь глаза закрыла и не подглядывай, иначе ты у меня вместо бабочки в жука-навозника превратишься!

— Не надо! — взвизгнула я.

— Цыц! Зажмурься, я сказала!

Я поспешно прикрыла глаза ладошками. Кто их разберет, этих истинников, может, она не шутит!

— Так, руки от лица убери! — скомандовала Брианда и начала на меня что-то натягивать. По ощущениям — ткань, и очень приятная. Возилась со мной художница довольно долго, я уже все губы искусала, пока меня облачили в несколько слоев каких-то материй, потом больно стянули волосы на затылке, а на грудь положили что-то ледяное. Я даже вскрикнула от неожиданности.

— Тихо, уже почти готово! — шикнула блондинка, что-то пальцами трогающая у меня на шее. — Так, теперь два шага вправо! — Меня потянули за руку в нужном направлении. — Смотри!

Я сразу распахнула глаза пошире, но не сразу поняла, что увидела!

Передо мной стояла девушка в платье из плотной поблескивающей ткани того оттенка желтого, какой бывает у лепестков девясила. Фасон немного напоминал наряды Чеккины, разве что рукава попышнее да вырез не столь глубокий, и тот прикрыт почти полностью роскошным ожерельем с цветами и бутонами, собранными из желтоватых камней. Золотистые волосы незнакомки были собраны в какую-то непонятную куафюру вроде конского хвоста. Но самое странное, что лицом она изумительно походила на женщину с портрета! Те же нежно-розовые щечки, тот же теплый тон кожи, глаза чуть посветлее, но все равно огромные.

Я перевела взор вниз и оглядела себя: тело облепила блестящая желтая ткань. Вскинула голову и протянула руку к незнакомке. Пальцы коснулись холодного стекла.

— Это… Это зеркало! — вскрикнула я, пораженная открытием.

— Естественно, — фыркнула Брианда. — А ты чего ожидала — иллюзию? Правда, отлично сидит? Как на тебя шито!

— А… — я все никак не могла справиться с удивлением, оглаживая странную материю, — а почему сейчас я похожа на портрет, а обычно не похожа?

— Я же тебе пятнадцать минут назад все объяснила! Потому что ты носишь дурацкое платье, которое тебе совершенно не идет! Вот это — твой цвет! Даже подкрашиваться не обязательно. Волосы в локоны уложить, и все умрут! Пойдешь в нем на маскарад! — С этими словами художница приложила к моему лицу небольшую масочку из той же ткани. — Это мой тебе подарок на Новогодье.

— Брианда, что ты, это очень дорого, я не могу принять такой подарок!

— Глупости! — отмахнулась девушка. — За твой портрет я планирую выручить гораздо больше. Так что прекрати нести чушь!

— Брианда, ты не понимаешь: да одни бусы стоят наверняка больше, чем весь наш дом!

— Сомневаюсь, но даже если так — радуйся! Украшение, кстати, не от меня.

— А от кого?

— Ну, от кого я могу передать тебе подарок? От Фила, разумеется.

Я дернулась так, что чуть не упала. Пальцы сами ухватились за каменные цветы, но я вовремя спохватилась, что могу испортить дорогую вещь.

— Нет! Брианда, это невозможно! Как оно снимается?

— Тьма и хаос! Колье-то тебе чем не угодило? Еще скажи, что некрасивое! — Кажется, девушка начала злиться не на шутку.

— Да пойми же ты, — взмолилась я, — не могу я принять такой дорогой подарок от постороннего мужчины! Нельзя!