Долина драконов. Книга первая. Магическая Практика - Елена Звездная

И тут же пришла мысль: а какой из двух Сарантусов умудрился побывать в Долине драконов? Тот, что был схвачен и уже казнен, или…

Ощущая нарастающий ужас, я посмотрела на магистра Воронира. Маг, внимательно наблюдающий за мной, усмехнулся, протянул руку и приказал:

— Иди ко мне, Милада.

Еще до того, как осознала все, чисто интуитивно отшатнулась назад. А затем, поддавшись панике, метнулась к двери, схватилась за ручку и поняла со всей накатившей безысходностью — дверь была заперта. Магически заперта. Но, даже понимая это, я все дергала и дергала ручку, в ужасе вспоминая материал по трансфигурации, а конкретно по созданию метаауры, для которой неизменно требуется физический контакт.

— Милада, Милада, — насмешливо прозвучало близко, настолько близко, что я осознала тщетность своих попыток этого избежать еще до того, как ладонь магистра властно легла мне на затылок, — и это после всего, что я для тебя сделал? Какая черная неблагодарность, девочка!

Меня затрясло, а следом скрутило от боли.

Сканирование ауры и создание ее слепка — процесс крайне болезненный для жертвы. Для студента-недоучки вроде меня еще и фатальный — процент выгорания в таких случаях семьдесят! И нет ничего удивительного в том, что я усилила болевой эффект, пытаясь сопротивляться. Заставляя себя сопротивляться… Сопротивляясь до последнего…

— А ты могла бы стать сильным магом, — насмешливо произнес магистр Воронир, усиливая нажим.

— Могла бы, но не стану? — дрожа от напряжения, переспросила я.

— У меня появились другие планы, — хмыкнул маг.

И нанес удар, легко ломая мое сопротивление.

* * *

В себя я приходила с трудом. Сначала долго лежала и тяжело дышала, пытаясь понять, почему болит все тело, потом уже практически не дышала, прислушиваясь к смутно-знакомым голосам. Одному, раздраженному, — мужскому и второму, — невнятно пытающемуся оправдаться, — женскому.

— Милочка, я не смог снять полный слепок ауры по причине того, что на Радович совершенно определенно находится какая-то защита. Судя по магическому фону — драконья!

— Но ни Камали, ни кто-либо еще не принимал ее в семью, магистр, соответственно, на ней не может быть никакой драконьей защиты, — оправдывалась девушка.

— Да неужели! — сарказм плескался в тоне магистра Воронира. — Милочка, я даже убить ее не смог, а вы говорите, нет никакой защиты!

Мне стало очень плохо, но я все равно заставила себя сесть, открыла глаза и огляделась. Было темно, но пара щелей в двери давали достаточно света, чтобы понять, что я нахожусь в кладовке. Здесь имелись ведра и метлы, сушились тряпки для пола и пыли. А затем я обнаружила, что, ко всему прочему, меня еще и связали. Ноги и руки были крепко схвачены веревками, на груди обнаружился блокирующий магию амулет. И это был действующий амулет, в смысле, он сейчас действовал. Я отчетливо видела пробегающие по нему синие искорки, а затем разглядела и зеленый световой луч — амулет блокировал и любые поисковые заклинания, направленные на меня. А заклинания применялись! Меня кто-то целенаправленно искал! Раз за разом луч вспыхивал на медной поверхности магического предмета, становясь все сильнее. И через несколько секунд я четко осознала — артефакт не выдержит. Он был сильным и древним, но тот, кто искал меня, причем конкретно меня, был сильнее, гораздо сильнее. Сильнее настолько, что следующий поисковый луч раскалил артефакт, по нему в последний раз пробежали голубые искорки, а затем древний магический предмет треснул, содрогнулся и перестал функционировать.

И практически сразу же раздался грохот где-то внизу.

А затем стремительные шаги по лестнице, уверенные — по коридору, и дверь в кладовку была распахнута, чтобы явить мне в ореоле льющегося дневного света суровый облик Владыки. Дракон несколько мгновений изучал меня пристальным взглядом, затем хрипло произнес:

— Госпожа Радович!

Почему-то после его слов я ощутила себя так, словно сама организовала и свое похищение, и свое связывание, а здесь в кладовке отдыхаю исключительно по собственной прихоти.

— Удобно? — сухо поинтересовался дракон.

— Вы знаете, не очень, — искренне призналась я.

На улице слышался шум крыльев, по гостинице — тяжелый топот ног, хлопанье дверей, скрежет передвигаемой мебели — здесь явно все сейчас обыскивали.

Владыка, еще раз смерив меня тяжелым злым взглядом, медленно подошел, присел передо мной, взял двумя пальцами треснувший амулет и принялся внимательно его изучать. Я продолжала сидеть все так же со связанными руками и ногами, которые уже изрядно затекли, но привлекать внимание дракона к своему плачевному состоянию постеснялась.

— Блокиратор, — продолжая разглядывать, похоже, им же сломанный амулет, произнес Владыка.

— Похоже на то, — согласилась я.

— Вы видели того, кто напал на вас? — последовал спокойный вопрос.

Я кивнула. После чего выразительно посмотрела на свои руки. Владыка, опустив глаза, так же внимательно на них посмотрел, затем перевел взгляд на меня и вопросил:

— И кто же?

Отставив смущение, я набралась смелости и все же попросила:

— А вы не могли бы меня развязать?

— Мог бы, — холодно ответил дракон.

И ничего не сделал, предельно внимательно глядя на меня. И взгляд его становился все более мрачным.

Испуганно сглотнув, я… не стала более ничего просить, только спросила:

— Вас что-то… расстроило?

— Взбесило скорее, — зло сказал Владыка.

Он помолчал, вновь окинув меня внимательным взглядом с головы до ног, и пояснил:

— Мне следовало подождать, устроить засаду и схватить вашего похитителя, а не поддаваться эмоциям и идти напролом, спасая вас. В конце концов, вам, как оказалось, ничего не угрожало.

И он поднялся, затем развернулся и хотел было уйти. Но, вспомнив о моем присутствии, развернулся, с нескрываемой досадой посмотрел на сковывающие меня веревки, и те, словно устыдившись, опасливо развязались сами. И пока я смотрела на уползающие в темный угол путы, Владыка уже ушел.

Затем за дверью раздался его вопрос:

— Мага взяли?

И по-военному четкий ответ:

— Ушел. Обнаружен магический след сообщника. Из наших.

Далее тишина стала напряженной, а после драконы то ли ушли, то ли разошлись. И теперь внизу слышались разговоры, а вот второй этаж гостиницы погрузился в молчание.

Я осторожно растерла затекшие ноги, поднялась. Постояв, растерла и покрасневшие запястья рук и только после направилась прочь из каморки.

Чтобы застыть на пороге. В широком гостиничном коридоре, сложив руки на груди и привалившись плечом к стене, стоял Владыка, задумчиво глядя на вышедшую меня.