Охота на ламию - Инесса Иванова

— Не все преподаватели служат здесь долго. И не все желают остаться на такой работе, — закончил Дазромак мысль, и всё внутри у меня похолодело. Нет, это не он!

— Разве гранд Гумонд не помогает вам? И вы не боитесь, что я передам ему эти слова?

Я была готова встать и уйти, но взгляд Волкодлака вдруг сделавшийся пронзительным, пригвоздил меня к месту.

— Знаете, почему его выдворили из родной академии? — неторопливо спросил Дазромак, изучая собственные перчатки с таким видом, будто сейчас это было самое важное занятие. — Не из несчастной любви, отнюдь нет. Он сам принимал и распространял Адамантову жилу. Конечно, скандал удалось замять, сыну члена Верховного Совета это несложно, но тем не менее это так. На его месте я бы тоже старался быть поближе к следствию, чтобы узнать всё первым и доложить сообщникам.

На последних словах дознаватель пристально посмотрел на меня. И, не выдержав, его взгляда, такого понимающего и одновременно насмешливого, я вскочила, громко захлопнув толстую книгу, и, торопливо попрощавшись, поспешила к себе.

— Только не болтайте много, — слышала я вслед, но обернуться не посмела. Мы оба и так знали, что я ничего не скажу Рандалу.

***

За всей суматохой я не заметила, как наступил день Приветственного бала. Занятия на сегодня по традиции были отменены, и в обычно оживлённых коридорах воцарилась выжидательная тишина.

Я же особо не готовилась. Заказала у местной портнихи скромное по меркам адепток платье безо всяких рюшек и модных среди ламий вставок в рукава, имитирующих змеиную кожу. Украшения решила не надевать, потому что те, что имелись, к светло-зелёному платью совсем не подходили, а другого отреза я купить не смогла.

Когда спохватилась и бросилась в торговые лавки Дуболапки, оказалось, что всё мало-мальски пригодное и добротное уже смели, а оставшиеся в свободной продаже ткани были такого низкого качества и кричащих цветов, что совершенно мне не нравились.

Вот и сейчас за пару часов до бала я смотрела на платье и понимала, что буду выглядеть бледной копией прекрасных дев, которые с надеждой ожидают сегодняшнего вечера.

В дверь нечаянно постучали. Я вздрогнула и ощутила страх, будто тот, кто пришёл, явился по мою душу. Нет, всё это, конечно, лишь слабые нервы. За последнее время столько всего произошло, что мне снова начали сниться кошмары!

— Да? Открыто, — произнесла я, отступив на шаг к столу, где хранила охранные амулеты. Часть сделала сама, некоторые изготовил по моей просьбе Хадриан.

Дверь неспешно приоткрылась, и внутрь вошёл слуга Рандала. Морис, так, кажется, он его называл.

— Это для вас, вила, — сказал лакей с лёгким поклоном и протянул небольшую серебряную шкатулку, крышка которой была украшена вензелями, создающими сложный рисунок. — Там внутри записка.

— Спасибо, поставьте на туалетный столик, — ответила я, чувствуя, как немеют ноги. Надо было принять в руки и посмотреть, вдруг это что-то важное и касается расследования, но сердце говорило мне, что я сама себя обманываю.

— Приятного вечера, вила.

Слуга повторно поклонился и вышел так же бесшумно, как и вошёл. Вообще, его обхождение отличалось той изысканностью, что присуща слугам высочайших домов, и это было мне так непривычно и одновременно приятно, что я потерялась и покраснела.

Стоило двери закрыться, как я досчитала до пяти и на ватных ногах пошла к туалетному столику. Сев на стул, в зеркале напротив я увидела растерянную девушку с горящими щеками, и, немного помедлив, открыла шкатулку. Металл, из которого она была изготовлена, оказался тёплым на ощупь и чрезвычайно приятным, будто гладишь нагретый солнцем браслет из белого золота.

Внутри на красной бархатной подушечке, я увидела овальную брошку. Крупный белый камень в обрамлении мелкой россыпи ярко-зелёных выглядел таким роскошным, что я сначала не могла понять, не снится ли он мне.

Аккуратно дотронувшись, я почувствовала еле заметное покалывание в кончиках пальцев. Безусловно, брошка была закреплена защитными заклинаниями.

Еле оторвавшись от созерцания бриллианта, даже в полутьме комнаты, сверкающего так, что глазам смотреть больно, я начала искать записку, обнаружив её в крышке шкатулки, под красным сукном.

«Эту брошь приколешь к платью, она тебя защитит в случае неприятностей. Не считай себя обязанной мне из-за этого подарка, уверен, он очень тебе пойдёт. Это малая часть того, что я могу и хочу для тебя сделать.

Рандал.

Я буду неподалёку»

Конечно, будешь. Это ведь бал, где блестящие кавалеры приглашают неопытных дам на танец, способный перерасти в выгодный брак. Что ж, постою в сторонке, понаблюдаю за Викторией Крим, надо только держать ухо востро.

Повторив все инструкции Персилии Лагры, я оделась и приколола брошь так, чтобы она приковывала внимание к моему декольте, делая вырез ещё более манящим. Танцевать я не собиралась, так только Викторию из виду потеряю, да и кто пригласит адептку четвёртого курса, когда вокруг полно молодняка?!

На свой первый бал я, конечно, ходила, таковы правила, но ушла оттуда одной из первых, так была напугана Истинной расой, в представителях которой видела монстров из детских сказок, а потом погрузилась с головой в учёбу, обрадовавшись возможности получить образование и работу, чтобы жить независимо.

Взглянув на часы, я поняла, что пора выходить. Хотела было посмотреть на себя в зеркало, убедиться, что выгляжу привлекательно, но вдруг почувствовала такую злость, что если бы не поручение декана, и вовсе бы никуда не пошла!

Приветственный бал проходил в Актовом зале, скамьи были убраны, а вместо них поставили столы с лёгкими закусками. Как и договаривались, мы встретились с Викторией у входа в зал.

Я даже не сразу узнала бывшую ундину, обычно она серая мышка, не смеющая поднять глаза на незнакомцев, но сегодня передо мной стояла юная красавица с лёгким румянцем на щеках и влажными от волнения глазами, сияющими, словно бриллианты.

— Как я выгляжу? — прошептала она и замерла, приоткрыв рот, в ожидании ответа.

— Прекрасно, — совершенно искренне ответила я, любуясь нежно-розовым платьем, превратившим милую девочку в принцессу из сказки. Её светлые локоны были забраны наверх и перехвачены атласной лентой насыщенно-сиреневого цвета. Украшений первокурсницам не полагалось, но я заметила у Виктории на шее тоненькую цепочку с кулоном в цвет ленты в волосах.

— Мне подарили, — ответила она, и в груди у меня похолодело. Знаю я такие подарки, кровью за них приходится платить! — Гранда Лагра сама передала. Сказала, что это от отца.

— Ну, очень хорошо, что он признаёт тебя, — улыбнулась я, чтобы подбодрить девушку, хотя её слова отозвались в душе сожалением.

Вот и Рандал говорил, что мой отец один из Истинных, раз я почувствовала присутствие невидимого гостя в коридоре, но за все три года, что я провела в Илиодоре, он ни разу не подал мне весточки. Значит, не собирался подчёркивать наше родство. Печально быть ненужной родителю, даже если ты проявила себя, как способная адептка магического института!