Охота на ламию - Инесса Иванова

Вскоре Рандал появился. Он искал глазами кого-то в толпе, и моё сердце замерло. Может, меня? Наши глаза встретились, я затаила дыхание, но вот он уже сухо кивнул и сразу отвёл взгляд, будто я была случайной знакомой.

— Что с тобой, Регина? — спросила Виктория. — Ты сейчас разобьёшь бокал.

Я сжала ножу хрустального сосуда с вином так сильно, что его острые грани впились в кожу.

— Всё хорошо, просто волнуюсь, сама знаешь, что все эти балы не ко времени.

Но похоже, больше никто не разделял моей точки зрения. Даже Ума, моя сокурсница весело щебетала, я слышала её хрустальный смех неподалёку, и на душе сделалось ещё мрачнее.

Вскоре появилась ректор в окружении своих соратников. Мне показалось, что Нардик Стенсен мрачно посмотрел на меня, а точнее на брошь, украшающую вырез платья. Я мрачно улыбнулась и подняла бокал, как бы приветствуя его, и тут же получила укоризненный взгляд декана Персилии.

Сейчас Актовый зал Кломмхольма превратился в оазис беззаботности и радости. Даже всегда сдержанная в одежде гранда Тулия сегодня выглядела как экзотический цветок, распустивший вновь, чтобы показать свою неувядающую молодость.

— Вы все знаете, что сейчас институт переживает не лучшие времена, — начала речь Келисия. Сегодня ректор надела сдержанный наряд винного цвета. — Мы долго думали, стоит ли проводить этот бал, но потом решили, что никакие трудности и несчастья не должны сломить дух Кломмхольма. Скорбя об ушедших, мы помним о безопасности, но хотим показать, что можем оправиться от этого несправедливого удара и продолжим делать общее дело. Для первокурсниц этот бал значит больше, чем просто возможность развлечься, возможно, некоторые из вас найдут сегодня свою судьбу. Так пусть в этот вечер здесь звучит музыка и смех, будем радоваться, что институт продолжает своё дело. Желаю каждой из вас следовать своему предназначению и достойно нести его всю жизнь, как это делаем мы и те, кто скоро войдут сюда!

Зал одобрительно загудел, здесь было не принято хлопать, чтобы выразить одобрение, но я и так видела, какая эйфория царила вокруг.

Через пятнадцать минут двери зала отворились, чтобы впустить гостей. Тех, ради кого этот бал и затевался. Сама идея была мне противна. Нас выбирали, как тёлок или племенных кобылиц для случки, а если повезёт, то и для брака. Одно не исключало другого.

И самое для меня удивительное, что всех это устраивало. Более того, считалось в порядке вещей. Честью и удачей быть избранной Истинным. Брака удостаивались не все, большинством попользовались, снимут сливки и выбросят за ненадобностью, как избавляются от старого платья, чтобы освободить место в шкафу для обновки.

— Ты сегодня какая-то мрачная и язвительная! — ответила Ума, с которой я только что поделилась своими соображениями. — Не знаю, как заведено в твоём изначальном мире, а в моём только так и есть. Ещё хуже даже. У нас девушки и не учатся толком, муж и дети — вот и все привилегии. А там бьёт он тебя или любит, никого не волнует.

— Здесь так же, — отозвалась я и раздражённо повела плечами.

Говорить ни с кем не хотелось, да и некогда было. Надо было следить, чтобы к Виктории не подходил никто, не учтённый планом её отца.

Истинные вели себя как хозяева жизни, они тут же принялись разглядывать девушек, перешёптываться друг с другом, наверняка отпуская в адрес адепток сальные шуточки.

«Ты смотришь на них, а ищешь его», — внутренний голос был беспощаден. Да, всё так, ищу, но не нахожу, а если найду, то всё равно он отвернётся или посмотрит так, будто я пустое место.

Грянули первые звуки шаловливого вальса. К Виктории направился кавалер, с виду типичный Волкодлак, рыжеватый, веснушчатый, с открытым мальчишеским лицом и оскалом вместо улыбки. Я посмотрела на его внутренним взглядом, который стал мне доступен после того, как я отдалась Рандалу, и увидела вполне храброго и честного представителя своей расы. Не так уж мало, хотя, возможно, он был ещё слишком молод и неискушён.

— Разрешите, вила? — он наклонился к Виктории, аккуратно дотронувшись до её руки. Крим вспыхнула и оглянулась на меня. Я милостиво кивнула.

Вот, уже полдела сделано. Должно быть, юношу хорошо проинструктировали, и он не даст никому приблизиться к своей наречённой. Впрочем, судя по их лицам, они понравились друг другу. Значит, моя дальнейшая миссия состоит в том, чтобы поговорить с Викторией после одного-двух танцев и убедить её в том, что всё идёт как надо.

Танец закончился, кавалер довёл Викторию до места, а я, стараясь быть незаметной, следила за ними обоими. Вот Виктория попросила лимонада, и Волкодлак с глупой улыбкой сражённого в самое сердце взглядом красавицы, со всех ног кинулся исполнять её просьбу. Похоже, у них всё будет прекрасно, а нет, так я этому рыжеватому уши оторву!

— Позволите, Регина? Я слышал, что ламии прекрасно танцуют, — раздался совсем рядом знакомый голос, застав меня врасплох, так что я чуть не уронила веер.

— Не отстану, пока вы не окажите мне эту величайшую честь. Сегодня у вас нет повода это делать, — Дазромак был приставучим как банный лист, и даже беглого взгляда на этого щеголя мне хватило, чтобы понять: именно так. Наверное, он строит карьеру, всё время оказываясь рядом по поводу и без.

— Конечно, гранд. Сегодня отказывать Истинным — дурной тон.

Я подала руку, радуясь, что Волкодлак в перчатках. Я помнила его шершавые ладони, единственный раз он был без перчаток во время зеркального ритуала.

Мы вышли в средину залы, равно как и другие пары. Я была выше кавалера на голову и, наверное, мы вызывали у окружающих улыбку. Видит ли Рандал, что меня пригласил дознаватель? Наверное, так.

— Как вам сегодняшний бал? — начал светскую беседу Дазромак, стоило музыке вернуться. — Вас кто-то обидел? Надеюсь, не мои слова при нашей прошлой встрече? В таком случае не воспринимайте их всерьёз. Это просто одна из версий, возможно, ошибочная.