Возвращение Низвергнутого - Дем Михайлов

— Дай-ка, — буркнул я, забирая у Рикара топор.

Ухватившись обеими руками за рукоять, я вскинул тяжелое оружие над головой и со всего размаха опустил на кусок льда. Хрустнуло, по стенкам кристалла, разбежались мелкие трещины. Не удовольствовавшись достигнутым, я нанес еще несколько быстрых ударов и остановился, лишь когда разбил ледяную статую в мелкие куски и крошево. Так поспокойней будет.

Вернув Рикару топор, я недовольно вздохнул, глядя на бесформенную кучу льда:

— Еще одна чертова загадка! Как я устал от этих древних тайн и фокусов!

— Загадка?

— Угу, загадка, — зло ответил я, проводя стальной перчаткой по обросшей льдом стене. — Вот скажи мне, Рикар, — раз эти самые ледяные твари такие злобные, что атакуют всех подряд… тогда почему они не перебили населивших замок мертвяков? А? И почему эта система по производству ледяных големов все еще работает? Прошло два века, Рикар! Два столетия! И что самое интересное — какого лешего эти вот ледяные уродцы лезут в Дикие Земли? Чего им на родном острове не сидится?

— А шут его знает, господин, — флегматично отозвался здоровяк, косясь куда-то в сторону. — Хотя… мы живые, а мертвяки нет. Может, потому и не трогали. А та тварь, что вам дырку в плече сделала, а меня оглоушила, может, и не отсюда была. Дикие Земли большие, господин.

— Может, и так, — в тон ему вздохнул я. — Ладно, разберемся. А ты куда смотришь?

— А вон, — кивнул Рикар. — Взгляните, господин.

Неохотно оторвавшись от созерцания непонятного магического устройства, состоящего из двух металлических пластин, вмурованных в камень стен, я посмотрел в указанном направлении.

Рядом со стеной стоял заключенный в панцирь льда прямоугольный камень с правильными очертаниями, высотой примерно по пояс взрослому человеку и длиной локтей в пять-шесть. По углам виднелись ржавые цепи, бока каменного блока испещрены вязью непонятных рунических символов, а сквозь толстый слой льда отчетливо просматривался…

— Это алтарь для жертвоприношений, — выдохнул я, делая шаг вперед, чтобы получше рассмотреть вмерзший в лед человеческий скелет.

— Вот и я то же самое думаю, — согласился Рикар, зябко передергивая плечами. — Некромантией попахивает, господин.

— Да тут даже принюхиваться не надо, — хмыкнул я, склоняясь над алтарем. — Вон и желобки по краям для стока крови, а вот и ножичек костяной меж ребер торчит. Им бедолагу каторжника и прикончили.

— Каторжника?

— В дневнике Кассиуса говорилось о каторжниках, привезенных им с большой земли, — пояснил я, не отрываясь от изучения алтаря. — Ниргал, Рикар, осмотритесь по сторонам хорошенько — где-то должна быть еще одна дверка, ведущая туда, где он держал этих несчастных. Не думаю, что каторжники содержались в обычном каземате замка. Материал и инструменты всегда должны быть под рукой.

На лежащие поверх алтаря человеческие останки я больше не смотрел, лишь отметил, что на костях осталось достаточно много плоти. Значит, внезапное похолодание и безудержное обледенение начались далеко не сразу после ухода Кассиуса.

Внешняя поверхность жертвенного камня была абсолютно ровной. Прозрачный лед не скрывал ничего, и я сумел заметить лишь несколько неглубоких царапин, оставшихся от скребущих ногтями жертв, и аккуратные желобки по краям. А вот в верхней части алтаря, сразу над оскалившимся черепом с заросшими льдом глазницами, виднелось углубление, по очертаниям в точности повторяющее контуры куска горного хрусталя, что еще совсем недавно был в моем заплечном мешке. Я столько раз разглядывал хрустальный кристалл с растущим из него пучком щупалец, что не мог ошибиться. Два века назад горный хрусталь был вставлен в жертвенный алтарь Кассиуса Ван Лигаса, и я догадывался для чего — для сбора жизненной энергии, исходящей из жестоко пытаемого человека.

Кассиус, Кассиус… твоя любовь к сыну граничила с безумием… где был твой разум, когда ты решился на такое деяние?

— Господин! — окликнул меня Рикар из противоположного угла подвала.

Небольшая железная дверь обнаружилась за массивным книжным шкафом, чьи полки были девственно пусты. За дверью небольшая каморка с рядами вбитых в стену железных кандалов. Голые кости нескольких человек и два неплохо сохранившихся трупа, закованных в цепи. В полу дыра сливного отверстия, пара пустых ведер у самого входа и больше ничего. Только лед и иней.

— Кости обгрызены, — тихо произнес Рикар. — Похоже, вон те два молодчика остальных подъели.

— Голод не тетка, — качнул я головой. — Ну и замок… нежить, людоеды, ледяные големы и безумные мертвецы…

— В старости будет о чем вспомнить, — хмыкнул здоровяк, выходя из каморки и ладонью сбивая с плеч налипшую снежную пыль. — Других дверей здесь нет, господин. Так что мы ищем? На что глядеть?

— Книга, бумаги, — тут же отозвался я, оборачиваясь к рабочему столу Кассиуса. — И все прочее непонятное.

— Да здесь все непонятное! — буркнул Рикар, оглаживая бороду.

— Вот все и заберем, — кивнул я. — Все до последнего клочка бумаги. Вмурованные в стену железные пластины не трогайте — я сам ими займусь попозже. Действуйте. Только осторожней — это как-никак кабинет мага и некроманта. Сомневаюсь, что здесь есть ловушки, но поберечься не помешает.

— Ловушки здесь без надобности, господин, — фыркнул Рикар и кивнул на громоздящуюся в углу кучу битого льда. — С такими вот сторожами воров можно не бояться.

— Ладно, не будем терять времени, — произнес я, шагая к столу. — До заката мы должны покинуть этот негостеприимный берег. И еще, Рикар… не забудь напомнить — на борт корабля надо поднять побольше пустых бочонков. Столько, сколько влезет и сколько успеем.

Отступление пятое

Если бы кто предположил, что в подземных катакомбах под столицей некогда великой империи может находиться древний храм Морграата и что в нем регулярно приносят жертвы в его честь, то такого болтуна несомненно подняли бы на смех. А прознай Церковь о подобных нелепых слухах, то болтуну живо укоротили бы чересчур длинный язык по самую шею.

Однако это была чистая правда — храм существовал под самым носом церковников, всего в нескольких лигах от резиденции самого главы Церкви. И если обитель Церкви озаряли лучи яркого солнца, то в храме древнего злобного бога Морграата всегда царила тьма, едва-едва разгоняемая чадящими факелами.

Кроме нескольких посвященных в тайну, никто не знал, где находится вход в это особое место, пропитанное эманациями павшего бога.

Лорду Ван Ферсису эта тайна была открыта. Но сейчас, стоя коленями на холодном камне, он отнюдь не радовался предоставленной ему чести. Ибо в этот момент решалась его судьба.

— Ты подвел меня, лорд. Очень сильно подвел… — Тихий шелестящий голос исходил от закутанной в багровый плащ фигуры мужчины, нависшего над преклонившим колени лордом. — Ты начал свою собственную Игру? Решил не дожидаться моего пробуждения?