Лекарь-возлюбленный - Маша Моран

Некстати я вспомнил, как его руки обнимали меня за плечи во время прыжка через стену. Это было подобно ласке. На удивление он оказался сильным — от испуга впился в меня так, что я почти с маниакальным предвкушением ожидал, когда на плечах появятся следы его пальцев.

Но хуже всего было не это. Ощущение его бедер вокруг моей талии — вот что свело меня с ума настолько, что на несколько минут я перестал соображать, что происходит вокруг. Не осознавал, где мы, и что рядом появилась навязчивая Айми.

Моя кожа горела огнем. Я почти чувствовал, как ее сдирают. Возбуждение рвало на части. Я ощущал, как одежда плавится от жара тела, и кожа прикипает к телу лекаря.

О, боги… почему он не женщина?! Я бы сделал все, чтобы заполучить ее в свою власть. Как бы хорошо нам было вместе. Невероятно. Я бы забрал ее с собой, нарядил в лучшие ткани и подарил драгоценности, о которых даже не слышали в Далеких Королевствах.

Все это просто смехотворно. Боги за что-то наказали меня, заставляя терять контроль рядом с… мужчиной. А может, это были демоны. Сделали его ТАКИМ. В тысячи раз привлекательнее всех женщин, каких я только встречал в своей жизни.

Я должен побороть это. Вырвать сумасшествие с корнем.

Он наверняка использовал Мертвую Алхимию, чтобы околдовать всех в крепости.

Я едва не упустил его из виду, пока боролся с собой.

Лекарь появлялся и пропадал, но я уже понял, куда он держит путь. Павильон Семи Колодцев. Главный двор во всей крепости, занятый генералом и его детьми.

Что. Рэйдену. Там. Понадобилось?

Я сжал зубы, стараясь не думать о том, как легко называю его по имени. Стараясь не представлять, как стону ему на ухо его имя. Не-е-ет… это ненормально. Я чувствовал, что становлюсь противным самому себе.

Пытаясь ступать бесшумно и не упустить лекаря из виду, я огляделся по сторонам. Рэйден шел не к главному дому, а огибал его. Что он там забыл?

Внезапно Рэйден пропал. Просто исчез. Как призрак. Он точно один из Созданий Ночи.

Я остановился возле беседки и каменного фонтана. Они хоть и выглядели старыми, но было заметно, что за ними все же тщательно следят. Значит, у генерала достаточно слуг для этого. И вот это самое странное. Я уже успел немного изучить крепость и войско. Солдаты плохо тренированы, многие едва обучены. Большая часть — бывшие крестьяне. Те же, кто способен держать в руках оружие, вынуждены сражаться ржавыми мечами и деревянными копьями, больше подходящими для ловли рыбы.

А сама крепость?! Она же строилась на века. Я мог это оценить, даже не смотря на ее запущенный вид. Здесь было все, чтобы организовать многолетнюю оборону и ни в чем не нуждаться. Каменная цитадель могла выстоять против десятитысячной армии, если бы не выглядела, как покрытый мхом булыжник. Высокие толстые стены, сторожевые башни, бойницы с арбалетами и бойницы для метания пороховых снарядов. Крошечные отсеки для чанов со смолой, подъемные механизмы и механизм для огромных секир, которые одним махом могли разделаться со штурмующим стены противником.

Отдельные казармы для копьеносцев и лучников. И площадки для древнего способа обороны, о котором я читал лишь в книгах. Надо признать: крепость была прекрасна. И она могла сражаться. Но отчего-то генерал этого словно не замечал. Спросить прямо я не мог. А значит, оставалось надеяться на собственные глаза. Которые все время искали лекаря. Я сжал кулаки, подавляя желание выругаться. Куда он пропал?

Может, хотя бы Ясуо сможет что-то выяснить. Это именно он подсказал, что Рэйден мог отправиться в лес, если ни дома, ни в лазарете его нет. Оставалась, правда, вероятность, что он с одной из сароен. Но и Эйка, и госпожа Лу быстро нашлись, а вот лекаря с ними не было. Бледный паршивец.

Я пытался не вспоминать о том, что увидел в лазарете. И не думать о том, что произошло в лесу. Его подставленное словно для поцелуя лицо и то, что шептали проклятые мандрагоры. Сегодня я точно не усну.

Нельзя думать об этом. Нельзя ни в коем случае! Это моя погибель.

На едва слышный шорох среди зарослей кустов я отреагировал рефлекторно.

Оттолкнувшись ногой от заросшего сорняками и мхом колодца, я взлетел вверх, и приземлился за спиной хрупкой тонкой фигуры. Сжал сзади тонкую шею и дернул на себя.

Передо мной оказалось бледное лицо лекаря. Его голубые глаза блестели в темноте, а рот удивленно приоткрылся. Снова этот взгляд… Снова эти губы, так и зовущие поцеловать. Я искал в его лице хоть что-то… хоть какой-то намек на то, что он… испытывает чувства подобные моим. И будь я проклят, но в нем все взывало ко мне. Будто шепот той мандрагоры. Но на этот раз это был мой собственный голос. Тихий, задушенный, звучащий где-то глубоко внутри, где было темно и страшно, где я все еще оставался маленьким мальчиком, верящим в ночные кошмары и жуткие легенды.

«Наклонись ниже… Он ведь ждет… Ждет и на все согласен… Не разочаруй его… Это будет так сладко… Так приятно… Все время ты ведь ждал именно этого… Кого-то, кто подобен ему… Кто будет бросать тебе вызов и не бояться ответить… Кого-то, кто пахнет, как отчаянный грех… Ни одна наложница, ни одна сароен, которых к тебе подсылали, не вызывала даже мимолетного отблеска подобного возбуждения… Но он… одним взглядом он обещает тебе утонуть… утонуть в наслаждении… забыться и получить то, чего ты всегда был лишен… настоящей страсти… безумной… просто наклонись… Он ждет… Он слабый и беззащитный… Робкий… А ты — воин… Принц!.. Ты должен быть сильнее и смелее простого лекаря… ТЫ должен сделать первый шаг… а если он испугается, просто заставь его… он подчинится тебе… Давай же… Чуть ниже… Ближе к его мягким губам…»

И я начал наклоняться… Медленно, преодолевая каждый разделяющий нас цунь. Я не знал, что делал. Нет! Прекрасно знал! Я собирался поцеловать мужчину. Красивого, будоражащего и таинственного, но мужчину. Это мерзко, противно, отвратительно, но хотя бы один раз — просто чтобы узнать, на что похож поцелуй с ним. Чем я хуже демоновой сароен, которой он с такой готовностью дарил свои прикосновения? Проклятье, да я принц! И если я хочу поцеловать мужчину, то сделаю это…

Меня бросило в жар от осознания. На спине выступили капли пота, и собственные губы открылись от предвкушения.

Рэйден выдохнул. Прямо в мой рот. Я застонал, ощущая, как горячий влажный воздух касается губ и языка, вероломно скользит в горло. Ладонь скользнула на его затылок, ероша мягкие густые волосы. Его ладони легли на мои плечи, сжали ткань халата, то ли притягивая, то ли отталкивая. И оказалось до смешного легко убедить себя в том, что он пытается почувствовать меня ближе.

Это его желание я могу исполнить. Мне тоже это нужно. Необходимо. Другой рукой я обвил его талию. Какой же он хрупкий…

Рэйден призывно облизнул губы, и на меня снова обрушилось возбуждение, от которого потемнело перед глазами.

Сейчас, сладкий лекарь… Я почти осмелился…

Мои губы были в цуне от его губ, когда Рэйден вдруг окаменел в моих руках и испуганно хрипло спросил: