Звездная пыль - Майя Марук

Асшарих

Леру било мелкой дрожью. Усадил самочку в кресло и установил дополнительную звукоизоляцию. Ханторас, получив сообщение, пообещал, разобраться самостоятельно, дав мне возможность остаться с Кевали и успокоить ее.

На мгновенье представил, что бы было, задержись я минут на пятнадцать. Как раз в тот момент, когда я собрался идти за самочкой, пришел запрос на аудиенцию от одного, весьма уважаемого, нага. К счастью, зверь рвался к своей паре. Ощущал острую необходимость быть рядом с ней. Ощущать ее запах. Ее тепло. Проситель получил отказ. А я возможность предотвратить катастрофу.

— Лера, — аккуратно взял ее за подбородок. Кевали всхлипнула.

— Я думала, — из ее глаз снова потекли слезы, — думала, что ты там.

— Иди ко мне.

Лера устроилась в кольцах хвоста, и тихонько всхлипывала. Змей шипел, стараясь успокоить свою пару. Чувствовать ее боль было невыносимо. Страшнее только осознание того, что сегодня я мог ее потерять навсегда. Кевали пробудила третью ипостась. Этой энергии хватило бы и для того, чтобы при желании разорвать нашу связь.

— Объясни мне. Я не понимаю, почему она это сделала.

— Ты знаешь, кто там?

— Шалаймах. — Самочка вытерла слезы и села так, чтобы видеть мое лицо. — Я видела со смотровой площадки, как она шла к жилому корпусу. А потом, шипение из твоей квартиры. И эти стоны.

Несколько минут ушло на то, чтобы решить, нужно ли Лере знать, что происходит. С одной стороны, не хотелось ее беспокоить. С другой, ей придется столкнуться с реальностью. Будет намного лучше, если она будет понимать, что происходит вокруг. Оставить Шалаймах в академии было большой ошибкой. Нужно допросить самку. Узнать, кто ее надоумил на этот поступок, и отправить под суд.

— Милая, — поцеловал Кевали в висок, — все дело в нашей связи. Она не закреплена.

— Я не очень понимаю.

— У твоей расы нет парности. Значит, ты можешь от меня отказаться и провести обряд отречения. А это очень выгодно некоторым высоким домам Вешнената.

— Зачем им это?

— Чтобы я женился на одной из нагинь. Ты удивишься, но брак с его императорским высочеством может быть очень выгоден.

— Мир другой, а цели те же. — Грустно констатировала Лера и прижалась сильнее. — Значит, этот спектакль был для меня?

— Это не спектакль. — Прижал Кевали сильнее. — Это попытка затащить меня к себе в постель и впоследствии женить.

— Не понимаю, если ты говоришь, что я для тебя единственная…. Как это возможно?

— Сегодня ночью ты пробудила во мне третью ипостась. Шалаймах понадеялась, что змей не стабилен и будет реагировать на феромоны, которые самка нага выпускает во время оргазма.

Лера несколько мгновений обдумывала полученную информацию. Ее щеки покраснели, между бровей появилась задумчивая складочка.

— Звучит не очень приятно.

— Знаю. Но тебе следует это знать.

Лера кивнула. А потом спросила:

— Так будет всегда? Я всегда буду бояться, что кто-то выпустит мифические феромоны, и у тебя помутится разум?

— У меня никогда не помутиться разум. Но к разнообразным провокациям ты должна быть готова.

Какое-то время мы молчали. Как раз в это время нагиню выводили в коридор. В помещении была активирована дополнительная система фильтрации. Но Лера этого не слышала. Постепенно дыхание самочки стало ровным. Ее больше не трясло от негодования, обиды и страха.

— Ты мне еще что-то хотел рассказать?

На самом деле, рассказывать не хотел. Но кое-что меня действительно волновала. И девушка имела право об этом знать.

— Мне нужно решить, состоится ли суд над Маркусом.

Этот вопрос не давал покоя. С одной стороны, то, что он сделал с моей Кевали, не могло оставаться безнаказанны. Но что-то в его воспоминаниях меня смущало. Не давало принять этого единственно верного, на первый взгляд, решения. Я несколько раз проанализировал материалы, переданные Якобом. С одной стороны, все было предельно понятно. Но ощущение того, что я что-то упускал из виду, не отпускало. Своими сомнениями поделился с Лерой, в надежде, что самочка потребует наказания для каранита. Но, вместо этого она спросила:

— А я могу ознакомиться с материалами?

Валерия

Постепенно волнение, злость, обида и страх отступили. Снова могла думать и анализировать. Первое, в чем пришлось себе признаться, чувства к нагу. Бабуля когда — то сказала, что я сразу пойму, когда встречу того самого принца на белом коне. Коня заменил космолет. И далеко не белый. Но в остальном родственница не ошиблась. Это мой мужчина. Весь, полностью. От кончика хвоста до кончиков волос. Все это принадлежит мне. И только мне. Асшарих усмехнулся, и поцеловал в висок: