Эти лживые клятвы - Лекси Райан

Я делаю глубокий вдох и концентрируюсь на своей ладони. Я создаю шар тени, но он становится слишком большим, формируется слишком быстро, переполняется и рассыпается между моими пальцами как песок, а затем исчезает.

– Как неряшливо, – рычит Финн у меня за спиной.

Я резко оборачиваюсь. Я не ожидала его появления. Не считая короткой встречи с тремя мужчинами-фейри в первый день, когда Прета привела меня в эту библиотеку, здесь занимались только мы вдвоем. Но, похоже, сегодня Финн решил почтить меня своим присутствием.

– Что ты сказал? – спрашиваю я.

– Финн, – говорит Прета. – Как мило, что ты…

Он обрывает ее резким движением головы.

– Не сегодня, Прета. Оставь нас.

Прета одаривает меня извиняющейся улыбкой.

– Не позволяй ему помыкать тобой, – мягко говорит она.

– Оставь нас, Прета, – говорит Финн, и я почти не могу расслышать его слов, так тихо он говорит.

Прета холодно смотрит на него, но говорит все еще со мной.

– Не принимай его капризы на свой счет. Он уже двадцать лет хандрит.

Пока она уходит, та часть моего мозга, в которой еще остался ум и инстинкт самосохранения, кричит, что я должна последовать за ней. Но я не делаю этого. Я не боюсь Финна. Может быть, и следовало бы, но… то, что при его появлении на моей руке появилось больше тьмы – не просто совпадение. Не знаю почему и как, но моя сила реагирует на него. Даже здесь она гудит, умоляя меня воспользоваться ею.

Когда мы остаемся одни, я поднимаю бровь и выдавливаю из себя одно-единственное слово:

– Что?

– Ты неряшливо обращаешься со своей магией. Сосредоточься. Если ты не научишься ею управлять, твой обожаемый принц поймает тебя, когда ты будешь рыскать по его дворцу.

Я вздергиваю подбородок, но его слова почти меня не задевают. Он прав. Очевидно, что я способна на большее, чем когда-либо осознавала в человеческом мире, но я не имею ни малейшего представления, как это контролировать. Пока что занятия просто меня утомляют. Но если получится попробовать, когда он рядом…

– Ты этого хочешь? – спрашивает он. – Чтобы тебя заставили бросить поиски и дали возможность начать новую комфортную жизнь?

Какая наглость.

– Что-то я не слышу от тебя предложений об обучении.

Он склоняет голову набок.

– Пассивная агрессия – странный способ просить о помощи.

– Я… – я сжимаю и разжимаю кулак. Какой же он высокомерный осел. – Это ты настоял на том, чтобы помочь мне. А когда я согласилась, оставил меня на попечение Преты.

– Она отличный учитель, принцесса. Тебе стоило бы быть благодарной ей за то, что она тратит на тебя свое время.

– Почему ты все время меня так называешь? – рявкаю я. – Я не принцесса.

– От статуса невесты этого мальчика тебя отделяет всего лишь несколько милых обещаний и моментов нежности. Это понимают все. – Я хочу начать спорить, но мне приходится прикусить язык. Не важно, что он думает обо мне или о моих отношениях с Себастьяном. Важно только, смогу ли я получить реликвии для короля, чтобы я могла вернуть Джас. Но Финн решил подразнить меня. – Разве жизнь в роскошном Золотом дворце не соответствует тому, что представляло себе твое смертное сердце?

Мои губы кривятся в презрительной усмешке.

– С чего ты решил, что мое смертное сердце вообще что-то себе представляло?

– Разве не все смертные девушки мечтают выйти замуж за прекрасного принца фейри?

– Какой же ты высокомерный осел! – я сжимаю появившийся в моей ладони шар тени. – Эта смертная никогда не мечтала об этом. Я не хотела сюда идти. Мне пришлось это сделать, когда король твоего двора купил мою сестру.

– Значит, Прета ошибается? И ты не испытываешь чувств к принцу?

– Я… – начала я. Испытываю. Но мои сложные чувства к Себастьяну Финна не касаются. Я злюсь, и на моей ладони начинает пульсировать шар тени.

– У меня нет никакого желания быть принцессой фейри. Если бы я знала, что Себастьян – фейри, мы бы никогда не стали друзьями. Он знал это.

Финн медленно ходит кругами вокруг меня, и я чувствую себя лошадью на рынке, которую оценивают со всех сторон.

– Конечно, ты простила ему его ложь, если надеешься выйти за него замуж и заключить с ним узы.

– Я не надеюсь выйти за него замуж, – рявкаю я. Мне приходится растопырить пальцы, чтобы удержать в ладони извивающийся шар тени, который продолжает расти. – Я не хочу быть принцессой. Я не хочу заключать узы с фейри – или с кем-то еще.

Он перестает кружить вокруг меня и встречается со мной взглядом.

– Значит, ты ни с кем не связана узами?

Я закатываю глаза.

– Это тебя не касается. Но нет. Я бы этого не допустила.

Финн опускает плечи. И если бы я не понимала, что происходит на самом деле, я могла бы подумать, что он испытывает облегчение. Но Неблагому принцу незачем так заботиться обо мне.

– Себастьян в итоге попросит тебя заключить с ним узы, – говорит он.

– Он знает, как я отношусь к фейри и к тому, как вы используете узы, чтобы контролировать людей. Этого не будет.

Я не смогу заключить с ним узы – даже если мне очень этого захочется. Нельзя, чтобы Себастьян столько знал обо мне: мне нужно будет обыскивать его замок, чтобы спасти Джас.

– И Мордеус тоже попросит. Помни, что единственный способ заключить узы – получить твое на это позволение. Если ты ценишь свою смертную жизнь, ты этого не сделаешь – никогда.

– Финн, это угроза?

– Это предупреждение, принцесса.

– Наша сделка не связана узами.

– Пока нет, но остерегайся интриг Мордеуса.

Интриг Мордеуса?

А интриг Финна?

Он делает глубокий вдох.

– Я могу попытаться тебе помочь. Однако мы с Претой ничего не знаем о смертных, которые владеют магией. Или о том, как магия работает в твоем случае.

– А почему это должно работать как-то по-другому?

Он поднимает брови.

– Потому что ты другая.

Он делает шаг вперед и хватает меня за руку. Он проводит кончиком пальца от внутренней стороны моего локтя вниз к запястью, как раз над тем местом, где я держу шар тени. Такая же дрожь пробегает по моему позвоночнику.

Он смотрит мне прямо в глаза, его губы приоткрываются. Долю секунды мне кажется, что он тоже это чувствует – как между нами пульсирует энергия, как появляется осознание, благодаря которому я чувствую себя более бодрой и живой, чем когда-либо.

«Это всего лишь магия», – говорю я себе. Но я не умею лгать.