Не все НПС попадают 2 - Ольга Войлошникова

Гоблин словно догадался о его мыслях и скорбно склонил носатую голову:

— Именно поэтому мы не пресекаем агрессию у части молодых гоблинов, находящих удовольствие в вылазках в наружный мир. В противном случае, когда эльфы вернутся, нас просто некому будет защищать…

Унылая тема, — подумал Петька, — защитники из молодых гоблинов — такое себе.

Наследующем уровне появились жилые строения — кособокие хибары, воняющие словно склад сильно ношеных носков. Во дворах этих эпических хижин сидели кучки гоблинов-голодранцев. Занимались они разным: мастерили оружие, готовили еду, вяло переругивались.

— Фубля, — не сдержался Петька. — Мамы что — не учат своих детёнышей умываться?

Почтенный гоблин смутился:

— Видите ли, мой господин, эти юные особи в том возрасте, когда каждый определяется со своим местом в клане. Они борются в попытке подняться по социальной лестнице. Как следствие, эти ребята могут быть неадекватны. И этот, кхм, процесс… он, понимаете ли, сопровождается выделением специального остро пахнущего секрета. Это — эволюционная находка. Острый запах отпугивает детёнышей и служит предупреждением самкам.

— Вы хотите сказать, здесь только?..

— Только молодые самцы, да-да. Все остальные жители — уровнем ниже. Прошу, прошу…

Следующий уровень разительно отличался от молодёжного. Для начала, тут не воняло. Вторым достойным восхищения пунктом были дома́ — очень похожие на обычные человеческие или гномьи дома, выложенные из камня, с окнами, с печными трубами (из некоторых поднимался дымок) — только мелкие. Рядом с домиками были даже выгорожены палисадники, засаженные разнообразными светящимися грибами.

На оградах висли любопытные детёныши, и даже вид варга их не смущал.

— Это второй уровень из более чем десятка, на которые распространяется Город Гоблинов. И самый верхний из тех, на которые могут подняться многие наши ремесленники.

— И какие же мастерские у вас есть?

— О! Самые разнообразные, мой господин! Прошу сюда, — Скребоварс вошёл в обширную ограду, в которой стояло довольно крупное здание. Крупное для гоблинов, конечно же. Изнутри доносились лязгающие звуки и звон металла. — Наш род чрезвычайно способен к механике, таки да! Здесь делают чудеса!

Отряд прошёл с экскурсией по нескольким мастерским. После первой, в которой изготавливали движущиеся механические игрушки, последовали ещё: с поющими золотыми и серебряными птицами, дивными часами самых разнообразных моделей (от крошечных, с горошину, и до массивных напольных, со множеством движущихся фигур). В каждом цеху к их процессии присоединялся кто-то из мастеров, да не один, и за отрядом уже тянулся длинный ручеёк мастеровых гоблинов.

Затем они прошлись по целой веренице мастерских, в которых изготавливались тончайшей работы ювелирные изделия.

— Интересно, — Марина крутила в руках маленькую диадему. — Какой стиль, посмотри! Я бы сказала — изысканно. Не в каждой эльфийской мастерской тебе покажут такое.

— Ах, мадмуазель! — горько воскликнул Скребоварс. — А шо ви скажете, если я вам открою, что многие эльфийские ювелирные дома существуют только в воображении их покупателей?

— Как это? — не поняла Марина.

И тут состоялось внеочередное собрание представителей гоблинских профсоюзов. Тёмному властелину (не забываем — будущему, но жаловались ему натурально как вполне себе действующему) плакались на несправедливость и ущемления.

Петька послушал, как эльфы скупают изделия за бесценок и бьют свои клейма, выдавая изящные движущиеся игрушки за собственное производство. С ювелиркой дело обстояло ещё плачевнее. Практически никто из зрелых гоблинов не мог подниматься хотя бы в верхние пещерные ярусы без ущерба для собственного здоровья. Чаще всего эта редкая способность соседствовала со склонностью к бухгалтерии, и ранее, согласно старым записям хроник, гоблины успешно сотрудничали с гномами, нанимаясь к ним для ведения финансовых расчётов, делопроизводства и прочей бумажной работы. Вот это память гнома Тури подтверждала в полный голос.

Гномы же в свою очередь выступали посредниками гоблинов в торговых делах — они парни хоть и прижимистые, но цену давали честную. А теперь — ой, вэй! — гномы ушли неизвестно куда, а эльфы ведут дела настолько бесстыдно, что совсем уже край. Гильдия бухгалтеров от безысходности пересчитала старые сметы и провела ревизию бухгалтерской отчётности за четыреста лет назад, а те смельчаки, что рискнули заключить внешние контракты, пропали в вампирском баронстве, и более трёх лет от них ни слуху, ни духу…

Ну, в том, что рано или поздно в тёмных делишках проявятся вампиры, Петька как-то даже и не сомневался.

Он сидел на маленькой гоблинской скамеечке, подперев подбородок кулаком, и думал. Десятки фосфоресцирующих жёлто-зелёных глаз смотрели на него с надеждой и отчаянием. Наконец он принял решение и поднялся:

— Все вы слышали: тёмный властелин идёт к своему престолу. Девять недель. Вы так долго ждали — так продержитесь ещё малое время, и я возьму Город Гоблинов под свою защиту, — гоблины завозились, переглядываясь. — Ваша задача: выжить. Не подавайте виду, что что-то идёт не так. Продолжайте торговать с перекупщиками — у них не должно возникнуть и тени сомнений в том, что их кормушка будет вечной. Отправьте молодняк — пусть разбросают споры грибов по верхним галереям, это хотя бы немного отвлечёт сборщиков от ведущих в Город тоннелей. И что там с железным лесом?

— Если мне будет позволено… — поднял руку пожилой гоблин.

— Говори.

— Это идея ребят из моей мастерской. Мы хотим отпугнуть сборщиков.

— Как твоё имя, мастер?

— Быстротукс, к вашим услугам, мой господин, — степенно поклонился гоблин.

— И какова же ваша идея, мастер Быстротукс?

— То, чего эльфы не любят, — глаза гоблина сделались хитрыми, — старая технология «матушка Шалоб» — клейкая паутина и пауки. Не такие большие, конечно, — он изобразил нечто размером примерно с яблоко, — зато много.

— Так матушка Шалоб — работа вашей мастерской? — с невольным любопытством уточнил Петька.

— Верно, мой господин. Работа моего пра-пра-прадедушки! Мы с парнями опирались на старые чертежи, немного адаптировали под современные требования, — Быстротукс явно гордился своим делом. — К тому же, матушка Шалоб — разработка крупногабаритная, штучная, и для её активации потребовалось привлечение эльфийских магов, — гоблин нахмурился: — Я читал пра-пра-прадедовы дневники, и меня посетило странное чувство, что те, старые эльфы, — совсем не такие, как нынешние. Они не считали похвальным обманывать иноплеменников, к какой бы расе те ни принадлежали, — в углах губ старого гоблина залегли горькие складки: — Тогда эльфы держали слово. Но мы уже много столетий не обращаемся к ним за помощью.

Собрание согласно загудело, мол: точно, обращаться за помощью к эльфу — себе дороже встанет, сто раз пожалеешь и прочее в таком духе.

— А без магии наши паучки останутся всего лишь игрушками, — с сожалением вздохнул Быстротукс, — но всё же они будут бегать и даже кусаться. Будем надеяться, что это прикрытие продержится девять недель.

— Я помогу, — сказала вдруг Марина, и всё собрание уставилось на неё округлившимися, как у котят, глазами.

— Смею заметить, госпожа, — взгляд Быстротукса сделался особенно цепким, — я много повидал на своём веку эльфов и склонен предположить, что вы не совсем эльф…

Марина расцвела клыкастой улыбкой:

— Скажу тебе больше, почтенный гоблин: я вообще не эльф, — эльфийские ушки сменились чёрными лисьими, а за спиной мелькнуло веером и исчезло девять призрачных лисьих хвостов.

Скребоварс подошёл поближе и с торжественной дрожью в голосе вопросил:

— Следует ли нам понимать, что главная ведьма тёмных земель возвращается?

— Вы поняли верно, — милостиво кивнула Марина. — Главная ведьма возвращается, сопровождая истинного владыку.

Оказывается, даже пожилые гоблины способны ещё как пронзительно орать от восторга!

На вопли уважаемых старейшин стянулась бо́льшая часть этого уровня. Пока Марина колдовала в мастерской Быстротукса, а Петька общался с группой бухгалтеров на закрытые темы, привалили ещё, с низлежащих уровней — всем хотелось взглянуть на тёмного властелина и его ведьму хоть одним глазком. В итоге их провожала такая демонстрация — весь центральный вестибюль учебки можно было бы забить до отказа. Петька сморгнул эту замечательную картинку, обещал по возможности выяснить что-то про пропавших гоблинов, и они отправились наверх, сопровождаемые ликующими воплями.

ВЕРХНИМИ ГАЛЕРЕЯМИ

Они выбрались в достопамятный коридор, с которого началось знакомство с гоблинами, и направились дальше верхними галереями. Здесь было довольно много света, и надобность в фонарях отпала. Вид заброшенных залов вызывал у Петьки (а точнее — у гнома Тури) горечь и отчаянную ностальгию. И множество попутных мыслей.

Значит дело-то вовсе