Наследник Агонии - Евгений Альтмайер

Глава 14

Они встретились возле безымянной лесной пещерки вечером следующего дня.

– Удалось что-нибудь выяснить? – Нетерпеливо спросил Горацио.

Стоящий рядом Хуан скорчил презрительную гримасу. Обезображенное шрамами лицо превратилось в злобную, отталкивающую маску.

– Я однозначно уверена, что самородок находится в особняке Фаро. – Спокойно отозвалась Корина.

– Что за бред?! – Взорвался здоровяк в ответ на вопросительный взгляд предводителя. – Я же ясно сказал: я унес его в тайник в лесу! Его выкрали оттуда!

– Полагаю, резона обманывать нас у тебя нет. – Задумчиво процедил Горацио.

Треклятый бугай доставляет слишком много хлопот. Однако, без остальных он никогда не превратит драгоценный булыжник в подлинный Золотой Камень. И уж тем более Хуан не настолько туп, чтобы продать его. Да у местных и денег-то таких нет.

– Значит, таинственный похититель отнес самородок обратно в поместье. – Пожала плечами Корина. – Вот только откуда он вообще узнал про лесной тайник?

– Может быть, Альварес и украл самородок? – Неожиданно подал голос Селестин.

– Вполне может быть. – Оживился Хуан. Идея явно пришлась ему по душе. – Пожалуй, нужно будет еще раз осмотреть его комнату.

– Не слишком ли ты самоуверен?

– Не слишком. Он нашел себе подстилку из местных девок. Так что в особняк возвращается ближе к рассвету. – Ухмыльнулся Хуан. – Времени будет предостаточно.

– Может быть, может быть… Сможешь поточнее определить, где именно находится самородок?

Корина лишь молча покачала головой.

Бездна и пять хозяев ее, если в комнате у Рафаэля самородок не обнаружится, нечего и надеяться найти его в огромном особняке.

– А тебе лучше бы подумать, что еще можно использовать для создания колдовской куклы. – Напомнила Корина.

– Ума не приложу, что еще можно использовать. – Буркнул Хуан. – Той ночью я не нашел больше ничего подходящего. Только перстень, который он засунул в дальний тюк и благополучно про него забыл. Кстати! А почему бы этим не заняться тебе?

– Мне? Как ты себе это представляешь? – Удивилась девушка.

– Да ясно, как! То, что у него есть одна подстилка из местных, не означает, что он на других девок таращиться перестал. Так что на тебя он точно западет. А ты потом тихонько вырвешь ему пару волосков из его патл. Или соберешь, ну, это… – Хуан ухмыльнулся и сопроводил скабрезную фразу непристойным жестом. – То, что останется после сами знаете чего.

Щеки девушки покрылись густой пунцовой краской.

– Катись ты в бездну, придурок. – Прошипела Корина, демонстративно плюнув ему под ноги. – Сам решай свои проблемы. Я тебе не служанка, боров тупой!

– Довольно! – Вновь влез Горацио в разгорающийся конфликт. – Твои идиотские шутки начинают выходить за рамки возможного. Если думаешь, что я стану повторять это до бесконечности – сильно ошибаешься. А ты…

– А я возвращаюсь в трактир. А вам, сеньоры, желаю удачи в поисках. Всем, кроме этого меченого урода.

Девушка еще раз зло плюнула Хуану под ноги, и, крутанувшись на каблуках, пошла прочь. Щеки ее горят от ярко-алого румянца. Горацио раздраженным жестом постучал по лбу. Здоровяк в ответ неопределенно передернул плечами. Кажется, он и впрямь полагает, будто Корина должна по его команде броситься добывать все необходимое для колдовства. Тем самым озвученным способом.

На самой грани сознания неожиданно шевельнулось что-то тревожное. Корина ушла, красная, словно мак. Почему? Если ее попросту взбесило скабрезное предложение Хуана – полбеды.

Их группку соединила совсем не дружба. Дети родителей, что не способны похвастать ни богатством, ни высоким положением, они нашли друг в друге отражение одних и тех же амбиций. Жажда будущего, лучшего, чем судьба считающих гроши провинциалов. Горацио грезит стать полноправным магом Истиррской Коллегии или Нилантийской Ложи. Хуан сходит с ума от жажды власти. Корина мечтает о судьбе, где отец не будет видеть в ней лишь обузу, которую надо спихнуть замуж, не интересуясь ее на этот счет мнением. Девушка жаждет богатства, роскоши и удовлетворения амбиций.

И, положа руку на сердце, с нее станется увидеть в Рафаэле куда более удобного и полезного союзника, чем тройка молодых магов. И Хуан, тьма его подери, подсказал вполне действенный метод для заключения такого союза. Сейчас она взбешена, но как знать, какие мысли полезут ей в голову завтра… Или лезут прямо сейчас, если разодетый в шелка сын древнего рода показался ей достаточно привлекательным.

– Идем. Пора возвращаться. Вечером следует быть начеку – не прозевать уход Рафаэля. Если повезет, отыщем не только самородок, но и что-нибудь необходимое для колдовства.

– Что мы будем делать, если камня в его комнате не окажется? – Мрачно спросил Селестин, двинувшись следом.

– Попробуем провести призыв и забудем мечты о золотом камне. – Отозвался Горацио. – Да, признаться по правде, не слишком-то я и верю, что нам бы удалось его создать.

– Тогда нибелунг потребует платы за свою помощь.

– Вот тогда и будем думать.

Этой ночью расстались особенно поздно. Ночной лес встретил раздраженным совиным уханьем. Небо переливается бесконечными искрами звезд. Меньше всего хочется возвращаться обратно в успевший опостылеть особняк.

Позади щелкнула дверная щеколда. Альба большую часть времени живет в маленьком домике в лесной глуши: собирает травы для бабки, которая предпочитает варить настои в комфорте нормального уютного дома. И не ходить дальше хозяйского особняка, где и обитает ее главный пациент.

Пожалуй, решил Рафаэль, когда прибежище травницы скрылось за стеной черных деревьев, нет никакого резона спешить обратно в надоевшую комнатушку. Ее даже своей-то толком не назовешь: всякий мерзавец так и норовит влезть внутрь в поисках какой-нибудь вещицы.

Нет, такие черные ночи созданы, чтобы проникать в зловещие тайны, а не таращиться в потолок в тщетных попытках заснуть. К слову сказать, в одну такую тайну он может залезть прямо сейчас. Если Хуан считает допустимым залезать в его временное пристанище, почему бы не ответить той же монетой? Облюбованная странной компанией пещерка не так уж и далека. И едва ли в этот поздний час там кто-то есть. Прекрасный повод посмотреть, чем они там занимаются.

После недолгих колебаний вытащил из кармана магический светильник. Пусть даже небо на востоке медленно наливается предрассветной синевой – это совсем не