Мятежное сердце - Мойра Янг

— Уйди, — говорю ему.

Ближе. Еще ближе. Я уже могу разглядеть лица.

Гладкие щеки девушки. Круглый подбородок. Длинные светлые волосы развеваются по ветру. Ей не больше четырнадцати зим. А парень, хоть на вид мужественный, ненамного старше нашего Томмо. Парочка сопляков.

Сначала девчонка. Целюсь в круглое клеймо у нее на лбу. У меня самой на лбу холодный пот. И на верхней губе. И ладони влажные.

Девчонка крепче сжимает коню бока коленями. Поднимает огнестрел.

Пора. Стреляй же!

Эпона. На крыше. Улыбается мне. Кивает.

Бежит ко мне.

Не могу. Я не могу выстрелить.

Вдруг девчонка опрокидывается назад. В сердце торчит стрела. Мертвое тело валится на дорогу. Парень раскрывает рот. Крикнуть не успевает. Стрела вонзается в горло. Он падает с коня. Двое лежат на дороге. И не двигаются. Их лошади удирают вместе.

Заглядываю через край крыши. Мейв одной рукой держится за дверной косяк, в другой сжимает лук. Смотрит на меня, как будто спрашивает: что с тобой такое? Сердито встряхивает головой и захлопывает дверцу. Ничего она не поглупела.

Высвобождаю ногу из-под веревки и возвращаюсь на козлы.

— Сделала? — спрашивает Слим.

— Угу, — отвечаю я.

— Нельзя трупы так оставлять, — говорит он. — Вернуться надо.

Я мотаю головой.

— Едем дальше!

— Нехорошо же…

— Едем, сказала!

Следопыт скулит. Тычется мордой мне в колени. Я треплю ему уши.

— Дети совсем, — говорю я. — Парень, по-моему, даже еще не бреется.

Слим не смотрит на меня. Уставился вперед, на дорогу. Не могу понять, что он думает.

Я не смогла выстрелить в девчонку. Вроде и руки не дрожали, но… Не смогла, и все тут. Струсила. Если бы не Мейв, я была бы уже мертвой. Она опять меня спасла.

* * *

Лу и Эмми мы находим у длинной каменной стены. Они не задают вопросов. По нашим лицам видят, как все повернулось.

Чертова боковая дорога ведет по таким буеракам, что всем приходится вылезти из телеги и топать пешком. Слим ведет Моисея под уздцы. Нерон пользуется случаем прокатиться на Моисеевом горбу. Следопыт от меня не отходит.

Помогаем, кто как может, подталкиваем Компендиляриум сзади и общими силами продвигаемся вперед. По кочкам, по горкам, через заросли ирги и жимолости. Вдруг вляпываемся в болото. Слим чудом успевает вывести Моисея из трясины, а вот с телегой дело хуже. Она увязает на добрый фут, и мы целую вечность вытаскиваем ее на твердую почву. Эмми оставляет в болоте свои сапоги.

— Где же нормальная дорога-то? — не выдерживаю я.

— Скоро будет, — обнадеживает Слим. — Хотя обычно я здесь в объезд не езжу. Так сказать, объезд объезда. Если я правильно помню, скоро мы выйдем на тропу, а уж она нас приведет на главную дорогу. А там через дамбу, дальше начинается пояс бурь, и оп-ля — добро пожаловать в «Гиблое дело»!

— Меньше слов, больше скорости, — бурчу я. — Шевелитесь, все!

Солнце печет. Я без конца задираю голову, проверяю, как высоко оно поднялось. К полудню у меня нервы на пределе. Подхожу к Слиму. Он весь красный, мокрый как мышь. Я сгребаю в горсть ворот розового платья.

— Что это за объезд такой? — спрашиваю. — Где, к чертям, дорога? Если к ночи не доедем до «Гиблого дела», обещаю — одним жирным трупом в платьице станет больше!

Старикан смотрит на меня единственным глазом.

— В жизни не видел, чтобы кто-нибудь так торопился в кабак, — замечает Слим. — Видать, там какой-то праздник намечается, а я и не знаю.

Я вскидываю арбалет. Тычу ему прямо в лоб.

— Не умничай мне тут! — говорю.

— Мы не на праздник, — подает голос Эмми. — Нам встретиться надо…

— Ни с кем нам не надо встретиться! — рычу я.

— Просто мы торопимся, — говорит Мейв. — Оттуда нам еще долгий путь.

— Отстань от человека, — ворчит Лу. — Мы все стараемся, как можем.

Нехотя отпускаю Слима.

— Не вздумай нас завести в какую-нибудь глухомань, — предостерегаю я.

Слим обмахивается подолом.

— Мое слово крепче железа, — говорит. — Засветло будем в «Гиблом деле».

И мы тащимся дальше.

Лу глаз не спускает с Мейв. Когда все толкают Компендиляриум, Лу старается пристроиться с ней рядом. Один раз она оступилась, и Лу ее подхватил. Только она хотела поблагодарить, он выпустил ее руку, словно горящую головню, и после вообще ее не замечал. Мейв хмурится, я заметила. И неудивительно.

Компендиляриум подпрыгивает на ухабах. Фонари качаются из стороны в сторону. Внутри дребезжат стеклянные пузырьки и склянки.

— Чудо будет, если все не развалится, — бурчит Слим.

— Эй, Слим! — окликает Эмми. — А какое оно, «Гиблое дело»?

— Что называется, веселое заведение, — отвечает толстяк. — Простая еда, крепкая выпивка и нехорошие женщины.

— В смысле, шлюхи, — уточняет Эмми.

— Он не в этом смысле! — возмущается Томмо.

— В этом, в этом, — уверяет Эмми. — Да у меня много шлюх знакомых.

— Прекрати! — рявкает Лу.

— Во дает! — восхищается Слим. — Точно, я о тех бойких барышнях, что умеют расшевелить мужчину. Только намотайте себе на ус, джентльмены — к Молли не подкатывать. Соблазн, конечно, большой, она редкостная красавица, да только себе дороже. Один сунулся, ха-ха! подсматривать в замочную скважину, как Молли ванну принимает, вся такая розовая, тепленькая… Вот нахал. Да я его понимаю, такое увидеть, потом и помереть не жалко. В общем, не успел он опомниться, прощелыга этот, как оказался на своей лошади, связанный, задом-наперед, штаны на голову надеты, и поезжай, родной, куда судьба занесет! Ха-ха-ха!

Томми хмурится, зыркает на Слима со злостью.

— Так ему и надо, — говорит. — Нечего было подглядывать.

— Да разве ж возможно удержаться? — отвечает Слим. — Сам поймешь, как увидишь Молли.

— Не говори о ней так! — кричит Томмо.

— Ты абсолютно прав, юноша, мне даже стыдно стало, — вздыхает толстяк. — Молли женщина порядочная, держит себя в строгости. К счастью, девчонки ее совсем не такие! Ха-ха!

Мы толкаем Компендиляриум на очередной холм, а мне в голову лезут разные мысли. Слим знает Молли. В лагере на Змеиной реке мы встретили Мег и Лилит. А может, Слим и Джека знает? Странно все это. Одно ведет к другому, как будто судьба так назначила. Невольно вспомнишь, что Ауриэль говорила. Мол, у каждого своя роль. Все дороги, все твои решения ведут к одному.

Предназначение. Даже думать об этом боюсь — неровен час Лу мои мысли услышит. И понять не могу, как такое может быть? Да и какая разница? Мне бы Джека найти, остальное без разницы.