Тропы Трояна - Василий Сахаров

– Вон оно – наше кочевье! – выкрикнул Кулибин, указывая рукой в сторону от реки. – Но куда оно уходит?!

Молодой вождь растерялся, а вот я – нет, ибо напряг зрение и разглядел то, чего не увидели зоркие глаза Гэрэя. Его сородичи покидали обжитые места не по своей воле. Шесть десятков арб, нагруженные добром и юртами, медленно катились на юг, а вдоль этого каравана сновали вооружённые всадники, плетьми стегающие возниц. Разумеется, свои сородичи так не поступили бы. Значит, кочевье захвачено, и гордых, но слабых Гэрэев ведут в полон. Опоздали мы. Но не очень. Врагов около трёхсот, это обычная лёгкая ордынская кавалерия: средний приземистый конь, толстый стёганый халат, круглый щит, баранья или меховая шапка, кривая сабля, реже – меч, аркан и лук с колчаном не самых хороших стрел. Нас вдвое меньше, но мы вооружены лучше, и бойцы под моим командованием злые профессионалы, а не пастухи-любители, так что победа будет за нами.

– Твоих сородичей уводят, – кинув взгляд на Кулибина, бросил я, а затем повысил голос: – Перед нами враг, который захватил наших союзников! К бою! Атакуем клином! Мирных кочевников не трогаем! Всех вооружённых уничтожаем! Стрел не жалеть! На рожон не лезть! Держаться десятками и не давать противнику собраться в кулак! Пошли! Гойда!

– Гойда!!! – поддержали меня чёрные клобуки и воины Гэрэев.

Мы сбились стремя к стремени и понеслись с высотки на равнину. Вздрогнула под коваными копытами земля. Кони помчались на караван. Триста метров. Двести. Сто пятьдесят. Копчёные заметили нас и стали разлетаться по степи, чтобы затем собраться в лаву и встретить конницу лоб в лоб. Однако наше появление было для них неожиданностью, и они не успевали. Сто метров. Пятьдесят. Бей!

Меч в руке, и я приподнимаюсь на стременах. Мимо проносится одинокий степняк. Повод влево. Ярый пристраивается к невысокому коньку противника, и – замах! Свист клинка! Росчерк стали! Удар – и голова копчёного летит с плеч. Чистая работа. Никаких добивающих ударов не требуется.

– Вождь! – услышал я окрик Кулибина и пригнулся.

Над головой просвистела стрела, а я развернул коня и увидел своего несостоявшегося убийцу, плотного косоглазого мужика в богатом бухарском халате на неплохой вороной кобылке под прикрытием пары десятков визжащих пастухов. Наверное, это главарь, и он накладывал на тетиву вторую стрелу. Ждать нового выстрела я не стал и рванул на него. Мой отряд к этому моменту рассыпался на группы и вёл бой. Однако рядом находились телохранители, и потому я знал, что мою спину прикроют.

– Круши копчёных! – выкрикнул я, и жеребец понёс меня на половцев.

Ярый пересёк небольшое открытое пространство, врезался в толпу степняков, и его мощное тело раскидало приземистых вражеских лошадок. Вожак половцев метнул в меня очередную стрелу. Мимо! И тут я его достал. Меч обрушился на украшенную меховой соболиной оторочкой круглую шапку, и череп противника раскололся. Степняки, которые это увидели, стали разбегаться и заверещали ещё сильней (я перевёл их крики):

– Бек Токсо погиб!

– Вождя больше нет!

– Горе нам!

«Вот это удачно вражину срубил», – машинально отметил я и отбил кривой степной клинок, а затем вошёл в горло ближайшего вражеского всадника. Алая кровь хлестнула из вен на сухую траву. Вокруг меня крики, стоны, ржание лошадей, щелчки арбалетов, боевые кличи и перезвон клинков. Враги растерялись и бросились врассыпную. Схватка уже была окончена, слишком сильны мы оказались по сравнению с налётчиками, и я, выбравшись из сутолоки, отъехал в сторону.

Словно стая испуганных птиц, которых потревожил хищник, теряя бойцов, половцы разлетались по осенней степи подальше от каравана с пленниками и добычей. Мои воины и Гэрэи гнали их, но недолго. Поэтому схватка закончилась быстро. Подъехал Кулибин, а вслед за ним появился Юрко Сероштан.

– Сколько наших полегло? – спросил я чёрного клобука.

– Семеро погибших и девять раненых, – ответил сотник.

– А половцев сколько положили?

– Больше сотни.

– Пленные есть?

– Шестерых взяли.

– Допроси их и узнай, кто они.

В разговор вклинился Гэрэй:

– Отдай пленников нам, вождь.

– Только после допроса.

– Да и так всё ясно. Это наши давние недруги из Заорельской орды, род Сабан-дар. Они не воины, а пахари и пастухи. Прознали, что половина наших мужчин в Киев ушла, вот и напали. Трусливые шакалы.

– Разберёмся. Сначала с ними чёрные клобуки поговорят, а потом ты.

– Но…

– Ты вздумал перечить мне?! – Я повысил голос и окатил Кулибина гневным взглядом.

– Нет. – Парень втянул голову в плечи.

– Тогда езжай к своим людям. – Я кивнул на испуганных женщин и детей, которые кучковались возле повозок. – Объясни им, кто мы и для чего здесь, а потом собери старейшин, если они уцелели, говорить с ними буду.

– Как скажешь, вождь.

Кулибин слегка поклонился и оставил меня, а я спрыгнул на землю, перекинул поводья жеребца одному из телохранителей и вновь прислушался к себе. Я искал признаки портала, который должен находиться рядом, и я его засёк. От реки шёл мертвенный холодок потустороннего мира, который несколько месяцев назад я бы просто не почувствовал. Это была верная примета входа на тропу Трояна, и я уверенно направился к нему. Прошёл метров восемьдесят и залез в густой бурьян, в котором наткнулся на украшенный узорами и рунами булыжник. Машинально ладонь протянулась к камню, но я сдержал себя. Пока не время входить на тропу, сначала отдых и разговор с уважаемыми Гэрэями. А только после этого прогулка по чародейской дороге.

Я обошёл камень по кругу. Затем обернулся, проследил, как арбы кочевников возвращаются на свою стоянку, и пошёл к воде. На берегу Саксагани сел на кочку, и одновременно с этим на моё плечо выполз живойт, который поймал своим телом солнечные лучи и свернулся в небольшой клубок. Ему хорошо – ни забот, ни хлопот, а я, глядя на неширокую речушку, несущую свои воды в Ингулец, который в свою очередь впадал в Днепр, задумался. В моей реальности эти земли находились на Украине, а сейчас такого государства пока нет, и если мои планы осуществятся, то его никогда и не будет. Потому что не должно быть разделения восточных славян, и коли постараться, то быть великой империи с центром в Киеве или в Арконе. Правда, кровушки для этого придётся пролить немало, но иначе державу не построить.

Впрочем, до создания империи ещё далековато. Сейчас заботы иные – создать на реке Саксагань степной форпост, и я это сделаю. Тем более что Гэрэев выручил, значит, основа есть. Деньги имеются, воины тоже, а дальше – больше. О степняках я знаю немало, и план по объединению старых родов в голове сложился.

– Вадим, – окликнул меня Хорояр, – там Кулибин рукой машет. Наверное, собрал своих стариков.

Я кивнул, дождался, пока уж спрячется в кармане горки, и направился назад. По пути ко мне присоединился Юрко Сероштан, будущий комендант крепости возле портала, и доложил: