Тропы Трояна - Василий Сахаров

– Пленных допросили.

– И что они сказали?

– Гэрэй не ошибся. Это род Сабан-дар, который находится под рукой хана Тазза из Заорельской орды. Недавно они ходили в Переяславль, отвлекали силы великого князя от Долгорукого. А когда Изяслав двинулся к Киеву, войско половцев отошло и рассыпалось по кланам и родам. Сабандары тоже отделились и решили, пока в силе, Гэрэев расколотить. Налетели вчера неожиданно. Мужчин почти всех перебили, с бабами понятно, подол задрали, а с утра решили уходить в свою орду, пока их приднепровцы не прижали.

– Ясно. – Я кивнул и задал Юрко новый вопрос: – Значит, Гэрэев, как военной силы, уже нет?

– Нет, – мотнул головой Сероштан. – Два десятка воинов в роду осталось, не больше.

– А молодёжь?

– Можно полсотни ребят прямо сейчас в седло посадить, но это не вароги, так что подмога слабая.

– Ничего, за осень и зиму поднатаскаешь их, и будут справные вояки.

– Это само собой, – согласился сотник. – Но хорошо бы мне ещё бойцов подкинуть.

– Деньги оставлю, пошлёшь людей в Макотин и Зарубин, там вторую сотню чёрных клобуков навербуешь. Не получится, обратись к кавуям, торкам на службе рязанцев, либо к берендеям. Эти за серебро отца родного не пожалеют, а служат честно.

Чёрный клобук повеселел, сбил набок папаху и сказал:

– Понял, вождь. Всё сделаю, как повелел. Гэрэев сберегу, крепость построю и воинов наберу.

Юрко оставил меня, а я приблизился к небольшому костерку, который был разведён на открытой местности. Подле него собралось пятеро стариков, которых налётчики оставили в живых, тут же был и Кулибин. Люди всматривались в меня, а я, уважая возраст почтенных Гэрэев, слегка поклонился, сел на седло, которое положили для меня рядом с огнём, полуприкрыл глаза и заговорил:

– Вы знаете, кто я и зачем здесь. Вы – последний осколок некогда большого и сильного рода, а я ваше спасение. Это так?

Старики переглянулись, и за всех ответил один невысокий крепыш с куцей седой бородёнкой и гладко выбритой головой:

– Да. Всё так. Мы ослабли и не смогли отбить врагов, а ты нас спас. Однако мы не понимаем, чего именно ты хочешь.

– Объясню. Мне нужна сила степняков, их клинки и быстрые кони.

– Но при чём здесь мы?

Род Гэрэй станет ядром нового большого племени из старых степных родов. Меня не интересуют половцы или остатки печенегов. Нет. Я хочу создать орду из тюркских родов, к которым примкнут потомки русколанцев, саков, массагетов, дандариев, сарматов, аланов и готов, а также не желающие возвращаться на Русь чёрные клобуки, тмутараканцы и берендеи. За один год их не собрать, и даже за три этого не сделать. Но с чего-то надо начинать, и уже этой зимой вы, старики рода Гэрэй, повезёте моё слово по всем кочевьям Приднепровской орды, в которой треть людей – из старых степняков, осевших в Диком поле задолго до появления половцев. Что говорить, я вам скажу, и чем приманить вождей – тоже.

Снова старейшины обменялись взглядами, и опять отозвался тот же старик, который наконец назвал себя:

– Меня зовут Аслан-бильге[1], я знахарь рода. Поэтому прошу тебя не гневаться, вождь Вадим, а ответить ещё на один вопрос.

– Спрашивай.

– Зачем тебе выход на чародейские тропы между мирами живых и мёртвых?

– Ходить по ним стану.

– Это опасно и безрассудно.

– Я по ним уже путешествовал. Так что покажите известные вам места входов, а дальше моя забота.

Аслан-бильге не ответил, а старики склонились к нему. Они стали о чём-то шептаться, обмениваясь между собой какими-то тайными знаками. В общем, играли в свои игры, ибо для меня всех их поступки были на поверхности. Деваться Гэрэям некуда – это ясно. Поэтому они должны принять моё предложение. Не ради собственной прихоти или денег, а ради выживания рода.

– Мы согласны признать тебя, славный Вадим Сокол, своим верховным вождём и дать клятву на верность, – наконец сказал знахарь. – И мы покажем тебе места входов на тропы чародеев. Однако…

– Ещё вопросы?

– Да.

– Ладно.

Старик помедлил, а затем выдохнул:

– А как на усиление Гэрэй посмотрит хан Бачман?

– До усиления ещё очень далеко. – По моим губам пробежала усмешка. – Но я отвечу. Пока вы по-прежнему служите ему, ибо он считается хозяином окрестных земель. А чёрные клобуки – ваши друзья, побратимы и охрана, которая оберегает Гэрэй по просьбе покойного вождя Булата Ильгизэ. Пока так, а дальше видно будет. Получится собрать силу, я лично поговорю с Бачманом.

– А если он не признает тебя за равного ему вождя и обрушится на нас всеми своими силами?

– Значит, он умрёт, и я стану разговаривать с новым ханом.

Аслан-бильге хотел сказать что-то ещё, но в это время на холмах у реки появились первые фургоны обоза с продовольствием, и он промолчал. Другие старики последовали его примеру и, оставив Гэрэев, я отдал несколько приказов, а затем вместе с телохранителями разместился невдалеке от портала, расстелил на траве кошму и задремал…

Пролетело несколько часов, проснулся я на закате. Гэрэи уже поставили свои юрты, и над кочевьем разносился запах варёного мяса. Где-то был слышен женский плач и говор чёрных клобуков, которые прикидывали, как лучше построить острог. В общем, порядок. Значит, можно прогуляться по тропе Трояна. Я подозвал к себе сотников, объяснил им, что на некоторое время исчезну, посадил на левую руку змея, с которым гулять по чудесным дорогам было спокойнее, и пошёл к камню.

Вдох – выдох. Вдох – выдох. Спокойствие, как говорил незабвенный Карлсон, только спокойствие. Готов? Да. Пошёл.

Ладонь прикоснулась к камню – и я очутился на тропе. Переход прошёл легко и без каких-либо неприятных последствий для организма. За спиной – булыжник, а под ногами узкая дорожка, которую обступает непроницаемый туман. От входа путь один, к следующему порталу, и я направился к нему. Шаг быстрый, уверенный, во мне ни капли сомнения в собственных силах, и, когда начинается морок, я спокоен.

– Ложись! Граната! – кричит голос из далёкого прошлого.

– Папочка, спаси нас! – вторят ему мои девочки.

– Я достану тебя! – завывает Седрик фон Зальх.

– Ты найдёшь здесь свою погибель, варвар! – восклицает незнакомый голос.

Всё это уже как-то привычно, хотя по нервам, конечно, бьёт не слабо. Впрочем, следующий камень оказался совсем рядом, и я узнал руны, обозначающие Киевский портал.

«Интересно, – подумал я, – а меня сейчас снаружи караулят? Хм! Наверное, да. Ведь митрополит Климент как-то упоминал, что священнослужители Софийского собора ловят в подвалах чертей. Это обо мне».