Проводник - Николай Степанов

– Похоже, у тебя дела немногим лучше моих.

– Да, тут ты права. Я только что от Рудгарда. Илинги там не видели, зато был наш сапожник. Живой и здоровый.

– Погоди, а как же шкатулка, мои драгоценности?

– Доставлены, все до единой. Я устал выслушивать слова благодарности своего родственника.

– А твое послание?

– Письма среди драгоценностей не оказалось. Дело в том, что в замок Руам прибыл не один. Вместе с ним приехал марлонский барон, который и помог чужаку отбиться от трех нападений. Шкатулку нерасторопные грабители перерубили мечом во время схватки, а мое послание, видимо, затерялось в траве. Вот такие у нас новости, дорогая. Что теперь делать – ума не приложу.

– Да ничего, – спокойно ответила Еневра. – Даже если сапожник до сих пор жив, до Долины ему не добраться.

– Почему ты в этом так уверена?

– Сколько телохранителей должно было сопровождать принца?

– Трое.

– А поехало четверо. И с одним из них перед отъездом я имела довольно продолжительную беседу.

– Надеюсь, не с Фергуром?

– Два раза одной и той же ошибки я не совершаю, дорогой.

– Я же говорил, что нам нужно торопиться! – в который раз завелся Дорм. – А теперь что прикажете делать, господин учитель? Ночевать прямо в лесу? На сырой землице?

– Неужели боевого мага страшит ночевка под открытым небом? – усмехнулся Ширад. – Очень странно. Я бы даже сказал – подозрительно.

– И в чем ты меня подозреваешь?

– Да так, мелькнула одна мыслишка. Тебе она не понравится.

– Раз уж начал, то договаривай. Я не барышня, чтобы ты мне нравился, а офицер охраны двора его величества.

Оба волшебника стояли чуть в стороне от готовившихся к ночлегу гвардейцев и по сложившейся в походе традиции обвиняли друг друга. Приставленный к Шираду боевой маг обычно проявлял гораздо больше усердия. Ему страшно хотелось выудить из собеседника хоть что-нибудь, о чем можно было бы доложить правителю. Два нераспечатанных почтовых заклинания буквально жгли карман волшебника, и не оправдать оказанного высочайшего доверия Дорм не имел права.

– Смотри, ты сам напросился. Потом не обижайся.

– Вот за что не люблю гражданских… Хватит ходить вокруг да около! Если имеешь сказать что-то – говори четко и ясно.

– Дорм, я не помню, кто и когда назначил тебя главным в отряде.

– Из военных я тут старший по званию.

– Лучше бы ты оказался старшим по уму.

– Оскорбляешь офицера?

– И что? Вызовешь меня на поединок? Пожалуйста. Но, согласно воинскому уставу, сначала ты должен объяснить принцу причину вызова и добиться его разрешения. Хочешь попробовать?

– Сражаться с тобой ниже моего достоинства, но и унижать себя я не позволю.

– Да никто и не думает. И если бы ты не совал свой нос куда не следует и не приставал ко мне с дурацкими вопросами, я бы ни за что не догадался, что ты за мной шпионишь.

– Как ты смеешь?! – От неожиданного разоблачения маг перешел на шепот. – Да я никогда в жизни…

– Дорм, избавь меня от пустого препирательства. Тебе поручили работу, и ты, как человек подневольный, обязан ее выполнять. Насколько я помню, согласно уставу, приказы существуют не для того, чтобы их обсуждать.

– Интересно, кто это тебя просветил насчет устава?

– Среди моих учеников было немало военных.

К спорщикам приблизился Тарин, и боевой маг поспешил ретироваться.

– Ширад, у меня второй день такое ощущение, будто за нами кто-то следит. Предлагаю во время ночевки выставить усиленную охрану.

– Ты обращался к силе?

– Да, учитель, но очень осторожно. Никто из отряда не видел.

– А Руам?

– Он ощутил. Похоже, паренек чувствует себя неловко, когда я обращаюсь к высшим заклинаниям.

– Я бы не рисковал делать пассы в пути, – покачал головой учитель. – Ну да ладно. Что удалось выяснить?

– Присутствие чужой силы я уловил, но не более того. Даже направление не удалось определить.

– Странно, я запускал волну поиска, но она никаких возмущений не отметила. Может, показалось?

– Не знаю. Попробовать еще раз?

– Пока не стоит. Дождемся, когда Дорм заберется в палатку.

– Ты уверен, что его приставил король? – Тарин считал боевого мага довольно ограниченным человеком для того, чтобы поручать ему какую-то секретную миссию.

– По крайней мере, на месте Ярланда я бы сделал именно так.

– Почему?

– Я при дворе человек новый. Первый раз отправляюсь с наследником в далекое путешествие. Тут без надежной страховки не обойтись.

– Но почему король ничего не сказал мне?

– Наверное, посчитал сие недостойным внимания будущего правителя. – Ширад не был в этом уверен, но на всякий случай решил успокоить принца.

– Так, может, сила, которую я почувствовал, – еще одна страховка Ярланда?

– Я склоняюсь к тому, что исключать подобной версии не стоит, но и особо надеяться на нее тоже. Лучше усилить охрану лагеря.

Руаму, Илвасу, Шираду и пятерым гвардейцам выпало дежурить первую половину ночи. Наставник принца специально разъединил марлонца с сапожником, чтобы Фергур не мешал экспериментам принца. Однако теперь к чужаку «прилепился» местный дворянин.

– Сопровождать в походе будущего короля – великая честь для каждого из нас. Тебе его высочество что обещал подарить, когда он займет трон?

– Да вроде бы ничего пока… – Сын Гамуда был несколько озадачен вниманием со стороны Илваса.

– Тогда я знаю больше твоего. Хочешь, скажу?

– Может, лучше не надо? Если это держат от меня в тайне, значит, так нужно.

– И тебе не интересно узнать? Вот деревенщина! Эдак ты никогда не станешь настоящим вельможей.

– Мне и без титулов неплохо живется.

– Да ты только представь: имение в две-три деревеньки, собственный замок, пара сотен людей, с которыми ты волен поступать, как вздумается… Раздолье, да и только!

– Ага, раздолье. Да я о себе не всегда позаботиться умею, а тут двести человек себе на шею посадить.

– Да-а-а, как был сапожником, так им и остался. Людьми нужно повелевать, а не заботиться о них. Чувствуется, что в тебе нет ни капли знатной крови. Любой другой на моем месте, пожалуй, и разговаривать бы с тобой не стал. Но чем-то ты мне понравился. Люблю парней, которые умеют держать язык за зубами.

Фергур был тысячу раз прав, когда говорил о нем и Брунше. В каждом слове собеседника звучала плохо прикрытая фальшь. И Руам ее прекрасно слышал.