Проводник - Николай Степанов

– От тебя почти ничего не требуется, – не стал дослушивать Тарин многословную речь хозяина. – Накорми моих людей да собери им чего-нибудь в дорогу. Вопрос оплаты решишь с помощником.

В самой просторной комнате дома накрыли длинный стол, и за него по-походному усадили и гвардейцев, и телохранителей. После тяжелой ночи на это обстоятельство ни Илвас, ни Брунш особого внимания не обратили, они лишь заняли место во главе стола и отгородились от неродовитых бойцов барьером, который, с одной стороны, составляли марлонец и Руам, а с другой – семья хозяина и Дорм.

Принц с Ширадом и Кролдом обедали в отдельной комнате, переоборудовав ее под столовую для высоких гостей.

– Вино пить не советую, очень кислое, – толкнув локтем друга, прошептал Фергур. Сам он, едва пригубив, поставил бокал на место.

– Кислое хорошо утоляет жажду, – возразил ему сапожник.

– И хорошо успокаивает. Иногда – навечно. Ты случайно не спешишь на встречу к прадедушке?

– Понял… – Как ни в чем не бывало парень поднес бокал к губам, затем скривился и оставил в сторону.

– Ой, какие мы гордые! – возмутился сидевший рядом гвардеец. – Сам-то из ремесленников выполз, а туда же! Нос задирает, словно у него папа – настоящий граф.

Руам и глазом не успел моргнуть, как сосед схватил бокал и залпом его осушил.

– Надеюсь, не возражаете, господин телохранитель?

– Нисколько, – равнодушно пожал плечами сын Гамуда.

К счастью, с гвардейцем ничего страшного не случилось. Через полчаса обед закончился, и отряд снова отправился в дорогу. Теперь телохранители-иностранцы возглавляли движение.

– Почему ты решил, что вино отравлено?

– Не знаю, перестраховался на всякий случай. Когда мы вошли, блюда с закусками уже находились на столе, а вино вынесли потом. Ты заметил, кто его разливал? Как думаешь, что могло заставить наших вельмож заняться столь неблагородным делом?

– Затрудняюсь ответить.

– Вот и я не нашел объяснения, – задумчиво произнес Фергур. – Пришлось пожертвовать пойлом.

– Жалеешь?

– Скажешь тоже! В моей фляге еще осталось вино из графского замка, так что достойная замена имеется.

– Тебе же оно не понравилось.

– Все познается в сравнении, молодой человек. Конечно, в Разахарде я пивал напитки и получше, да не свалиться мне с кобылки по имени Удача. Но то, чем потчевал Кролд, у нас дома называется обмывками винных бочек.

Руам уже начал забывать о странностях обеда в баронской усадьбе, как вдруг тому самому гвардейцу стало плохо и он, потеряв сознание, свалился с лошади. Попытки обоих волшебников привести пострадавшего в чувство результата не дали.

– Может, мне попробовать? – обратился к Шираду наследник.

– Ни в коем случае, ваше высочество. Нельзя раскрывать наши секреты. Особенно сейчас, когда до цели осталась пара шагов.

– А вдруг он умрет?

– Ты чувствуешь в себе дар целителя?

– Я пока еще не знаю своих возможностей.

Каждый начинающий чародей, преодолевая уровень низкой волны, открывал для себя сильную сторону своего источника. У Еневры это была магия смерти, у Илинги – волшебство живой природы, Ярланд превосходно обращался с ветром… Принц пока не мог ответить на вопрос учителя.

– Тогда тем более не стоит рисковать. Жизнь простого гвардейца ничто по сравнению с той целью, к которой мы стремимся.

Тарину не понравились слова учителя, но ему пришлось с ними согласиться. Подвергать опасности собственное будущее принц не желал.

Гвардеец скончался тихо и очень быстро. Всех бойцов сразу же подвергли магической обработке для выявления болезней. Каждый боевой чародей имел в своем арсенале несколько несложных проверочных заклинаний. Согласно дворцовым правилам, это следовало сделать еще перед походом, но Дорм был слишком взволнован королевским приказом следить за безопасностью его высочества и действиями наставника. Ему тогда и в голову не пришло позаботиться о здоровье участников похода.

Усилия боевого колдуна результатов не дали: никто опасными болезнями не страдал, а Руам вообще не поддался воздействию магии. О последнем факте Дорм решил умолчать. Не хотелось лишний раз нарываться на колкие замечания Ширада.

– Иногда трезвый образ жизни позволяет избежать лишних проблем, не правда ли, молодой человек? Да продлятся твои годы без стыда и совести! – С лошадкой задумчивого сапожника поравнялся конь Фергура. Они снова замыкали шествие отряда.

Рысак барона, третьи сутки безрезультатно пытавшийся привлечь внимание Стрелы, решил воспользоваться тем, что всадники ехали рядом. Он изловчился и любовно укусил строптивую кобылку за шею. Не ожидавшая подобной наглости, Стрела шарахнулась в сторону, а Рокот громко заржал, словно рассмеялся над удачной шуткой.

Руам ехал в глубокой задумчивости и не замечал ничего вокруг себя. Из-за него погиб человек, и это тяжелым грузом давило на психику парня. Он лишь покачнулся в седле, машинально похлопал лошадь по шее и продолжил заниматься самокопанием. Обиженная Стрела, не привыкшая к подобному бесцеремонному обращению, дерзкой выходки жеребца прощать не собиралась. Чувствуя, что наездник мыслями где-то далеко, она резко дернула вперед, обогнала Рокота и взбрыкнула, оставив на груди незадачливого ухажера пыльные отпечатки своих задних подков.

Стрела победно заржала, а скакун Фергура встал на дыбы, сбросив на землю ни в чем не повинного седока.

– Руам, ты чего вытворяешь, рахнид тебе в глотку? – возмутился марлонец.

– Я? – Сапожник очнулся от дум. – И в мыслях не было!

– Ага, выходит, мой конь сам бросился под копыта твоей Стреле? А я, развлечения ради, вздумал вываляться в дорожной пыли!

– По-моему, твой рысак сам виноват, он первый ее укусил. Ты же не обучил его светскому обхождению с дамой, вот он и нарвался на неприятности.

– Да, воспитание у Рокота хромает, – согласился марлонец. – Но претензии не ко мне, а к конюху. Ничего, в следующий раз этот жеребец будет внимательнее и осторожнее.

– Совсем как ты?

– Не понял…

– Если бы не твоя внимательность и осторожность, лежать бы мне вместо того гвардейца. Одного никак не пойму: кому я мешаю? Неужели Илвас не может мне простить?.. Так он сам виноват.

– Что у вас там произошло с баронетом? Давай выкладывай.

Сын Гамуда вкратце поведал другу историю с подменой приглашения.

– Ты и вправду не умеешь читать? – искренне удивился марлонец.

– Некогда было учиться, – обиженно пробурчал парень.

– Вот потеха! Получается, благодаря своей неграмотности ты избежал свидания, на котором тебя должны были убить?

– Почему сразу убить? Илвас ведь вернулся.