Бессердечная - Марисса Мейер

Возможно, в чай – который показался Кэтрин самым вкусным, какой она пробовала в жизни – что-то было подмешано, потому что Кэт моментально расслабилась, без конца смеялась, аплодировала, что-то выкрикивала и даже топала ногами. Кэтрин уже поняла, что Шляп Ник обожает командовать, а его гости почти не обращают внимания на приказы. Она узнала, что Садовая Соня раньше была самой шустрой в компании, но полтора года назад впала в спячку и еще из нее не вышла. Джокер дал понять Кэт, что ему стыдно из-за фокуса с летучими мышами, одна из которых чуть не запуталась у нее в волосах. Признавшись в этом, он поправил выбившийся у нее локон, и у Кэт по коже пробежали мурашки.

Растерявшись, она смахнула его руку, как летучую мышь.

Сколько бы раз гости ни пересаживались, Джокер оставался рядом с Кэт, помогая ей ориентироваться в вихре происходящего и отводя в сторонку от кресла выступающего. Кэтрин чувствовала большое облегчение от того, что не попадала в центр внимания, но невольно рылась в памяти, обдумывая, чем могла бы удивить собравшихся. Ей вдруг захотелось произвести на всех впечатление, поразить даже больше, чем Джокер с его иллюзиями и фокусами. Но как? Ни петь, ни жонглировать, ни плясать она не умеет. Она ведь не артистка, а всего-навсего леди.

Когда все продемонстрировали свои таланты и Шляп Ник вновь скомандовал пересаживаться, Джокер двинулся в сторону кресла, чтобы освободить Кэтрин от обязанности выступать.

Но сесть он не успел, потому что Ник опустил на подлокотники кресла свою трость.

– Терпение, друг мой. Поверить не могу, но мы до сих пор не имели удовольствия увидеть какой-нибудь номер от твоей леди.

Шляп Ник смерил Кэтрин надменным взглядом.

Джокер сбросил трость.

– Леди здесь, чтобы наслаждаться нашим гостеприимством, а не затем, чтобы ты выставлял ее напоказ.

Кэтрин спокойно выдержала взгляд Шляп Ника. Джокер повернулся к ней.

– Не позволяйте ему себя обижать. Если пожелаете, буду счастлив выступить вместо вас.

– К чему так жадничать, – перебил Шляп Ник. – Только брать и брать, и ничего не давать взамен.

В его словах сквозило недовольство.

Укоризненно взглянув на Шляп Ника, Джокер прошептал, обращаясь к Кэт:

– Все не так. Нет ничего страшного в том, чтобы попросить кого-то выступить вместо себя, особенно на первом чаепитии.

Кэт понимала, что он пытается сгладить вызов, брошенный Шляп Ником, но эти слова ее немного задели. Прав он или нет, но откуда у него такая уверенность, что ей нечего показать?

Она разглядывала его руку – тонкие пальцы, не такие нежные, как ее собственные, но и не такие грубые, как у садовника или слуги. Ей понравилось, что он назвал это чаепитие первым, ведь этого означало, что будут и другие.

– Я готова, – услышала она собственный голос будто издалека.

На лице Шляп Ника заиграла усмешка, но Кэтрин не могла сказать, одобрительная или издевательская.

– Леди будет следующей! – закричал Шляп Ник, не давая ей шанса передумать, а потом обвел рукой шляпы на стене. – Выбирайте головной убор, сударыня. Вот увидите, он поможет.

– В чем поможет? – Кэт старалась держаться, медленно идя вдоль стены, увешанной дамскими шляпками, цилиндрами, прозрачными вуалями и шелковыми тюрбанами.

– Это как маскарадный костюм. Или, в вашем случае, изысканный наряд. – Шляп Ник провел пальцами по краю своей шляпы. – Удачно скроенная шляпа делает человека… храбрее.

Кэт не была уверена, что согласна с этим: даже самые лучшие платья никогда не придавали ей отваги. Однако все здесь во время выступлений надевали шляпы, с какой же стати ей спорить? Толпа замерла, ожидая, что она выберет, но Кэт понимала, что только тянет время, перебирая в пальцах то золотую застежку, то страусовое перо.

Должен же быть у нее какой-нибудь талант. Любой, лишь бы не опозориться.

Большинство шляп были куда более экстравагантны, чем те, к которым привыкла Кэт. Пока ей больше всего пришлась по душе потрясающая шляпа в розовую и зеленую полоску – в виде карусели с лошадками-пони, весело скачущими по кругу. Но ее надевал Лев во время своего номера, и Кэт к своему разочарованию, увидела, что он так ее и не снял.

– Могу ли я предложить одну из красных? – спросил Шляп Ник.

Кэт вздрогнула и обернулась к нему.

– Почему красную?

Он пожал плечами.

– Этот цвет наилучшим образом оттенит вашу кожу, дорогая. Как вам вон та, видите?

Кэт увидела широкополую шляпу с множеством оборок из вино-красного шелка, украшенную белыми и желтыми маками. Кэт сморщила нос. Шляпа, конечно, красивая, но она бы нипочем такую не выбрала.

Зато оказалось, что рядом висит белый поварской колпак, отделанный широкой черной лентой. Сняв колпак с деревянного колышка, Кэтрин не задумываясь надела его.

– А, шляпа для принятия небанальных решений. – Шляп Ник прищурился. – Интересный выбор.

Не сразу, но Кэт все-таки осмелилась поднять глаза на Джокера. Тот даже не обратил внимания на колпак и снова предложил ей руку.

Кэт повязала черную ленту под подбородком и, опираясь на его руку, забралась сперва на кресло, а потом на стол.

Пока она думала, что будет делать, в шляпной лавке наступила тишина, совсем не похожая на обычно царящий здесь хаос. Гости замерли и смотрели на нее с любопытством. Кэт и самой было интересно. От возбуждения у нее даже руки задрожали.

Она нашла место среди разбитых тарелок и разбросанных булок, глубоко вздохнула, оглядывая лица вокруг. Змеиные глаза со зрачками-щелками, глаза ящериц с набрякшими веками, выпученные рыбьи глаза – все были устремлены на Кэт. Подол ее платья был весь в крошках и брызгах разлитого чая.

– Спойте нам, прекрасная леди! – предложил Лев, а карусельные лошадки скакали вокруг его гривы. – Спойте нам древнюю балладу.

– Нет, станцуйте для нас! Вы танцуете?

– Может, она умеет подавать чай, как гейша?

– Рисовать ногами?

– Делать сальто?

– Предсказывать судьбу?

– Завязывать узлом черенки вишен при помощи языка?

– Не будь дураком, это же невозможно!

– Кэтрин.

Она обернулась и поняла, что все еще держит Джокера за руку. Он улыбался ей, но был явно озабочен.

– Вы не обязаны этого делать.

За кого ему стыдно? – подумала Кэт. За нее или за себя, за то что привел ее сюда? Леди. Дворянку. Одну из этих девиц с нежными ручками и пустым сердцем. Недостаточно безумную для того, чтобы участвовать в чаепитии Шляп Ника.

Она резко отняла руку и посмотрела на Шляп Ника. Тот снова положил ноги на стол и теребил пальцами галстук.