В плену предсказаний - Евгения Гордеева

— Такая красавица, и дру-уг, — протянул возница. — Ой, обманываешь ты нас, парень!

— Вот она очнется, и мы разберемся, кем друг другу приходимся, — недовольно пробурчал Дэн. — А как вашего пса зовут? — сменил он тему. — Я его Другом зову. Удивительный пес!

— Это наша гордость! А ты почти угадал. Его зовут Амиго, в переводе и будет — Друг, — Инвар на ходу потрепал его по холке.

— Амиго? Амиго! — позвал Дэн пса. Тот подбежал и весело гавкнул, неистово виляя хвостом. — А как вы догадались телегу взять?

— Так все он, — возница мотнул головой в сторону Амиго, — забежал в конюшню и выгнал оттуда пони, потом к телеге побежал. Мы его хорошо понимаем…

— А что за порода у вашей лошадки… — Дэн прервался на полуслове. То, что он увидел впереди, не поддавалось никакому определению.

Прямо перед мужчинами лес расступался, давая место каким-то незнакомым, но явно возделываемым человеческими руками, кустам. Но не это так поразило гостя. Небо, оно было… Такого неба он не то, чтобы не видел, даже не представлял себе. Серая пелена впереди белела, а за белизной, похожей на взбитые белки, начиналась синева, цветом в точности, как горная лаванда.

— Что это? — Дэн остановился, не в силах сделать больше ни шага.

— Небо, — Рэд с интересом наблюдал за реакцией вновь прибывшего.

— Но почему синее?

— Потому что нет ни туч, ни облаков. Это естественный цвет неба. Но люди забыли о нем.

— Это о таком небе рассказывала мне Лана? И что, я сейчас увижу…Светило?

— Эта девушка — годс? — теперь настала очередь удивлять Инвару.

— Светило? Увидишь, — опять разъяснил Рэд, — вот, надень. С непривычки, ослепнуть можешь, — возница протянул Дэну очки, только стекла в них были темные.

— Закоптили, что ли? — парень покрутил в руках странные окуляры.

— Дэниэл, ты не ответил, кто эта девушка? — Инвар тронул его за плечо.

— А? Да, она горянка. Предсказанная.

— А ты? — напряженно спросил Инвар.

— Я?

— Да, ты?

— Я, вроде тоже, Предсказанный…

— И зачем вы пришли сюда? — с горечью спросил местный житель.

— Она ушла, по моей вине… Я отправился за ней.

— Да-а… Ладно. Надо ее вылечить, а потом будем думать, — лицо Инвара стало мрачным, почти трагическим.

— Что это?!! — Дэн закрыл руками глаза.

— Очки одевай, дурень, — проворчал Рэд, — предупреждал же!

Через закопченные стекла очков Дэн смотрел на Светило. Яркий огненный шар висел в синем небе.

— А как это он не падает?

— Это долго объяснять… Вот увидишь звезды, тогда легче поймешь, — наставлял его возница.

— А когда я их увижу?

— Ночью.

— А это что за кусты?

— Вот любопытный! Это — виноградник.

Поселение начиналось сразу за виноградниками. Небольшие домики, разбросанные по маленькой долине, утопали в такой буйной зелени и цветах, что Дэниэл сначала даже не поверил своим глазам. Он привычно потряс головой, прогоняя наваждение, протер глаза… Но, начиная со вчерашнего пришествия Амиго, все в этом мире было реально… И винные ягоды, из которых делают настоящее вино, а не ту бормотуху, что подается в тавернах Аркуса, и синее небо, и горящий шар Светила, и маленькая лошадка пони…

Лесная дорога плавно превратилась в городскую, замощенную мелкими булыжниками, которая привела их к довольно большому, каменному строению.

— Это наш общинный дом, — объяснил Инвар, — тут мы собираемся для … словом, когда это нужно. Здесь у нас есть помещения для лечения — лазарет. Вот. Неси ее за мной.

Дэн поднял Лану на руки и пошел за Инваром. Под лазарет было отведено несколько больших светлых комнат. В одной из них хозяйничала пожилая женщина. Она что-то помешивала в котле и поминутно заглядывала в толстый, и очень древний, фолиант. Выглядела она очень оригинально. Голубое платье с закатанными до локтей рукавами, такая же голубая повязка на седых косматых волосах, черный передник с множеством карманов и карманчиков, явно чем-то наполненных. За ухом торчало гусиное перо. Женщина недовольно повернула голову к нарушителям спокойствия и уже открыла рот, но взгляд ее упал на безжизненное тело девушки, и все слова негодования замерли у нее на губах. Она бросилась к Дэну, не забыв, тем не менее, сунуть Инвару деревянную ложку и коротко приказать:

— Мешай!

— И тебе, здравствуй, Ора.

Инвар безропотно приступил к исполнению поручения. Дэн уложил Лану на топчан, и знахарка приступила к осмотру. Дэн помог ей снять с девушки одежду. Она ощупала все ее кости, осмотрела тело, проверила глаза… Небольшой рубец на левом виске и несколько синяков. Женщина задумчиво посмотрела на Дэна, но он понял, что взор ее и мысли где-то далеко.

— Расскажи, что случилось, — потребовала женщина.

— Не знаю, могу только предположить. Она, скорее всего, сорвалась, когда пыталась распутать веревку, зацепившуюся за корни сосны. Я нашел ее висящей на скале, почти без дыхания, что даже поверил в ее смерть. Потом распутал, стягивающие ее тело, веревки, привязал к себе и спустился на каменный выступ. Там я увидел, что она дышит, дал ей травяную настойку. Она сама ее готовила… Попытался согреть. Потом появился Амиго. Утром она уже дышала ровно, правда, тихо. Вот и все.

— У нее нет серьезных повреждений. Рана на виске не опасна, кость не повреждена. Мозгового кровотечения тоже нет. Значит, когда она задыхалась, душа уже покинула тело… Ты, парень, успел во время… — она прикрыла девушку легким покрывалом и опустилась на край топчана.

— Но, она не умерла? Она же дышит! — с надеждой спросил Дэн.

— Ее душа заплутала между мирами…

— И… как ее вернуть?

— Надо найти союзника.

— Кого? — Дэн обалдело уставился на ведунью.

— Душу человека, который бы знал и тебя и ее, и помог вернуться девушке в этот мир.

Дэн помрачнел. У Ланы, конечно, найдется масса союзников из потустороннего мира, но вот у него самого… Разве что отец, или старина Тил. Они помогли бы, но они не были знакомы с Ланой. Мама… Он так жестоко поступил с ней… Она умерла по его вине, из-за его упрямства. Захочет ли она помогать своему непутевому сыну?

— Я постараюсь найти союзников, — все в душе Дэна затрепетало. Сейчас все зависит от него, от его действий…

"Ничего не трудно для любящего", — сказал ему как-то Виталь. Вот теперь надо это доказать!

— Поторопись. Всего три дня душа может находиться в переходном состоянии, а потом ее засосет или тот, или этот мир.

— Три дня? Значит, уже завтра она… Нет!

— Я же тебе объясняю… Инвар! У тебя все выкипает! Что ты развесил уши? Ничего доверить нельзя! Снимай котел, все готово. Так вот, — без пауз тараторила знахарка, — она может вернуться и в наш мир, но лучше подстраховаться.