Цена мечты - Надежда Федотова

Мелвин задумался. Качаться в гамаке он любил.

— Жарко… — с сомнением протянул мальчик. Нейл пожал плечами:

— Я сделаю тебе ветер. Как с моря. А?

Братец, расплывшись в улыбке, кивнул. Ветер с моря — это было совсем другое дело.

* * *

С веранды донеслись приглушенные голоса. Потом смех Мелвина. Сидящая у распахнутого окна за бюваром в малой гостиной герцогиня, отвлекшись, посмотрела на небо. Закат. Наконец-то кончился этот день. Почти кончился. Она бросила взгляд на часы в углу комнаты — скоро подавать ужин, который, разумеется, все равно никто не станет есть. «Что творится с погодой? — подумала Вивиан эль Хаарт, прикладывая измятый платочек сначала к одному виску, потом ко второму. — Такая духота, и солнце как с цепи сорвалось» Она покачала головой и, вновь посмотрев на часы, вернулась к недописанному письму. Перечитала с самого начала, опустила кончик пера в чернильницу, добавила еще несколько строчек и, подписавшись, посыпала лист песком. Пока чернила сохли, герцогиня открыла ящичек с сургучными стержнями. Вынула один, начатый, придвинула поближе свечу и, привычно потянувшись за печатью, досадливо поморщилась.

— Совсем забыла, — обронила она, поднимаясь. Печать еще утром забрал муж: была последняя суббота месяца, день, когда управляющие приезжали из имений, дабы отчитаться герцогу о положении дел, получить жалование себе и помощникам, решить насущные вопросы, требовавшие хозяйского вмешательства… И если бы речь шла только о семейных владениях эль Хаартов, то личная печать герцогини там не потребовалась бы. Но помимо них существовало еще кое-что, пока принадлежавшее Вивиан: небольшая усадьба на севере, мельница да пятьдесят акров плодородной земли, наследство, оставшееся Нейлу от его отца. По условиям завещания, усадьба переходила к сыну либо по достижении им двадцатилетнего возраста, либо по случаю его женитьбы, так что пока всеми делами занималась Вивиан. Точнее — ее нынешний супруг, по ее же личной просьбе.

Стрелки часов показывали без четверти восемь. И Мелвин на веранде, значит, последний из управляющих уже уехал, больше герцог никого не ждет. Ее светлость, оправив неприятно липнущее к телу платье, вышла из гостиной и спустилась вниз, в библиотеку. В своем рабочем кабинете Кендал эль Хаарт принимал разве что графа Рексфорда, и то по особым случаям, посторонним туда ходу не было. А в библиотеке имелся и письменный стол, и кресла — всё то, чего в «домашней лаборатории» герцога отродясь не водилось… Герцогиня подошла к двери и негромко постучала.

— Входите! — донеслось из комнаты.

— Я не помешала? — спросила Вивиан, заглядывая внутрь. Муж, разбирающий за столом какие-то бумаги, отложил в сторону пенсне и улыбнулся:

— Нисколько. Что, уже ужин? Я не услышал гонга.

— Нет-нет, — она, шурша юбками, переступила через порог. — Еще рано, я только за печатью. Как наши дела, всё благополучно?

Герцог эль Хаарт, чуть помедлив с ответом, кивнул. И протягивая жене футляр, добавил:

— Но, боюсь, если так пойдет и дальше, засухи не избежать. Утес пока держится за счет горных источников, а вот из Дервуда и нижнего Россайна вести неутешительные. Уже два случая лесных пожаров, того и гляди торф гореть начнет. Пшеница ранняя в Россайне погибла вся… Нужен дождь. Мидлхейму хоть немного досталось, а дальше окраин уже второй месяц ничего.

— А искусственное орошение? — подумав, спросила она. Муж пожал плечами.

— Оно не всегда возможно, зато всегда накладно. Впрочем, если не останется ничего другого… — Он, хмурясь, бросил мимолетный взгляд на бумаги. — Пока что будем надеяться на лучшее. Как бы то ни было, с голоду мы не умрем, и даже в случае неурожая вполне продержимся на прошлогодних запасах. Не волнуйся, дорогая. Тебе помочь с ужином?

— Не нужно, — отозвалась она, крутя в пальцах футляр с печатью. — Уж с парой подносов я и сама управлюсь. Кендал, ты сказал, отовсюду плохие новости? А Белая усадьба?

Она говорила о сыновнем наследстве. Мельница, пашни, затерянный в соснах маленький двухэтажный дом с резным крылечком, весь увитый охристо-зеленым ковром плюща — тихий, сонный уголок, который Вивиан покинула много лет назад, но который до сих пор иногда снился ей. Герцогиня ждала этих снов — теплых, подернутых золотисто-розовой дымкой летнего вечера, пахнущих сосновой смолой и медом, — и одновременно страшилась их. Они всегда возвращали ее в прошлое, воскрешая в памяти то, что ей так хотелось забыть…

Лицо женщины тронула тень. Светло-голубые глаза потемнели, как всегда случалось, стоило ей вспомнить о былом. Герцог, заметив это, сдвинул бумаги на край стола и поднялся.

— Не волнуйся, — с мягкой улыбкой повторил он, подойдя к жене и беря ее руки в свои. — Ну же, Вивиан… Предгорье выживет, оно всегда выживает, ты ведь знаешь! Дом, земля — всё в полном порядке, это подтверждают и бумаги, и управляющий.

Он помолчал и добавил:

— Кстати говоря, нелишне будет все-таки туда съездить. Не нам, так Нейлару. Он, как-никак, будущий хозяин Белой усадьбы, и сейчас как раз на каникулах.

Герцогиня подняла на супруга затуманенный взгляд. А потом, помедлив, кивнула.

— Наверное, ты прав. Нейлу уже скоро девятнадцать. Как летит время! — Она, заставив себя улыбнуться, переменила тему:- Я написала госпоже Делани. Думаю, лучше нам действительно не найти, у нее просто невероятные рекомендации! Если она еще не связана обязательствами, и я не опоздала… Ты не против, чтобы она приступила к работе в ближайшие дни?

— Разумеется, нет, — герцог с сомнением оглянулся на стол и решил, что с оставшимися бумагами разберется после ужина. — Так тебе для этого нужна была печать?

Супруга кивнула.

— Тогда может начинать хоть завтра, — сказал герцог. — Мне уже самому любопытно взглянуть на это молодое дарование. Граф Бэнтон и, в особенности, графиня прожужжали мне об этой Делани все уши!

— Не только тебе, — теперь уже без всякого принуждения улыбнулась Вивиан. — Хотя ее успехи и впрямь производят впечатление. Письмо я отправлю завтра утром, и если госпожа Делани примет предложение, то мы с тобой сможем уехать через две недели со спокойной душой.

Герцогиня эль Хаарт, легким движением высвободившись из рук мужа, шагнула к двери и положила ладонь на ее гладкую бронзовую ручку.

— Мальчики на веранде, оба, — сказала она. — Если ты закончил на сегодня, можешь пока составить им компанию. Заодно и с Нейлом поговори насчет Белой Усадьбы, думаю, в августе мы можем поехать туда все вместе. А к ужину я вас позову.

Она вышла. Кендал, проводив жену долгим взглядом, медленно расстегнул жилет, стянул его с плеч и повесил на спинку кресла. Слишком жарко. Даже в рубашке, а тут еще этот плотный бархат… В конце концов, визитеров сегодня больше не ожидается. Герцог подошел к окну, отодвинул в сторону занавесь, распахнул створки и поморщился. Со стороны сада густо, удушающе тянуло гнилью. Что за лето! Он вспомнил отчеты управляющих и, нахмурившись, покачал головой.