Маленькое счастье Клары - Анна Лерн

После неприятной встречи мы с Филиппом сразу же поехали домой, ведь настроение было безнадежно испорчено, и муж переживал о моем здоровье.

Погода начинала портиться, пошел снег и поднялся ветер, швыряя в окна экипажа последние сухие листья. Мне стало легче, тошнота отступила и лишь воспоминание о липком взгляде ванн Дильца, вызывало волну отвращения. Какой же гадкий человек! Чтоб его черти взяли!

Несмотря на все случившееся, осторожная и несмелая радость будоражила душу — возможно, у меня будет ребенок. Но я решила не тешить себя призрачными надеждами раньше времени и все оставить на волю судьбы. Слишком велико было мое желание стать матерью и таким же сильным могло быть разочарование.

Граф был задумчив и смотрел в окно отрешенным взглядом, от которого мне становилось не по себе.

— Ваша светлость, — я постаралась говорить как можно мягче. — Могу ли я спросить вас?

— Конечно дорогая, — муж оторвался от созерцания пейзажей и ласково посмотрел на меня. — Что вы хотите знать?

— Почему деревня не принадлежит вам? Мне казалось, что она находится на ваших землях, — сказала я, надеясь, что не задела какую-то рану в его душе.

— Все верно, деревня стоит на землях моего графства, но покойный отец, будучи благородным человеком и любящим родителем, сделал один необдуманный шаг — он подарил эту деревню мужу Марты, земли которого соседствуют с нашими у северной границы. Граф подписал эти бумаги, когда мы с сестрой были детьми, и знать не знал, каким безвольным человеком окажется муж его дочери. Они были помолвлены, находясь в юном возрасте, как и мы с вами.

Единственное — он оставил право на маслобойню и сыроварню нашей семье. Маркус же пользуется остальным, и крестьяне платят налог ему.

Я не против, ведь там растут мальчики — сыновья моей сестры и когда-то все это достанется им, — спокойно объяснил мне Филипп и уже более зло добавил: — Ван Дильцы периодически появляются здесь, и формально я ничего не могу сделать, не являясь хозяином, а Маркус не может перечить даже своей поварихе!

Семья моего мужа была замечательной — теперь я была в этом уверена на все сто процентов. Отец Филиппа любил свою жену, своих детей, свой дом и старался обеспечить их будущее, только смерть не спрашивает, когда прийти и часто забирает вместе со своей жертвой благополучие и счастье.

— Не стоит грустить, лучше идите ко мне Клара, — позвал меня муж, и я с радостью пересела к нему. — Мне хочется обнимать вас, чувствовать ваше тепло — оно придает мне уверенность и веру в наше с вами будущее.

Филипп обнял меня, и я прижалась к его груди, слыша, как бьется сильное сердце.

Следующий день принес много интересного — по крайней мере, для меня. Женщины собирались варить мыло и слуги уже готовили костер на заднем дворе и туда притащили огромный котел с закопченными боками.

Чтобы не пропустить это действо, я тоже оделась и вышла на улицу, на что Мия недовольно произнесла:

— Ваша светлость, зачем вы вышли? Холодно, да и запах я вам скажу здесь будет не из приятных.

— Ничего, я потерплю, — заверила я девушку и устроилась чуть поодаль, усевшись на толстое бревно, которое еще не успели порубить на дрова.

В прозрачном воздухе чувствовался легкий морозец, иногда пролетали одинокие снежинки, и я с удовольствием вдыхала свежий аромат крадущейся зимы, закутавшись в теплый плащ.

Я примерно знала, как готовили мыло в это время, но увидеть все вживую было безумно интересно.

Женщины вывернули в котел золу, налили воды и принялись все это кипятить, помешивая по очереди бурлящее варево деревянной ложкой с длинной ручкой.

— Вы что, никогда не видели, как варят мыло? — улыбнулась Гуда, и только я открыла рот, чтобы ответить, за меня это сделала Либби

— А мы никогда наших фрай не подпускали к котлам! А если бы щелочь в глаза попала? Неет… беды не оберешься!

— Правильно, — поддержала ее повариха и покосилась на меня, но я уперто сидела на своем месте. — Вы только близко не подходите, ваша светлость.