Мертвая голова - Амелия Грэмм

– Фанабер, не шути со мной! – предупредил Флинн, тяжело задышав.

– И что ты сделаешь? – с вызовом спросила она. – Я внимательно наблюдала за всеми твоими жалкими попытками вызвать своего духовного напарника. Ты слабак. Ничтожество.

– Фанабер!

– Да, я прекраснейшая и хитрейшая Фанабер, а ты полный недоумок, – захохотала она. – Это же надо было так повестись! Стоял, уши развесил. Неужели ты хоть на секундочку посмел подумать, что можешь заинтересовать меня? Меня! Величайшую из всех бессмертных!

– Фанабер, ты сто раз пожалеешь, если немедленно не отдашь мне то, что украла, – сказал Флинн и сделал шаг навстречу. – Вот вернется Хольда и…

– Хольда, Хольда, – передразнила она, завороженным взглядом рассматривая заколку. – А ты хоть что-то в состоянии сделать сам? Или так и будешь вечно прятаться за спиной этой рыжей дуры?

Флинну надоела вся эта бессмысленная болтовня, и он попытался отнять заколку силой, но Фанабер ловко увернулась и отскочила назад.

– Это теперь мое. Мое, только мое, – прошипела она резко изменившимся голосом, и из уголков ее рта потекла черная слюна. Дело плохо.

– Фанабер, успокойся, – опустив руки, примирительно произнес Флинн. – Ладно, пусть будет по-твоему. Пусть она пока что побудет у тебя.

– «Пока что»?! – разъяренно взвизгнула одержимая. – Она моя навеки! Все самое прекрасное в этом мире должно принадлежать мне!

Фанабер прицепила заколку-бабочку к своим длинным черным волосам, и у Флинна что-то екнуло в груди. Он ни разу не видел Кейти с этой заколкой: она так и не примерила его подарок.

– Фанабер, прошу, отдай мне ее, – мягко прошептал Флинн, пытаясь достучаться до одержимой. – Эта вещь очень важна для меня. Давай я в следующий раз принесу тебе другую заколку, намного красивее этой? Честно!

Девушка приложила палец к подбородку, и ее взгляд бесцельно заскользил по темному пространству: она обдумывала предложение.

– Нет, – ответила Фанабер. – Другая заколка точно не будет красивее.

– Почему ты так решила? Я постараюсь найти самую-самую прекрасную.

– Нет! – твердо повторила Фанабер. – Раз эта заколка так важна для тебя, значит, она особенная. А я должна получать только самое лучшее.

– Фанабер… – Флинн приблизился к девушке.

– Нет, не отдам! Она моя! – прокричала Фанабер, и ее рот наполнился слюной, которая черным водопадом потекла вниз.

Невидимый пол зашипел, как будто на него пролилась кислота. Флинн с опаской попятился, подумав, что ее суллема стала еще ядовитее. Руки Фанабер тем временем напряглись и вытянулись вдоль тела, и на ее голове прорезалась корона из темных кристаллов. Сияющий глаз на ошейнике замигал, как неисправная лампочка, и вскоре погас. Металл в один миг рассыпался на тысячи острых осколков.

– Свободна… – выдохнула она, взявшись за свою шею. – Я свободна.

– Фанабер, прошу, успокойся, – напряженно проговорил он и отошел еще дальше.

– Я свободна!!! – прокричала одержимая, подскочила к Флинну и со всей силы толкнула его в грудь.

Он отлетел на несколько метров, стукнулся головой об пол и сразу же отключился.

– Фли-и‐инн, – прозвучал знакомый голос. – Флинн, приди в себя.

– К… Кейти? Это ты? – еле шевеля губами, спросил он.

– Да, я. Вставай уже!

– Нет, это не можешь быть ты… Ты же улетела в Небесные Чертоги. Наверное, я слишком сильно ударился головой и теперь у меня слуховые галлюцинации.

– Флинн, не думай сейчас об этом! У тебя есть очень важное дело, которое нужно срочно решить.

– Какое же? – Он попытался открыть глаза, но веки точно кто-то сшил между собой.

– Если ты сейчас не остановишь эту чокнутую с моей заколкой, то ты потеряешь меня навсегда, – серьезно сказала Кейти. – Ты же не хочешь этого? Правда?

– Не хочу, – ответил Флинн.

– Поэтому соберись и сделай все, что в твоих силах.

– Но ведь у меня не получилось вызвать своего духовного напарника. Я столько раз пытался – и все напрасно.

– О Флинн, я не узнаю тебя! – раздосадовалась Кейти. – Раньше ты на все был готов ради меня, а сейчас лежишь и жалуешься, что ничего не можешь сделать. Поверь, ты можешь. Можешь!

И правда, чего это он раскис? Ему самому от себя стало тошно. Он собрал волю в кулак и раскрыл глаза. Кейти рядом не было, но Флинн чувствовал ее присутствие. Неужели у него теперь есть личный призрак? Или она все-таки лишь игра его фантазии? Ладно, он выяснит это потом, сейчас же ему нужно забрать то, что у него украли.

Пол ускользал из-под ног, звезды двоились в глазах, а в голове звенел колокол, но, несмотря на все это, Флинну все же удалось подняться. Он напряг зрение и увидел удаляющуюся фигуру Фанабер.

– Я не дам тебе сбежать… Шешан, прошу, помоги мне.

Флинн погрузился в пучину своих беспокойных мыслей. Он старался поймать хоть одну из них, но они метались из стороны в сторону, как перепуганная стая рыб. Чем он мог помочь Кейти? По сути – ничем. Она ведь в Небесных Чертогах, ей уже хорошо. А что насчет матери? Написать ей письмо – идея неплохая, но рискованная. Вдруг Граф Л узнает об этом и разорвет с Флинном договор? Кому, кому же и как он мог сейчас помочь? Думай, Флинн, думай! И тут перед его внутренним взором предстал Тайло. Он был таким несчастным после суда над своим отцом. Что бы могло осчастливить его? Какая заветная мечта есть у Тайло? Внезапно к Флинну пришло озарение: он выудил из памяти фразу, случайно брошенную его бывшим психофором. Точно! Это оно!

Внутри Флинна разлилось теплое море: волны восторга прокатились от макушки до пят. Все, что раньше казалось невыполнимым, отныне было простым и легким. Тайло точно будет в восторге от того, что он задумал! Флинн отчетливо представил, как тот взорвется от счастья. Как будут сиять его глаза, как широкая улыбка намертво приклеится к его лицу!

Флинн увидел перед собой золотые искры, они словно сбежали от солнца, чтобы посмотреть на него, как на какую-то диковинку. И только спустя пару мгновений он осознал, что искры танцевали не снаружи, а внутри него. Вскоре они собрались вместе и золотой рекой потекли в его сердце, а оттуда направились к правой руке, где дремал Шешан. Флинн поднял руку и направил ее на Фанабер.

«Шешан, помоги остановить эту одержимую», – подумал он.

Змей проснулся и посмотрел на него круглыми глазами-бусинками, и в этом взгляде таился целый мир – необъятный и загадочный. Затем он повернул голову в сторону Фанабер, сжался вокруг руки Флинна, точно пружина, и устремился вперед. Казалось, что темное пространство древнего космоса прошила золотая молния.

Фанабер замерла и упала, потревожив тишину пронзительным вскриком.

Фанабер лежала лицом вниз. Ее длинные волосы сливались с чернотой космоса, а кристаллы, выросшие на голове, потихоньку уменьшались. Когда же они полностью исчезли, Флинн осторожно склонился над одержимой и снял с ее щиколотки Шешана. На тонкой коже остались следы от клыков: две точки, сияющие золотистым светом, который вскоре погас.