Главное задание - Андрей Львович Астахов

- Как прикажете, сэр, - я убрал меч в ножны.

- Запомни, лошок, - Уоллас ткнул меня пальцем в грудь, - здесь тебе не твой родной Лох-Несс, и даже не Саграмор. Здесь командую я. Твоя дерьмовая жизнь принадлежит мне. Мне плевать, из-за чего вы сцепились. Но бардака у себя в отряде я не потерплю. Все понял?

- Да, сэр.

- А сейчас иди, умойся.

Я вышел из палатки, спустился к реке и смыл кровь с лица и куртки. На душе было погано, хотелось кого-нибудь прирезать. Понятно, что вся эта кодла не оставит нас с Хатчем в покое. Я прикладывал к лицу мокрый носовой платок и размышлял, как же нам уцелеть этой ночью.

Хатч появился неслышно. Спустился к воде и сел рядышком на корточки.

- Как ты? – спросил он.

- Нормально, бывало хуже. Гитара цела?

- Ага. Я аж сам удивился.

- Неплохо ты им залепил, - я посмотрел на Хатча. – Каратэ было в тему.

- Попались бы мне эти ублюдки лет десять назад. Я бы их всех раскидал, мама не горюй.

- Скверное получилось знакомство. Теперь они от нас не отстанут. Жди стрелы в спину.

- Капитан их там распекает. Меня выставил из палатки, а сам остался с этими уродами.

- Как же, распекает. Держи карман шире, - я выжал платок, намочил снова, положил на переносицу. Боль и кровотечение давно прошли, но мой разбитый шнобель будто одервенел. – Будем спать по очереди. Авось до завтра доживем.

- Ты всерьез думаешь, что они захотят…

- Думаю вот. Но ты молодец, Хатч. Не робкого десятка.

- А ты что, думал, если я лабух, то и постоять за себя не могу? – спросил Валера с гордостью в голосе. – Я одно время в кабаке лабал. И приключений там хватало. Знаешь, как нас пьяные быки цепляли? Ничего, разруливали без третьей мировой войны. И с этими козлами разрулим.

- Обязательно, - я еще раз ополоснул лицо, вытер руки о штаны. – Пошли, бард. Попробуем пообщаться с волками саграморскими позорными еще раз.

Глава 23 Битва на реке Марене

Глава двадцать третья:

Время и место сражения следует уточнить у

Модератора

С наступлением сумерек Первая Ударная саграморская армия начала фестивалить.Маркитанты щедро снабдили вояк выпивкой – уже к полуночи в лагере остались только двое трезвых, я и Хатч. Из рыцарских шатров доносилось заунывное пение, яростный собачий лай и пьяный женский смех: благородные лорды привезли с собой дорогих собак и не менее дорогих шлюх. На плацу валялись отрубившиеся пехотинцы и лучники: пьяные в зюзю часовые цеплялись за воткнутые в землю пики, пытаясь сохранять равновесие и не свалиться.

- Если сейчас придет король Жефруа со своей армией, - сказал мне Хатч, - он получит победу на блюдечке.

- Или сам присоединится к этой гулянке. Набухаются сообща, и войне конец. Хватит болтаться, пошли в палатку.

Волки Саграмора были в полном составе и наше с Хатчем появление встретилимногозначительными усмешками и взглядами. Я был удивлен – хоть и перло от них сивухой, но пьяным никто не был. Мне было плевать на их переглядки. Я дошел до своей кровати, пощупал ее на предмет подложенных под одеяло острых предметов и не раздеваясь лег. Хатч сел на свою кровать, расчехлил гитару.

- Что ты собрался делать? – спросил я.

- Хотел поиграть немного.

- Не стоит. Еще убаюкаешь меня.

- Так я разбужу!

Он играл перебор за перебором, и даже люди Уолласа притихли, вслушавшись в его игру. Я смотрел на Хатча и думал, что никогда не научусь играть на гитаре так же здорово. И вообще, что я очень многого не умею. Когда-то в юности я мечтал научиться писать маслом. Даже купил себенастоящие профессиональные краски, кисти, старый этюдник. И начал творить на пленэре. Запалу хватило только на неделю, потом я понял, что Клода Моне из меня не получится. Даже на Пикассо не тяну. А уж игра на гитаре…

Если выберемся из этой дыры, попрошу Хатча поучить меня играть…

- Леха, тревога!

Я и сам не заметил, как заснул. Вскочил с кровати, встал в строй. Волки уже стояли навытяжку, и капитан Уоллас с мрачным лицом прохаживался по фрунту.

- Только что пришло сообщение разведчиков, - начал он. – Пятый корпус Лансана идет к бродам на Марене. Будет здесь к полудню. Нам поставлена задача захватить броды, удерживать их и не дать передовым отрядам лансанцев незаметно переправиться на нашу сторону. Задача ясна?

- Да,сэр! – выпалили Волки.

- Отделение капрала Жермана обеспечивает контроль над бродом А. Я с остальными иду к броду Б. Выступаем через пять минут. Разойтись. Ты и ты, - Уоллас ткнул в нас пальцем, - идете со мной.

Я облегченно вздохнул. Теперь можно не опасаться, что Жерман втихаря ткнет меня в спину кинжалом и спишет мою смерть на действия неприятеля.

Солдаты Уолласа, возможно, были подонки, но в подготовленности и обученности отказать было им нельзя. Ровно через пять минут весь отряд выстроился у палатки. Душку развел в мискемаскировочную краску, и люди Уолласа вымазали ей лица. Нам с Хатчем тоже было велено замаскироваться. А еще Уоллас вручил Хатчу длинный меч.

- Уж не знаю, какой ты мечник, но без оружия от тебя толку никакого, - заявил он. – Мне, конечно, плевать, убьют тебя или нет, однако порядок есть порядок. Без оружия солдат в бой не идет.

Меч был скверный, без оплетки на рукояти и с пятнами ржавчины на клинке. Однако это было какое-никакое, а оружие. Кроме меча, Хатч получил рваную бирни, которую со вздохом натянул на себя поверх жилета.

- Солдат! – пошутил я, глядя на менестреля. – Саграморский Волк!

Хатч только развел руками. С гитарой и мечом за спиной он смотрелся смешно и нелепо.

- Вперед! –