Избранная - Кристин Каст

Хит вернулся в город. Я узнала об этом в тот же миг, потому что он разбудил меня. Я нежилась на солнышке (вот уже определенно сон!), покачиваясь на огромном надувном матрасе в форме сердца посреди озера из шипучего «Спрайта» (сама не знаю, откуда он взялся, всем известно, что я предпочитаю колу), когда вся эта умиротворяющая красота вдруг исчезла, и в голове у меня загремел знакомый голос Хита.

— Зо!

Я испуганно открыла глаза — и уставилась в недовольные зеленые глаза Налы.

— Нала? Ты что-нибудь слышала?

Ну да, так она мне и сказала! Бросила в лицо свое сварливое «ми-иии-уф», презрительно чихнула и, потоптавшись немного по подушке, снова завалилась спать.

— Могла бы и помочь, бессердечная кошка! — вздохнула я.

Нала и ухом не повела.

Я посмотрела на часы и мысленно застонала. Семь вечера! Черт побери, проспала почти восемь часов, а чувствую себя совершенно разбитой, и в глаза словно песку насыпали. И что будем с этим делать? Так, какие у меня на сегодня планы?

Тут я вспомнила о профессоре Нолан и разговоре с мамой, и вчерашний холод вновь разлился по моим жилам.

Что мне делать?

Рассказать кому-нибудь о своих подозрениях? Надо подумать.

Лорен вчера сказал, что оставленная на месте убийства жуткая записка с цитатой и так указывает на Людей Веры. Весь вопрос в том, должна ли я показать кому-нибудь половинки разорванной открытки с крестом и дать понять, что к преступлению может быть причастен мой злотчим? Но мама ясно сказала, что злотчим всю ночь и следующее утро провел дома…

Могла она соврать?

Липкий холодок пробежал у меня между лопаток. Еще как могла. Ради этого мерзавца она пойдет на что угодно. Разве она не доказала это, отвернувшись от меня? Но если мама солгала, а я ее выдам, значит, на меня ляжет ответственность за все, что с ней будет дальше. Видит Богиня, я ненавижу Джона Хеффера, но все-таки не настолько сильно, чтобы подставить под удар маму ради желания расквитаться с ним.

Меня затошнило от тоски.

— Если вонючий злотчим имеет отношение к этому убийству, полиция сама на него выйдет. И тогда пусть будет, что будет, но хотя бы не по моей вине. — Я нарочно произнесла это вслух, чтобы прозвучало убедительнее. — Не буду торопиться. Подожду и посмотрю, что дальше будет.

Я понимаю, что тут можно сказать. Но поймите и вы — я не могла этого сделать. Просто не могла, и все. Я знала, что она плохая, но она все равно была моя мама. И когда-то она меня любила.

Поэтому я решила промолчать и постараться выбросить из головы все мысли о матери и злотчиме. Точка. Решено. Так тому и быть.

И все-таки мне не легко далось это решение. И я так до конца и не смогла убедить себя в том, что поступила правильно.

Тем не менее, надо было двигаться дальше, и я вспомнила о предстоящем ритуале Полнолуния. Что такое? Стоило мне подумать об этом, как сердце у меня оборвалось и провалилось куда-то в съежившийся желудок.

Обычно перед ритуалом я чувствовала лишь предвкушение и радостное волнение. Сегодня меня терзала тревога. Я прекрасно понимала, что ребята не обрадуются участию Афродиты. Милосердная Богиня, неужели у меня мало проблем, чтобы еще из-за этого сходить с ума? В конце концов, сколько можно меня прессовать? Моим друзьям придется смириться с тем, что Афродита станет одной из нас! Раз Богиня выбрала ее, то им и подавно нечего становиться в позу.

Я вздохнула. Не жизнь, а сплошной стресс. Каждый раз, когда мне удается хоть немного разгрести проблемы и перевести дух, на меня обрушиваются новые напасти. Так и с ума сойти недолго. Кажется, у меня уже началась депрессия. Говорят, в депрессии люди постоянно спят. Может, стоит попробовать? Я закрыла слезящиеся глаза и почти уснула, когда заблеял проклятый будильник. Будильник? Черт побери, сегодня выходной! Я не ставила будильник!

Оказалось, что это тренькал мой мобильный, сообщая о полученной эсэмэске. Сонно помотав головой, я открыла телефон и уставилась в экран. Да тут не одно сообщение, а целых четыре сразу!

Зо! Я вернулся!

Зои! Хочу тебя видеть

Люблю тебя Зо

Зо? Позвони!!!!

— Хит, — вздохнула я и села в кровати. — Черт возьми. Я же говорю, становится все хуже и хуже. Послушайте! — обратилась я, сама не знаю к кому. — У меня уже не получается со всем этим справиться!

Что же мне делать?

Месяц назад между нами с Хитом возникло Запечатление. Потом его похитила и едва не убила шайка немертвой нежити во главе со Стиви Рей. Я тогда выступила, как Супермен и Бэтмен в одном лице (ну, по крайней мере, как Шторм из «Людей Икс», на меньшее я не согласна).

В одиночку я ворвалась в туннели, расшвыряла нежить, кидалась огнем, устроила обвал и камнепад и спасла уже изрядно истерзанного Хита из цепких когтей и острых зубов нежити. Дальше вы помните. Как раз перед приездом полиции появилась Неферет и стерла наши воспоминания. Благодаря помощи Никс я сумела вернуть себе свою память, но до сих пор не знаю, что помнит Хит о событиях той ночи.

Ладно, не буду гадать. Одно ясно наверняка — он помнит о нашем Запечатлении. Вернее, о том, что мы снова вместе. Хотя это и не так.

Я снова вздохнула. Попробуем разобраться. Что я чувствую к Хиту? Мы с ним дружили, встречались и расставались с тех пор, как я училась в третьем классе, а он в четвертом. Если быть совсем честной, то я без памяти любила его ровно до тех пор, пока он не стал регулярно изменять мне с «Будвайзером». Мне совершенно не улыбалось встречаться с алкоголиком, поэтому я бросила Хита, и не моя вина, что он не захотел этого понять.

Даже после того, как меня Пометили, и я переехала в Дом Ночи, Хит все равно продолжал любить меня и не верил, что мы расстались навсегда.

Как вы понимаете, после того, как я пила его кровь, и мы несколько раз страстно обжимались под это дело, донести до Хита истинное положение дел оказалось еще сложнее.

Черт, я все-таки окончательно превратилась в шлюху.

В стомиллионный раз я пожалела о том, что мне не с кем обсудить свои совершенно запутанные сердечные дела. Вы даже не представляете, как меня измотали эти проблемы с парнями! (Хотя, если считать Лорена, мои проблемы уже перешли на следующий уровень, и теперь их вполне можно назвать «проблемами с парнями и мужчиной»). Я устало потерла лоб и вяло пригладила растрепанные после сна волосы.