Империя. Удар в сердце - Алексей Живой

— Завидное упорство, — проговорил Тарас, глядя, как «линия фронта» изогнулась, словно змея, — только так они друг друга просто перебьют.

Происходящее быстро подтвердило его опасения. Буквально через десять минут после начала «учебного боя» он превратился почти в настоящий. Позабыв все приказы, пираты, привыкшие в бою полагаться только на личную храбрость, в нескольких местах смяли первые шеренги противника, далеко вклинившись в его порядки и перемешавшись с «врагами», дрались с ними в полную силу. Со своего места Тарас отчетливо видел, как вояки одной центурии лупили что было сил мечами не только по щитам своих поединщиков, но и, лишив их защиты, в ярости по плечам и рукам. А другие, отбросив непривычные щиты, вращали своими изогнутыми клинками над головой, нанося удары по шлемам и доспехам.

К счастью, убитых Тарас пока не видел, но знал, если так пойдет дальше, этого оставалось ждать не долго. Не прошло и двадцати минут, как полководец больше не мог разобрать, где одна центурия, а где другая.

— А ну, прекратить бой! — заорал Тарас, вскакивая на ближайший валун. — Немедленно остановиться!

Однако его услышали лишь немногие, прекратив драться. Первыми вопль главнокомандующего долетел до «центурионов». Периеки, и раньше пытавшиеся хоть как-то управлять боем, но уже отчаявшиеся навести порядок, вновь воспряли духом. Они с удвоенной силой принялись окриками, тычками и уколами копий приводить в чувство позабывших в пылу драки подчиненных. Но не очень удачно. Их было слишком мало, а вопли тонули во всеобщей свалке.

— Помогите им! — приказал Тарас остальным периекам, которые, подхватив копья, устремились в самую гущу потасовки. — А ты, Бриант, труби! Громче труби, а то эти олухи и звук рога-то не услышат.

Пока Бриант набирал в легкие воздух, чтобы дать сигнал к отступлению, Тарас заметил, что сражение перешло на новый уровень. Видно, вспомнив главный приказ «Не убивать», многие бойцы, побросав оружие, схватились врукопашную. Они с дикой радостью отвешивали друг другу удары руками и ногами, били в челюсть, по ребрам и спинам. Ломали о плечи и головы щиты, дробили копья. Десятки людей валялись на земле «в отключке», а остальные прыгали по ним, как по трупам. О чьей-то победе не шло и речи, вместо того чтобы ровно и четко вытеснить противника на целую стадию за воображаемую линию, сражение распалось на несколько локальных боев, где противники «добивали» друг друга. Несколько групп вообще оказались на другой стороне долины в пылу погони.

— Без жертв, похоже, не обошлось, — пробормотал раздосадованный Тарас, стоя на камне, — эти разгильдяи привыкли драться только так. Придется мне пожестче поработать над строевой подготовкой, а то за каждый учебный бой я буду лишаться целой центурии. Да и то в лучшем случае. Труби, Бриант, труби!

Раздавшийся в этот момент звук рога, который услышали все, заставил дравшихся «протрезветь». Сражение понемногу стало стихать, а вскоре и вовсе прекратилось. Воспользовавшись тем, что пираты перестали яростно драться, «центурионы» вновь отделили одну команду корабля от другой, сделав это простым способом. Каждый встал в определенном месте и, выкрикнув название корабля, потребовал, чтобы все бойцы из этой команды выстроились позади него. Беспорядочная толпа разъяренных воинов стала быстро распадаться и также на глазах оформляться в боевые соединения. Вскоре на поле боя, который Тарас даже в шутку уже не называл учебным, проявились четкие контуры центурий. Оба потрепанных войска, подобрав разбросанное и поломанное оружие, выстроились на своих местах, как и до начала сражения, а между ними остались лежать человек пятьдесят искалеченных или мертвых.

— Хорошо повеселились, — подвел итог первой тренировки Тарас, глядя на окровавленные тела среди камней, — ну что же, значит, они и в настоящем бою не подведут, если ради потехи так могут изуродовать друг друга.

Спрыгнув с камня, он подхватил свое оружие из рук Этокла.

— А теперь, — произнес главнокомандующий, обращаясь к своим «спецназовцам», — будет наказание за ослушание. Приготовиться к броску по пересеченной местности в полном вооружении.

И, поправив шлем, зашагал вниз. Когда настал вечер, соединение морпехов вернулось в лагерь из короткого марш-броска по окрестным горам, недосчитавшись еще нескольких бойцов.