Клим Первый, Драконоборец - Михаил Ахманов

– Восемь дней на быстром коне, – сообщил оруженосец. – Не тревожься о девице, государь, я все сделаю.

Омриваль исчез, но вместо него появился шут и цыкнул на священников:

– Что стоите, отцы? Мигом за водой, чтобы король мог умыться! И чем-нибудь прысните на него, чтобы запах был приятный. Его труды сегодня еще не кончились!

– Ты уверен? – поинтересовался Клим. – Я полагаю, нас ждет обед и танцы красоток из дворцовой труппы. Ну, возможно, я подпишу пару грамот и благодарственный адрес сиру Ардалиону. Как-никак судейское мероприятие прошло отлично.

– Увы, величество! Придется отложить обед и пляски. – Црым потер нос и кивнул в сторону выхода. – Там тебя ждут. Можно сказать, прямо домогаются.

– Кто?

Климу поднесли кувшины с водой и таз. Сунув корону шуту и расстегнув камзол, он начал умываться.

– Как кто? Само собой, эльфы с принцессой-красоткой. Еще нехайцы, племяш их князя Лавруха бен Шмер, а при нем – рыцари и дамы. Ну и гномы, конечно. Желают видеть тебя и выразить свое почтение и восхищение. Храм оцеплен стражей, так сир Ардалион спрашивает, пускать их или не пускать.

Обреченно вздохнув, Клим вытер лицо и нахлобучил корону.

– Пускать, разумеется. Ни к чему нам дипломатические скандалы.

Он направился к выходу. Смотреть уже было нечего, площадь опустела, и лишь у лавок и кабаков толпился народ. Но на широких ступенях храма царило оживление: щебетали и пересмеивались эльфы, набросившие ради благопристойности плащи, гудели басистые голоса нехайских рыцарей, туда-сюда сновали герольды и слуги, разносившие вино, слышался шорох одежд и звон кольчуг, и только гномы, собравшись кучкой у стены, хранили сосредоточенное молчание.

– Король! – выкрикнул сир Ардалион, завидев Клима. – Приветствуйте короля!

Послы преклонили колени. У эльфов это получилось гораздо изящнее, чем у нехайцев; что до гномов, те лишь тряхнули лохматыми головами и притопнули.

– Государь, прими мои поздравления, – раздался нежный голосок Дезидерады. – Ты исцелил интари… Это всегда считалось невозможным!

Она выступила вперед из толпы эльфов. Ее зеленые глаза, таинственные и чарующие, смотрели на Клима с восхищением.

– Кто такие интари, моя прекрасная госпожа? – спросил он.

– Те люди или эльфы, кто побывал у дракона, но смог убежать от него. Они безумны, не понимают, куда идут и что творят, и встречаться с ними опасно. При попытке вылечить их сам целитель может сделаться интари. Но ты…

Прервав ее, раздался грохот – рыцари нехайцев ударили о кирасы рукоятями мечей. Клим заметил, что обе группы посланников не обменялись ни словом, ни жестом и стоят не смешиваясь – люди отдельно и эльфы отдельно. Это нежелание замечать друг друга подчеркивалось тем, что нехайцам подавали крепкую брагу, а эльфам – мальвазию. То и другое разносили служители из таверны «У отрубленной головы».

– Женщины склонны предаваться восторгам, но только мужчина-воин может оценить победу, хоть схватка была незримой, – промолвил нехайский рыцарь в серебряных доспехах. Он гордо приосанился и продолжил: – Принц Лавр бен Шмер, племянник великого князя Шмера Нехайского! К твоим услугам, государь.

Клим уставился на принца. Мужчина примерно его лет, высокий и стройный, с горделивым выражением лица и повелительными жестами. У него была внешность поэта: черные горящие глаза, черные локоны до плеч, капризно изогнутые губы и нос с благородной горбинкой. Ничего не скажешь, красавец! «И, несомненно, сердцеед», – решил Клим, а вслух произнес:

– В другой раз, любезный принц, советую не прерывать даму, когда она беседует со мной. Иначе нехайцы могут лишиться последних остатков моего благоволения.

Бровь принца дернулась, глаза вспыхнули – похоже, сказанное королем привело его в ярость, но Лавр постарался совладать с собой. Медленно, с расстановкой, он сказал:

– Если владыке Хай Бории столь приятны голоса дам, позволь представить мою кузину Дрейзе бен Шмер, дочь великого князя и наследницу трона.

Нехайские рыцари посторонились, и Клим увидел деву с темными, как ночь, очами. Сердце его стукнуло и забилось чаще. Знакомый облик – эта смуглая черноволосая красавица уже являлась ему в зеркале! Несомненно, то была девушка его мечты за номером два: губы словно лепестки тюльпана, взор страстный, обещающий, в ушах – рубиновые серьги, на шее – ожерелье, тоже с багряными камнями. Казалось, энергия переполняет ее; она шла летящим балетным шагом, и каблучки ее туфель отстукивали танец с саблями Хачатуряна.

– Ее сватали за короля Рипеля, – прошептал в ухо Климу сир Ардалион. – Хороша! Ах, хороша! Но говорят, что нрав склочный.

Дрейзе склонилась в реверансе.

– Счастлива лицезреть тебя, мой король.

Пока еще не твой, подумал Клим, вслушиваясь в звук ее голоса, сочного контральто. Внезапно он заметил, что Дрейзе кланяется ему, но смотрит на эльфийскую принцессу. В свой черед Дезидерада окинула смуглую красавицу пренебрежительным взором. Приязни в этих взглядах было не больше, чем тепла в ледяной Антарктиде.

– Кажется, эта женщина из какой-то крохотной страны к западу от Хай Бории? – молвила эльфийка. – Дочь барона и твоя подданная, государь?

Глаза Дрейзе метнули молнии.

– Я принцесса и дочь великого князя Нехайского! – прошипела она. – И моя страна столь велика, что в ней найдутся десять городов с каменными домами! Так что я выросла в чертогах дворца, а не в лесном овраге, под кустом чертополоха!

– В Эльфийских лесах нет ни оврагов, ни чертополоха, – раздалось в ответ. – Наши чертоги – живые деревья, королевские дубы, огромные и вечнозеленые. Я думаю, что в дупле любого из них поместится весь твой дворец, а на поляне под ним – вся твоя страна. – Дезидерада пренебрежительно усмехнулась. – Хотя об этом даже страшно подумать – мы не засоряем лес мусором и грязью.

– Конечно, если вы мочитесь в ладошку и едите собственные нечистоты, – отпарировала Дрейзе. – Что вполне возможно – ведь вы нелюдь!

Эльфийка осталась невозмутимой.

– Нелюдь? Кажется, король так не считает. – Для большего эффекта она взмахнула своими длинными ресницами. – Ты, называющая себя принцессой, глупа и даже не знаешь, что нелюдь не брачуется с человеком. А я могу подарить королю сына.

– И на трон Хай Бории сядет эльфийский ублюдок! – яростно выкрикнула Дрейзе. Она шагнула к Дезидераде, протягивая к ее волосам руки с растопыренными пальцами. – Не бывать этому! Слышишь, нелюдь, не бывать!

Эльфы зароптали, вытаскивая из-под своих воздушных накидок кинжалы и дротики с трехгранными остриями, нехайцы схватились за мечи.

– Брек, барышни, брек! – багровея, рявкнул Клим. – Напомню, что вы в моей столице, на ступенях храма Благого Господа! Здесь не место для женских ссор! – Он повернулся к нехайским рыцарям. – Руки прочь от клинков! Вы оскорбляете меня! Стража, окружить их, пока дело до драки не дошло!