Потерявшиеся в мирах - Валентина Ульянова

Снаружи сеялся мелкий, унылый дождь, наследие ночной непогоды. С ветвей, нависавших над старой дорогой, на путников обрушивались целые водопады, и, когда они добрались наконец до торного пути, и сами они, и лошадь, и все вещи в телеге совсем промокли. «Хорошо ещё, что день выдался безветренным и тёплым, — подумала Ася, поёживаясь на узеньком боковом сиденье, — а то не хватало ещё простудиться!» К счастью, вскоре дождь прекратился совсем, а к полудню из-за дымчатых туч проглянуло солнце. Дети повеселели. Чтобы побыстрее просохнуть, они решили пойти пешком, ведя Серулю в поводу, и бодро зашагали вперёд. По обе стороны от дороги по-прежнему возвышались стены дикого леса, но теперь, пронизанный золотыми лучами, он казался таинственно-романтичным, и вызывал в памяти добрые сказки. Дорога была широкой и ровной, и друзьям казалось, что это предвещало близкий конец их затянувшегося пути.

Однако они шли и шли, а ничто не менялось вокруг. Лес всё не кончался и даже не редел, никаких озёр не было и в помине. Ребята невольно прибавили шагу. Они понимали, что стоит поторопиться. До темноты им надо было дойти до неведомого Крутого Верха во что бы то ни стало. Ночёвка в лесу была слишком опасна, да и еды у них осталось совсем чуть-чуть. Во время коротенького привала, устроенного прямо на дороге, потому что съехать с неё не позволял непроходимый лес, Сергей позволил себе съесть только кусочек хлеба, а Ася и вовсе тайком убрала половину своего ломтя обратно в корзину.

А солнце между тем уже стало склоняться к закату, и лишь редкие косые его лучи теперь пробивались сквозь буйную зелень на бесконечную жёлтую ленту дороги. Дети, устав идти, сели рядом на облучке, и не могли решить, надо ли подгонять и без того измученную Серулю.

И вдруг впереди раздался свист, и ярко оперённая стрела вонзилась в толстый ствол сосны справа от них. Лошадь коротко, испуганно заржала и бросилась, было, вперёд, но из лесу ей наперерез на дорогу выскочило сразу шестеро человек. Бедная смирная лошадка прижала уши и попятилась бы, если бы не оглобли.

— Кто вы?! — сердито вскричал Сергей так, как будто он и впрямь чувствовал себя хозяином положения.

Ася, придвинувшись поближе к нему, испуганно разглядывала нападавших. Это были сильные воины, в кольчугах и шлемах, совсем не похожие на разбойников, что несколько придало ей смелости.

— Ишь ты! — не без удивления протянул один из них, взглянув на своих товарищей. — И он ещё спрашивает! Это мы здесь задаём вопросы, понятно, юнец?! Вы — кто?!

Мальчик спокойно пожал плечами, продолжая сидеть на облучке:

— Путники. Не разбойники. Разве не видно?

— Не видно! — задиристо ответил тот же воин, наверное, их командир. И добавил, прищурив один глаз и скорчив подозрительную мину: — Может, вы лазутчики? Или колдуны?

Его товарищи грубо рассмеялись и следом за вожаком подошли к телеге вплотную. Один из них взял под уздцы Серулю.

— Ну-ка, что тут у вас? — спросил главный, бесцеремонно откидывая рогожу. — Ни-че-го?! Это подозрительно, однако ж!

И он снова воззрился на детей, на сей раз с непритворным сомнением. Потом изрёк:

— Вы арестованы, отроки. Добрые люди не катаются по дремучим лесам на пустой телеге… в наши смутные времена! Но… так уж и быть, на первый раз отпустим вас… можете идти восвояси! А телегу и лошадь оставите нам! Чтобы не повадно было!

— Вы воюете с детьми?! — возмутилась Ася. — Что мы сделали?!

— А вот это я и хотел бы знать! — воскликнул странный охранник. — Что вы сделали, что собираетесь делать? Зачем шастаете у наших границ? Что тут высматриваете?!

Похоже было, что он собирается учинить ребятам допрос по всей форме прямо на месте, но тут один из его солдат изумлённо воскликнул:

— Мамяк, глянь-ко! Лазоревый герб!

Командир вопросительно посмотрел на него, проследил его взгляд… и замер с открытым ртом. Некоторое время вся команда молча глядела на Асин кулон, так кстати блеснувший в случайном луче вечернего солнца. Тогда Сергей повернулся так, чтобы они увидели у него на плече такую же пряжку. Теперь компания стражников оторопело уставилась на неё. Потом они все, кроме главного, как по команде отступили на обочину.

— Экх… — наконец кашлянул их вожак. — Откуда это у вас… герб нашего князя?

— Это его дар! — напористо ответил Сергей. — За некоторые услуги, которые мы имели счастье ему оказать!

— Кхм… — Мамяк почесал затылок под шлемом, который от этого съехал набок, да так и остался, — ну… всё равно мы вас должны сопроводить… До града. Мало ли что… — Он повернулся к своей притихшей команде и строго, как ни в чём не бывало, скомандовал:

— За телегой стройсь! Вперёд!

Ася и Сергей переглянулись с затаённой улыбкой, и мальчик тронул лошадь.

Отряд горе-пограничников в полном молчании последовал за ними.