Командир - Павел Мамонтов

Опять раздался дверной звонок.

– О, Аня пришла, пойду открою, – сказал Хром.

Аня действительно пришла, только рядом с ней стояла Таня, необычно собранная и сосредоточенная. Аня рядом с ней выглядела несколько растерянной и озабоченной.

– Привет, Ань, Слава уже тут. И хорошо, что ты, Таня, пришла. Как аттестация на разряд?

– Сдала. Я пройду?

– Молодец. Проходи, конечно.

В руках Таня держала туго набитую кожаную сумочку. Аня и Таня разделись, заклинательница внимательно наблюдала за юной девушкой, но Хром, вопреки своему обыкновению примечать каждую мелочь, не обратил на это внимания.

– О, какие люди, – воскликнул Сэнсэй и сразу умолк, потому что, в отличие от Хрома, сразу почувствовал состояние Тани и своей возлюбленной.

– Ну присаживайтесь. Слава, ты Таню, полагаю, знаешь, а с Аней они уже, как я понимаю, познакомились. Сейчас я буду гостей угощать.

Таня всё с тем же безжизненным лицом запустила руку в сумку, достала из неё жестяную банку, поставила на стол, потом ещё одну. И так четыре штуки.

– Это к столу? – с улыбкой спросил Хром.

– Нет. Это я тушёнку украла на Восточном рынке. Расстреляй меня так же, как отца.

Хром вмиг изменился, будто ему нанесли смертельный удар. Плечи опустились, спина сгорбилась, в глазах погас огонь, а лицо стало бледным.

– Мать сказала? – спросил он.

– Да, а почему ты не сказал?

– Я думал, так лучше будет, да и не получилось у меня, извини, – мёртвым голосом ответил Хром.

– А что у тебя получилось, а? – Таня уже не говорила, а плакала, срываясь на крик: – Что?! Ну чего ты ждёшь, расстреляй меня?! Убей, как отца! Ну!

– Послушай, девочка!

Хром молниеносным движением схватил Таню сзади за шею, она попыталась вырваться, но не вышло. В глазах Хрома теперь плескалась ненависть.

– Послушай, девочка, твой отец был вором и предателем, хоть и хорошим солдатом. Он получил по заслугам, хоть мне и жаль, что он погиб. И если бы у меня была возможность повернуть время вспять, я бы отдал точно такой же приказ. Понятно?!

Таня, обескураженная, сперва застыла, а потом закричала:

– Так расстреляй и меня! Чего ты ждёшь?! Стреляй!

Она ударила Александра по лицу. Первую пощёчину он принял открыто, от второй, отпустив девичью шейку, закрылся блоком. Таня вскрикнула от боли, схватилась за ушибленную руку.

– Прости, милая, надо было тебе всё сразу рассказать.

– Ненавижу тебя, ненавижу! – плача, выкрикнула Таня.

Баюкая ушибленную руку, она осела на пол и, закрыв лицо руками, продолжила плакать. Тихо так, почти неслышно, изредка вздрагивая.

– Успокойте её, – попросил Хром Аню и Сэнсэя, а сам отправился на кухню.

Замер, глядя в окна, выходившие на Северные Развалины. Их вид в точности соответствовал тому, что творилось у него в душе. Серость и безжизненность.

Хлопнула входная дверь, в кухню вошёл Сэнсэй:

– Она ушла. Аня её увела, думаю, успокоит.

– Хорошо. Спасибо тебе.

– Не переживай, Хром, ничего плохого ты ей не сделал. Она поймёт со временем. А там, как ты захочешь.

– Спасибо за совет, – буркнул Хром.

– И если тебе это важно, я считаю, что ты прав. И с Баюном. И вообще.

Хром обернулся, поймал взгляд зелёных глаз Сэнсэя и только склонил голову в коротком поклоне.