Кузнец душ - Рин Чупеко

Я никогда лично не встречалась с кионской императрицей Аликс, которая предпочитала вести затворнический образ жизни, но стоило ей войти, как она привлекала к себе всеобщее внимание. Она носила настолько прозрачные одежды, что в знак уважения лучше было отвести глаза, чем смотреть на нее. Ее шею и руки усеивали драгоценные камни всех размеров. На губах играла озорная улыбка, сделавшая ее моложе своих сорока лет. В волосах она, как и все аши, носила замысловатые зивары – для внешнего украшения и защиты.

Рядом с ней шествовали госпожа Пармина – в своем золотисто-черном хуа она выглядела необычайно строгой – и советник Людвиг из Истеры.

– Я как раз вовремя? – В стенах этого зала нечасто звучали такие радостные голоса, как у императрицы Аликс. – Сначала я думала собрать армию и появиться более эффектно, но потом решила, что лучше обойтись без пышностей и прибыть сюда быстрее. Хватит и этих. – Она показала на выстроившихся по обеим сторонам от нее солдат.

– Ваше величество, это частное собрание! – пролепетала госпожа Клейв.

– Этот зал был построен на королевские средства. А значит, я имею право знать, что происходит в его стенах. – Императрица Аликс дружелюбно положила руку мне на плечо. – Моя дочь поведала мне изумительные истории об этой юной леди, я обязана была увидеть ее своими глазами!

– У нас сейчас проходит официальный допрос!

– Без моего присутствия, – проговорила сладким, как сироп, голосом госпожа Пармина. Она никогда не ладила с хозяйкой Императорского Дома. – По закону сообщество обязано информировать меня о собраниях, касающихся обвинений моих подопечных. Никаких официальных писем я не получала.

– Нам необходимо задать некоторые вопросы!

– Даже я знаю на них ответ, старейшина, – усмехнулся советник Людвиг. – Был ли принц отравлен? Однозначно. Отравила ли его девушка? Категорически нет. Герцог из Хольсрата пытается отвлечь нас от реальных проблем, а также своего долгожданного восхождения на трон ценой жизни племянника. Виновна ли леди Микаэла? Нет, по тем же самым причинам. Должны ли вы их наказать? Нет, несмотря на все ваши угрозы и истерики. Так если они невиновны в отравлении принца, каковы основания для их задержания?

– У нее есть книга…

– Великолепно, – рассмеялась императрица Аликс. – Книги, старейшина, представляют опасность только для тех, кому нужна необразованная толпа. Отныне ответственность за эту девушку я беру на себя.

Повисло покорное и недовольное молчание, когда императрица в сопровождении солдат вывела нас из зала.

– Ах! – вздохнула она. – Говорить с этими старухами все равно что выдергивать зуб стадом черепах. Надеюсь, леди Тия, ты не возражаешь, что я приказала стражникам выпустить твоего брата. Пора бы уже сообществу перестать использовать мои темницы для своих прихотей. – Дорога к дворцу озарилась любопытными взглядами. Стражники, окружавшие императрицу, не отставали от нее ни на шаг.

– Императрица Аликс… у меня нет слов, чтобы выразить…

– И не надо. Моя дочь так же замешана в этой истории и невиновна, как и ты. – Она помолчала. – Тебе следует винить меня, а не благодарить. Я согласилась на эту помолвку, несмотря на возражения Инессы. И она до сих пор не простила меня.

– Но почему вы на это пошли, ваше величество?

– Тия! – одернула меня госпожа Пармина. – Не смей так говорить с императрицей!

– Все в порядке, Пармина. Она задает справедливый вопрос. – Симпатичная женщина улыбнулась. – Когда Телемайн впервые высказал эту мысль, я удивилась. Ведь особы благородных кровей Одалии очень редко женятся на представителях других королевств, за исключением некоторых соглашений с Архен-Кошо. Но я решила, что наши политические связи не столь крепки, как кажутся, а Канс – хороший молодой человек, способный стать отличным зятем. Кроме того, мне было любопытно посмотреть на реакцию Инессы.

– Меньше разговоров – больше дела, ваше величество, – вмешался советник Людвиг. – За нами наблюдают. – Он похлопал меня по плечу. – Однако, Тия, я рад видеть тебя в целости и сохранности. Похоже, тебе удалось избежать неприятностей.

– Я тоже рада быть здесь, милорд.

При входе во дворец нас энергично приветствовали стражники. Императрица провела меня через великолепный тронный зал в небольшой коридор, ведущий к королевским покоям, где уже ожидала принцесса Инесса. Она угрюмо смотрела в окно. Здесь же был Фокс, он находился в противоположном углу комнаты. А между ними стоял Кален с яблоком в руке. Посреди комнаты был накрыт стол: свежий лаваш с хумусом, политый медом сыр фета, томленый барашек с морковью, горы фруктов и порезанных овощей в йогурте. Кален отказывался смотреть в мою сторону, его стеклянное сердце до сих пор кипело от гнева. Халад устроился на подлокотнике длинной софы и нервно грыз морковку.

– Они сильно тебе докучали? – спросил Фокс.

На вопрос моего брата ответила императрица:

– Еще немного, и они бы навсегда изгнали твою сестру, если бы я не пригрозила им. Но, зная их упрямство, я уверена, они попытаются сделать это снова.

– А где Микаэла и Полер? – спросила я.

– Отдыхают. За ними присматривает Альтисия. – Императрица повернулась к дочери. – Ну?

Принцесса с недовольным видом полезла в складки своего платья и извлекла два стеклянных сердца, свое и принца Канса.

Императрица Аликс без предупреждения схватила кулон Канса. Сверкнула вспышка, и женщина отшатнулась.

Принцесса Инесса, разинув рот, вскочила на ноги.

– Мама! Ты же знаешь, что нельзя брать его сердце без разрешения!

– Мне нужно было проверить. – Императрица нахмурилась. – Тебе слишком опасно держать его у себя.

– Я справлюсь.

– Не будьте смешны, – резко выпалил Фокс. – Есть те, кто лучше сможет защитить его сердце.

– Тогда попробуй забери, – упрямо возразила принцесса. – Ты сам знаешь, как действуют стеклянные сердца. Канс отдал его мне. И я буду охранять его ценой своей жизни, если понадобится.

Их взгляды схлестнулись. Фокс первый отвел глаза.

– Надеюсь, вам причинили не слишком много неудобств, – весело обратилась императрица к остальным молодым людям.

– Все хорошо, ваше величество, – кротко ответил Халад.

Женщина улыбнулась.

– Я помню, Халад, как в детстве вы – Канс, Кален и ты – вместе играли с Инессой. Я все надеялась, что вы с учителем заглянете к нам во дворец, но этого так и не случилось.

– Боюсь, мой учитель не слишком жалует благородных особ.

– Неудивительно. По роду деятельности ему приходится иметь дело с худшими представителями – такое вымотает любого. Однако к одалийским дворянам он относится с особым презрением. Странно, что он выбрал тебя.

– Я отказался от благородных кровей в тот день, когда согласился стать его учеником, ваше величество, – ответил Халад.