Дочь двух миров. Возвращение - Вера Чиркова

– Ты есть хочешь? – спросила у Дана, вернувшись в гостиную уже в собственном облике.

– А ты мне уже доверяешь? – вмиг оказавшись рядом, заглянул в глаза жених.

– Я первая задала вопрос.

– Хочу, – почти виновато вздохнул он. – Но план…

– Забудь. Думаю, все их планы уже летят в бездну. Чего создать?

– Сама придумай, твои блюда все интересные и вкусные. – Дан словно невзначай приобнял меня.

Да и я не против, хотя прежде свято стерегла границы своего личного пространства. Меня всегда напрягали люди, которые в разговоре норовили схватить за руку или за одежду, а то и вовсе водрузить свои лапы мне на плечи. С той самой секунды я бдительно за ними следила, стараясь каждый раз ускользнуть заранее. Но Данерс мне ничуть не мешал и казался таким привычным, словно я знала его очень давно. И хорошо, что я уверена в иммунитете шеоссов к ментальной магии, иначе уже сгорала бы от подозрений.

– Тогда окрошка, – распорядилась вслух, и на столе возникла запотевшая супница с моим любимым летним блюдом, – фаршированная рыба и мороженое. Ну и свежий подовый хлеб.

Дан устроился на соседнем стуле и пользовался каждой, даже самой малейшей причиной, чтобы словно случайно притронуться ко мне. И судя по не сходящей с его лица светлой, почти мальчишеской улыбке, получал от этого истинное удовольствие. А я просто не имела сил не откликаться на эти невинные прикосновения и не улыбаться в ответ.

И отчаянно отгоняла всякие сомнения.

Он не мог, просто не имел права оказаться подсадной уткой. Да и все события, свидетелями которых я была, подтверждали его алиби. Но после раскрытия гнусных планов Дуси подлый червячок сомнений тихонько точил мне душу, отравляя этот долгожданный день.

И пусть какая-нибудь бесчувственная мымра скажет, что современная девушка вполне способна прожить без семьи и сопутствующих забот, – не стоит ей верить. Я и сама иногда так заявляла в ответ на змеиные подколки счастливых обладательниц собственных мужчин. Вот только покривить душой перед самим собой не может никто.

Можно прожить, если не видишь вокруг ни одного лица, омраченного интеллектом и разумом, а ухаживать пытаются лишь вооруженные пивом трутни. Однако трудно повторять глупые монологи о прелести одиночества, когда встречаешь мужчину, рядом с которым тепло и спокойно, а его взгляды лучатся нежностью и счастьем.

Но, несмотря на все это, не принять меры безопасности я все-таки не имела права.

Шеоссы появились внезапно. Ворвались в комнату через распахнутую на веранду дверь и замерли на месте, туго спеленатые в один пучок всеми щупальцами Пуля. Метнувшийся из-под стола Котя ощерился на них алмазными клыками, мураши застыли вокруг, сжимая в лапках флакончики с зельем.

– Варя? – потрясенно спросил Бес. – Что это значит?

– Это значит, что где-то поблизости враг, – заявила я откровенно и покосилась на Данерса, обряженного в рубаху для буйных и прикованного к колонне моим металлическим поясом.

Мураши вместе с Пулем проделали это сразу, как только инквизитор встал из-за стола. И теперь он молчал, горько кривя губы и глядя в окно поверх меня.

– У тебя есть доказательства? – вмиг напрягся дед.

– Да. И хуже всего, что этот враг – сильный ментал. Поэтому извините, но я обязана вас проверить.

– Проверяй, – немедленно согласился он.

– Как вам известно, ментал может внушить любому все что угодно, и тот будет верить в правильность своих воспоминаний. Но все мы, кроме Дана, шеоссы, а шеосса, как мне объяснили, подвергнуть ментальной атаке невозможно. Зато сам он может внушить любое желание обычному магу, если имеет ментальный дар. И еще мне известно, что тут принято этот дар скрывать.

– Только перед непосвященными, – заявил Винк и потребовал: – Убери своих животных.

– Иначе что? – заинтересовалась я. – Ты их убьешь?

– Усыплю.

– Попробуй, – предложила зловеще, даже не надеясь на успех своих угроз.

Шеоссы упорно не желали содействовать моему тайному плану.

– Подожди, – дед властно остановил магистра, – пусть Варя договорит.

– Спасибо. – Я покосилась на Данерса и огорченно вздохнула: инквизитор спал, повиснув на своих веревках. – Но Дана вы зря усыпили, он сейчас вроде индикатора и одновременно наглядное пособие. А у меня один вопрос: имеете ли вы способ проверить, не исказил ли кто-то вашу память?

– Такое невозможно, – нехотя вступая в разговор, объявила Шейна.

– Не спеши, – чистосердечно предупредила я – Сейчас такое заявление свидетельствует не в твою пользу. Тому, кто выступил против нас, выгодно, чтобы все считали это аксиомой.

– А с чего ты взяла, – подозрительно прищурился дед, – что кому-то из нас подправили память?

– Обнаружила важное несоответствие в собственных воспоминаниях и в памяти Дана.

– Насколько важное? – Дед вдруг стал очень похож на Зверобоя, взявшего след.

– Боюсь, из-за этого погорят все ваши планы.

– Ну, тогда можно испробовать метод детектора лжи, – выдал он уже найденный мной ответ. – И каждый из нас будет детектором. Но сначала хочу спросить – а в себе ты уверена?

– Да, так как помню то, о чем заставили забыть Дана. Но ради чистоты эксперимента не откажусь от вашей проверки.

– Тогда отпускай нас, – велел дед. – Сядем в разных углах комнаты. Будем задавать простые вопросы, на которые можно ответить да или нет. И если почувствуем ложь, поднимем над собой щит. Ты же умеешь ставить щиты?

– Да. Но первые три вопроса для каждого будут эталонными. Начнем с меня.

– Ты любишь овсянку? – спросил дед, когда мы расселись по диванам и креслам.

Пуль, не ожидая моего приказа, устроился возле Данерса и нежно, как в люльке, держал в своих щупальцах спящего магистра.

– Нет, – ответила я с внутренним содроганием: домработница Полина, которую дед нанял после смерти бабушки, упорно пыталась приучить меня к полезной еде.

– Это правда, – заверил всех дед. – Второй вопрос: ты любишь янтарь?

– Да.

– Тоже верно. Последний эталонный: ты любишь море?

– Да.

– Теперь я, – заявила Шейна. – Ты меня ненавидишь?

– Нет, – сказала я чистую правду, но объяснять подробнее не стала. Мы не за этим здесь собрались.

– Ты считаешь Данерса врагом? – спросил Винк.

– Нет. – И в этот раз у меня не было ни капли сомнений.

– Тогда дело хуже, чем я предполагал, – помрачнел дед. – Теперь спрашивайте меня.

Он предсказуемо прошел все испытания, а за ним – Винк и Шейна.

– А теперь я задам последний вопрос. – Наконец-то наступил момент, ради которого я все это устроила. – Кому знакомо имя Жетмос?