Подвижные игры для принцесс - Наталья Тимошенко

Для снятия заклинания требовалось ровное место трех-четырех шагов в поперечнике. Пришлось вырывать всю траву на этой площади. Кому досталась эта работенка? Конечно, мне и Алеису. Попытка разбудить менестреля с треском провалилась. Он только возмущенно пробурчал что-то себе под нос и, не открывая глаз, перевернулся на другой бочок.

Когда необходимый участок был расчищен, пришлось еще и землю утрамбовывать. Мы с лордом Олланни носились по поляне, усиленно топая ногами — эдакие первобытные пляски без аккомпанемента. Вокруг нас разлетались комья земли, пучки травы и задорное переругивание, имеющее целью спихнуть на другого, как можно больший фронт работ. В упорной борьбе, победа досталась мне. Не самым честным путем… Я споткнулась о кочку, слегка подвернув ногу. В принципе — сущий пустяк. Таким образом, я по десять раз на дню ноги подворачиваю. Порой даже не замечаю этого. А тут… Душещипательная трагедия в исполнении труппы королевского театра! Для начала, я выразительно попрыгала на одной ноге, обхватив другую руками. Затем, хромая и охая, побрела к костру, где развалилась на лежанке, продолжая стенать. Обеспокоенный Алеис, засуетился рядом. Право слово, обычно, он только вокруг Лины так бегает. Даже вызвался принести мне воды! Я согласилась, выражая всем своим видом, обреченность умирающего. Получала фляжку, сделала пару глотков и слабо (но благодарно!) улыбнулась… На этом, забота лорда Олланни не исчерпала себя. Он изъявил желание осмотреть мою лодыжку, дабы убедиться в отсутствии перелома. И я тут же осчастливила его, видом своей разутой конечности. Он немного помял ее в руках, старательно разглядывая со всех сторон. На протяжении всего процесса, я старательно охала и закатывала глаза, являя миру нечеловеческие страдания. Увы, увы… Нельзя слишком увлекаться игрой! Иначе, можно забыть о таких несущественных деталях, как, например, какая именно нога болит… Когда Алеису надоело облапывать мою ходульку, он, эдак невинно, поинтересовался: когда же меня угораздило подвернуть правую ногу, если я только что хваталась за левую?

Румянец залил мою физиономию по маковку. Отобрав (с трудом) из загребущих ручек лорда, часть своего опорно-двигательного аппарата, я кинулась заканчивать приготовления к ритуалу, стремясь спрятать смущение в работе. Но, каждый взгляд в сторону костра, являл мне, довольную собой физиономию принцессиного телохранителя. Вернуть чувство собственного достоинства помогла колючка, магически подкинутая Алеису. К моей пакостненькой радости, «их самоуверенная светлость» имел несчастье на нее присесть. Над поляной разнесся обиженный вскрик. Наши взгляды встретились, явив моему взору возмущенного и негодующего лорда, а ему — абсолютно невинное, увлеченное работой существо… меня. Я похлопала глазами в «искреннем» недоумении и демонстративно вернулась к прерванному занятию (дескать, поглядите какая сознательная!). Кажется, сработало…

Когда я вычерчивала руны и складывала ритуальный костерок, до меня донесся ароматный парок еды. В животе заурчало.

«Надо бы подкрепится. Магия силы отнимает…»

Но ведь многие ритуалы проводятся натощак?

«Разве у Диолмара такое условие было? Нет!»

Ну-у-у…

«Еда — это святое!»

Вновь забурчавший живот положил конец моим сомнениям. Выколупнув со дна сумки свою миску, я пошлепала к костру. Щедрой рукой, Алеис налил мне похлебки под самую завязку. Стараясь не расплескать, я осторожно села на краешек плаща, слегка сдвинув вбок, ноги певуна. Толи мое движение, толи запах еды, привели-таки менестреля в чувство. Лично я склона видеть в этом чуде великую силу кулинарии, ибо, все ранее опробованные нами методы, продемонстрировали свою полную несостоятельность.

Потянув носом, Огал разлепил глаза и уставился на котелок.

— О, завтрак!

— Его еще заработать надо! — Лорд Олланни высказал наше с ним общее мнение.

Лицо менестреля обиженно скривилось. Он оглянулся на меня, но наткнулся на столь же непримиримый и полный решимости взгляд, коим его только что наградил Алеис.

— И что мне надо сделать? — в голосе обреченность и покорность судьбе.

— Та-а-ак… — Лорд изобразил тяжкие раздумья. — Мы собрали хворост, приготовили еду, подготовили поляну для проведения ритуала…

Огал проследил за рукой Алеиса и увидел пятачок черной, хорошо утрамбованной земли. Его глаза округлились, а на лице (о чудо!) проступило виноватое выражение. Плечи поникли в раскаянии.

— Я все проспал? Извините… Я исправлюсь!

Чего-чего, а на жалость давить, менестрель научился. Я чуть не кинулась утешать это несчастное, жестоко лишаемое еды, создание. Благо, лорд Олланни избытком сентиментальности не страдал. Впрочем, мне показалось, что и в его глазах промелькнула искорка неуверенности. Тем не менее, он сумел сдержать порыв и ответить весьма сурово.

— Обязательно. Но как быть сейчас?

Последовала трагическая пауза. Посверлив менестреля задумчивым взглядом, Алеис глубокомысленно продолжил.

— Есть одно решение… Если Рина не возражает, мы ссудим тебе еды… В долг. — Взгляд в мою сторону. Я замотала головой: дескать, ничего не имею против. — А за это, ты после завтрака перемоешь всю посуду, возьмешь на себя двойное дежурство этой ночью и… соберешь лагерь, когда придет пора уезжать. И в дальнейшем, будешь выполнять свою часть дел наравне со всеми. Без напоминаний и понуканий!

Каждое слово Алеиса, нещадным приговором ложилось на плечи певуна, заставляя сгибаться их все ниже и ниже. Да-а-а… Избаловала творческая жизнь деревенского мальчика. Дома, он с петухами вставал, целый день отцу в кузнице помогал, за младшими детьми следил, и еще силы оставались на деревенские гулянки. Сейчас же…, рожицу такую нарисовал, будто его к каторге на каменоломне приговорили. Но… Дразнящий аромат похлебки оказывал на дух растлевающее воздействие. Все предстоящие ужасы трудовых будней, меркли перед требующим пищи животом. Огал согласился. Кивнул обреченно головой и потянулся за своей тарелкой, напоминающей слегка урезанное ведро. Са-а-амую малость укороченное. Алеис наполнил и ее. После чего вопросительно взглянул на меня.

— Лину сейчас покормим или после ритуала?

— После.

Некоторое время царило молчание. Только стук ложек звучал над поляной. Лорд Олланни поскромничал. С такими поварскими талантами, его и на королевскую кухню взяли бы. Особенно — походную.

После еды неумолимо потянуло в сон.

«Э нет, сперва дело!»

Какое проявление сознательности и самоотверженности. Не узнаю себя.

Но… Действительно, лучше со всем разобраться сразу. Пока есть возможность.

Алеис разбудил Лину и, по моей указке, велел встать в один из нарисованных на поляне кругов. Я заняла второй. Разожгла костерок. Когда огонь разгорелся, бросила в него первую часть необходимых ингредиентов: в основном травы, а также перо — то самое, что таскала с собой на всякий случай. Вот и пригодилось. Правильно говорят: запас карман не тянет!