Хроники Ехо - Макс Фрай

Кофа умолк и принялся набивать трубку, предоставив нам возможность оценить красоту и точность формулировки. Не знаю, как остальные, а я больше думал о том, что с молодым Кофой Йохом, похоже, было совсем непросто ладить. С другой стороны, то же самое наверняка можно сказать обо всех присутствующих, включая меня самого. Возможно даже, начиная с меня. Я чуть ли не впервые в жизни вдруг ясно осознал, что мои неумелые попытки казаться милым и покладистым вряд ли обманывают кого-то, кроме меня самого.

Хвала Магистрам, Кофа наконец разобрался с трубкой и продолжил рассказ.

– Один из визитов Магистра Шаванахолы пришелся на очень непростой период моей жизни. Меня только что назначили начальником Правобережной полиции, и я вовсе не был уверен, что справлюсь. Отказаться от должности я не мог, поскольку принял ее по просьбе Короля, а в таких случаях не подают в отставку по собственной инициативе. Можно было, конечно, сидеть сложа руки и ждать, когда вера Его Величества в мои способности иссякнет, и Король сам предложит мне убираться на все четыре стороны. Но подобное поведение настолько не в моем духе, что я бы и трех дней в таком режиме не выдержал.

На этом месте все присутствующие понимающе вздохнули. Сидеть сложа руки вместо того, чтобы расшибать лоб, спасая безнадежную ситуацию, из нас был способен разве только сэр Лонли-Локли, обладатель железной воли и нечеловеческой выдержки. Но и он не пришел бы в восторг от подобного испытания.

– Основной моей проблемой на первом этапе, – говорил Кофа, – были, конечно, кадры. Настолько безнадежны, что следовало уволить всех до единого и набрать новых людей. Оставалось понять, где найти таких, какие мне требовались – толковых, выдержанных, доброжелательных? И если все-таки найду, как уговорить их поступить на полицейскую службу, в то время гораздо менее престижную, чем, скажем, работа мусорщиков? И даже если мне удастся совершить это чудо, обучать новобранцев придется с нуля. А единственный кандидат в учителя – я. Не последний, прямо скажем, колдун в столице, не обделенный умом и неплохо знающий жизнь, но такой же, как они, новичок в полицейской работе. И без выдающихся педагогических талантов, как ни обидно это признать. Мне всегда было проще сделать все самому, чем объяснить другим людям, что от них требуется. Все это я выложил Магистру Шаванахоле. Только, в силу понятных причин, был гораздо более многословен и эмоционален, чем сейчас. В кои-то веки мне захотелось пожаловаться, сказать, что я взялся за непосильное дело, к которому даже не знаю как подступиться, и услышать – не совет, конечно, что тут посоветуешь, а обычное: «Кофа, голубчик, ты все правильно делаешь и непременно справишься, с твоей-то светлой головой и унаследованным от Хумхи могуществом – кто, если не ты?» Собственно, примерно это я и услышал. Понимал, что ерунда, пустые слова, а все-таки приободрился. Выговориться всегда полезно, сами знаете. Однако меня ждал сюрприз. Не прошло и дюжины дней, как Шаванахола вернулся с подарком. Принес мне Книгу Несовершённых Преступлений, в существование которой вы все теперь дружно не верите. Объяснил, как она работает. Подсказал, какую пользу может из нее извлечь полицейский начальник в моем лице. Кстати, когда я открыл книгу, количество записей в ней было почти бесконечно, и это, по словам моего благодетеля, служило наглядным доказательством, что я как нельзя лучше подхожу для своей новой работы.

– Жизнь показала, что он был совершенно прав, – согласился сэр Джуффин.

– Если бы она мне это заранее показала, хоть пару-тройку эпизодов, цены бы ей не было, – проворчал Кофа. – Впрочем, я и сам знаю, что так не бывает. А что касается Книги Несовершённых Преступлений, она надолго стала для меня источником бесценной помощи. Кстати, именно благодаря книге я нашел несколько своих лучших сотрудников, достаточно умных, чтобы придумывать великолепные многоходовые комбинации, и слишком порядочных, чтобы воплощать преступные замыслы в жизнь. Уговорить их оказалось нетрудно – стоит продемонстрировать человеку, что ты в курсе его самых сокровеных фантазий, и он, считай, твой. Вообще о том, насколько полезной оказалась Книга Несовершённых Преступлений в работе с кадрами, можно говорить бесконечно. Через несколько лет в Правобережной Полиции служили только люди, способные прочитать в этой книге хотя бы несколько страниц. Гениев у нас, как в любом деле, было немного, но ни одного безнадежного болвана – уже хлеб.

– То есть вообще ни одного? – переспросил Мелифаро. Он выглядел потрясенным. – Впору пересечь Мост Времени и наняться к вам на службу, Кофа.

– Добро пожаловать, – усмехнулся тот. – Тебя я бы с радостью взял. Однако чем тебе наша нынешняя компания не угодила? Пара-тройка болванов в Тайном Сыске, конечно, найдется – включая тебя самого. Но ни одного безнадежного, поверь опытному эксперту.

Мелифаро был так взволнован, что даже не обратил внимания на «болвана».

– Компания отличная, – согласился он. – Но нас мало. Чего бы мне действительно хотелось – так это увидеть несколько тысяч не-болванов одновременно. В одном помещении. Я бы, наверное, тут же спятил от любви к человечеству. Но оно того стоит.

– Ну уж – несколько тысяч, – усмехнулся Кофа. – Такого раздутого штата у меня отродясь не было. Пара сотен, и баста. Это сейчас в полиции чуть ли не полгорода служит. Не сказал бы, что от этого есть толк, но их нынешнему начальству, конечно же, видней.

– А как вам удалось сохранить существование Книги Несовершённых Преступлений в тайне? – спросил Джуффин. – Почему она стала городской легендой, в которую никто не верит, если столько народу имело с ней дело, поступая на службу? Что сотрудники ваши не болтали – это как раз понятно. Но ведь были и неудачливые кандидаты. Они-то почему молчали?

– Ну так не о чем было рассказывать, – пожал плечами Кофа. – Сами подумайте, как это выглядело с их точки зрения. Пришел человек наниматься в полицию, ему дали книгу с чистыми страницами, где ни слова не написано, и велели читать. Явное издевательство! А потом выпроводили вон: «К сожалению, вы нам не подходите». И даже не извинились за розыгрыш. Сотрудников же я действительно просил помалкивать о книге, как и о прочих служебных делах. Ну, то есть поначалу просто просил. Но после того, как выяснил, что некоторые охотно делятся рабочими секретами – кто с отцом, кто с подружкой, – наложил на них Заклятие Тайного Запрета, да и дело с концом. С тех пор мои люди дома о работе не болтали.

Ого, подумал я. Опять Заклятие Тайного Запрета. И вечно так – стоит мне случайно узнать какую-нибудь интересную новую штуку, как все вокруг тут же начинают о ней говорить. Хотя прежде ни разу за многие годы не заикнулись. Словно мое внимание – магнит, притягивающий информацию, на которой оно в данный момент сосредоточено.

Не удивлюсь, впрочем, если так оно и есть.

– А что в итоге случилось с этой книгой? – нетерпеливо спросил Джуффин. – Я правильно понимаю, что ее у вас больше нет? Судя по тому, что за сто лишним лет нашей совместной работы вы о ней ни разу не обмолвились…

– Ну да, – мрачно кивнул Кофа. – Вы все правильно понимаете. С Книгой Несовершённых Преступлений вышла история столь нелепая, что даже рассказывать было неловко. Но теперь-то придется.