Хроники Ехо - Макс Фрай

– Ты мог бы сразу отправиться в архив, – заметил Джуффин. – Сэр Макс, при всех его достоинствах, увы, не буривух. Точности в изложении фактов ты от него вряд ли дождешься.

– На это я и не расчитываю. Но поесть-то нам обоим все равно надо, – рассудительно сказал сэр Шурф.

Я – неплохой рассказчик. Моим слушателям действительно не следует особо расчитывать на точность в изложении фактов, но удовольствие они обычно получают по полной программе. Однако Шурфу не повезло. За завтраком я безбожно халтурил. Был рассеян, перескакивал с одного на другое, путался, пренебрегая не только фактами, но и логикой повествования, то и дело повторял уже сказанное. И, что совсем плохо, сам этого не замечал. Мысли мои были совсем в другом месте. Еще вчера вечером истории о перестановке струн на музыкальных инструментах, жареных пирожках в сумке с документами государственной важности, увезенном на кладбище поэте и бумажных птицах с добрыми предсказаниями казались мне забавными и увлекательными. Но теперь, наслушавшись рассказов библиотекаря о страшных неживых реальностях, порожденных художественной литературой, я ни о чем другом думать не мог. Даже Кофу на совещании слушал вполуха – Книга Несовершённых Преступлений, конечно, отличная штука, но по сравнению с ужасающими открытиями Хебульриха Укумбийского и Чьйольве Майтохчи – сущий пустяк.

Больше всего на свете я хотел обсудить все это с Лонли-Локли. Именно с ним, а не с Джуффином, который на моей памяти всегда был вполне равнодушен к книгам. Ну, то есть с удовольствием их читал, когда появлялось свободное время, и даже собрал между делом неплохую, насколько я мог судить, библиотеку, но совершенно не сходил с ума по этому поводу. Есть – хорошо, нет – и не надо.

Иное дело сэр Шурф. Книги были величайшей страстью его жизни. И вдруг мне досталась тайна, которая, по справедливости, должна была открыться именно ему. Даже если никакой справедливости действительно не существует, все равно – должна.

Но вместо того, чтобы обсуждать с Лонли-Локли самые важные и интересные в мире вещи, я, как дурак, пересказывал ему Кофины истории о бессмысленных происшествиях. Неудивительно, что получалось из рук вон скверно. Сэр Шурф уж насколько внимательный и терпеливый слушатель, но и он не выдержал.

– Если тебе настолько скучно рассказывать, не мучай себя и меня. В любом случае я собираюсь сразу после завтрака изучить все документы, имеющие отношение к этим делам.

– Извини, – вздохнул я. – Просто не выспался. Вернее, вовсе не спал.

– Что само по себе удивительно. Вчера вечером, когда я уходил, ты как раз собирался ложиться.

– Ну так лечь – еще не значит заснуть.

– Что-то случилось?

– Да ну, какое там, – отмахнулся я. – Просто бессонница. Что со мной может случиться?

– Вопрос «что со мной может случиться» в твоих устах звучит довольно нелепо, – заметил Шурф.

И был, конечно, совершенно прав.

– Кстати о вчерашнем вечере, – сказал он. – Если соблюдать правила этикета, я должен теперь благодарить тебя за «Правдивое жизнеописание Гохиэммы Фиаульфмаха Дрёя, изначального йожоя и Великого Магистра Ордена Пьяного Ветра, составленное им самим» ежедневно, на протяжении, как минимум, сотни лет. Но догадываюсь, что подобное поведение придется тебе не по вкусу.

– Правильно догадываешься. Кстати, а что тебе сказали в лавке? Откуда там взялась эта редкость?

– Хозяин выставил на продажу собственный экземпляр. Говорит, срочно понадобились деньги, а книга, при всей своей уникальности, не соответствует теме его основной коллекции.

– А почему он просто не прислал тебе зов? Он же знал, что ты ищешь эту книгу?

– Знал, конечно. Что ее ищу я и еще полторы дюжины его постоянных клиентов. Поэтому он решил не давать никому преимущества, чтобы не рассориться с остальными, а просто тихонько выставить книгу на продажу и посмотреть, кому из нас хватит удачи прийти первым. Справедливое решение. Кстати, он говорит, что ты зашел в лавку буквально в тот момент, когда книгу поместили в витрину. И минуты там не пролежала. Ты потрясающе удачливый человек, сэр Макс.

– Ну и ты, получается, тоже, – улыбнулся я. – Если уж со мной связался.

– Похоже, так и есть, – удивленно согласился сэр Шурф. – До сих пор мне не приходило в голову оценивать свою удачу с этой точки зрения.

И все же твоя удача не настолько велика, чтобы попасть в Незримую Библиотеку, – мрачно подумал я. – Хотя ключ – вот он, сидит перед тобой, сходит с ума от желания открыть дверь, о которой ты даже мечтать давным-давно перестал. Я-то, конечно, выдержу, не вопрос. Но как же мне, черт побери, обидно. Как обидно, знал бы ты.

Лонли-Локли разглядывал меня не то с тревогой, не то просто с интересом. Вряд ли меня можно назвать крупным специалистом по расшифровке выражений его лица. Слишком мало у меня было практики, поскольку большую часть времени выражение там одно – предельно бесстрастное.

Но сейчас по физиономии моего друга было заметно, что ее владелец пытается решить, насколько бестактно прозвучит прямой вопрос: «Что с тобой творится?» Или даже: «О чем ты все время так напряженно размышляешь?» И что, интересно, я буду ему отвечать?

Но милосердная судьба в лице сэра Джуффина Халли разлучила нас раньше, чем сэр Шурф принялся меня допрашивать.

Шеф внезапно возник в дверях трактира, залитый сияющим сиропом утреннего солнца, прекрасный и величественный, как пирог «Око света», стремительно вошедший в моду среди столичных гурманов сразу после принятия поправки к Кодексу Хрембера, узаконившей применение магии для профессиональных поваров, и до сих пор не сдавший лидирующих позиций.

– Сэр Шурф, ты не поверишь, но тебя уже ждут в полицейском архиве, – объявил он. – Я обо всем договорился. Правда, легкомысленно заверил ребят, что ты управишься до полудня. Я не слишком переоценил твои возможности?

– Все зависит от объема информации, о котором я пока не имею представления, – ответствовал Лонли-Локли. – В любом случае, мне следует отправиться туда прямо сейчас, чтобы не терять времени.

– По моим прикидкам, до полудня ты успеешь не только прочитать дела, но и выучить их наизусть, – заверил его шеф.

До полудня оставалось чуть больше часа, но их обоих это, похоже, совершенно не смущало. Лонли-Локли спокойно допил камру и только после этого неторопливо удалился в сторону Дома у Моста, вместо того, чтобы нестись туда сломя голову, как это на его месте сделал бы я.

А его стул занял сэр Джуффин.

– Позавтракаешь еще раз? – спросил он меня. – За компанию.

Я помотал головой.

– Для этого у меня сейчас явно недостаточно могущества. Зато я могу вполне бодро пить камру. Сойдет?

– Как скажешь, – великодушно согласился шеф.

Минуты две он увлеченно читал меню, последние изменения в которое вносились как раз после принятия соответствующей кулинарной поправки к Кодексу. То есть несколько лет назад. Наконец Джуффин сделал заказ и принялся разглядывать меня – почти так же внимательно, как список дежурных блюд.