Певица Перна - Энн Маккефри

Файры рядком расселись на каминной полке и дружно гудели. Этот настойчивый, пульсирующий гул, казалось, вторил все ускоряющемуся ритму, в котором подергивались яйца, ритму, в котором новорожденные файры бились о твердую скорлупу, спеша появиться на свет.

— Мастер Робинтон! — донесся из кабинета голос Сильвины. — Мастер Робинтон!

— Сильвина! Они вот-вот родятся! — с таким воодушевлением вскричал Главный арфист, что Менолли вздрогнула, а перепуганные файры заверещали и захлопали крыльями.

Привлеченные шумом, в дверях стали появляться арфисты. «Не годится, чтобы при рождении присутствовало столько народа, — подумала Менолли, — мало ли, что может случиться…»

— Не входите, пусть все уйдут! — крикнула она, едва соображая, что говорит.

— Да-да, отойдите-ка подальше, — вмешалась Сильвина, — все равно отсюда всем не видно. Менолли, ты захватила мясо? А, вот оно. Здесь хватит?

— Должно хватить.

— А нам что делать? — хриплым от волнения голосом справил Робинтон, стоя на коленях перед яйцом.

— Как только малыш появится из яйца, сразу же начинайте его кормить, — сказала Менолли, слегка подивившись про себя: ведь Главный арфист столько раз присутствовал при Рождении драконов. — Пихайте мясо ему прямо в рот.

— Когда же, наконец, они родятся? — нетерпеливо потирая руки, осведомился Сибел.

А файры гудели все громче, глаза их стремительно вращались в предвкушении волнующего события. Вдруг в комнату молнией влетела вторая золотая королева. Она громко вскрикнула, и Красотка, вскинув крылья, ответила на ее возглас — но не угрожающе, а приветливо.

— Смотри, Сильвина! — Менолли показала на королеву.

— Взгляните-ка, мастер Робинтон, — откликнулась Главная смотрительница, а пришелица тем временем уселась на камине рядом с остальными файрами, горлышко ее напряженно трепетало.

— Это Мерга, королева лорда Гроха, — пояснил Робинтон и оглянулся на дверь. — Надеюсь, он не слишком встревожен — его визит сейчас был бы весьма некстати…

Но в коридоре, перекрывая гудение файров, уже слышался мощный рык, призывающий Главного арфиста.

— Пусть кто-нибудь встретит лорда Гроха, — распорядился Робинтон, не отрывая глаз от лежащих перед очагом яиц.

— Робинтон! — Похоже, просьба мастера запоздала: громогласные возгласы быстро приближались. — Робин… Что такое? Занят? Вот еще новости… Моя Мерга снова сама не своя — притащила меня сюда! Да что у вас тут стряслось? Где Робинтон?

Менолли оторвала взгляд от яиц, хотя заметила на одном из них все расширяющуюся трещину; ей хотелось взглянуть на лорда Форт холда. Он оказался под стать своему голосу — крупный мужчина, почти такой же рослый, как Главный арфист, но гораздо толще, с мощными ляжками и мускулистыми икрами. Несмотря на солидный вес, двигался он легко, разве что запыхался, да и мудрено ли — всю дорогу от холда ему пришлось почти бежать.

— Вот вы где! Что здесь происходит?

— Ничего серьезного, лорд Грох, просто вы попали на Рождение.

— Рождение? — Брови лорда озадаченно взметнулись. — А, так это ваши файры рождаются? Вот почему моя Мерга так переполошилась!

— Надеюсь, лорд Грох, это не доставило вам слишком много хлопот?

— Я просто не мог не прийти — так она настаивала. Кстати, как она?

— Спросите у Менолли.

— Менолли? — Внезапно его пристальный взгляд строго обратился на девочку. — Так это ты Менолли? — Брови его поползли вверх. — Да ты совсем девчушка! Я представлял тебя совсем другой. Да не красней ты так — я ведь не кусаюсь, как моя королева. Хотя ты ведь не боишься файров. Это все твои? А вот и моя Мерга рядом. Смотри-ка, похоже они успели подружиться!

— Менолли! — возглас Главного арфиста заставил ее снова сосредоточиться на происходящем таинстве. Его яйцо так судорожно, качнулось, что едва не скатилось с каменного подножия очага. Порывисто вздохнув, он протянул руки, чтобы поймать его. Скорлупа развалилась, и крошечный бронзовый дракончик упал прямо в подставленные ладони. Малыш требовательно пищал, тельце его влажно поблескивало.

— Кормите! — закричала Менолли. — Кормите его скорее!

Робинтон, не в силах оторвать взгляд от файра, на ощупь схватил кусочек мяса и поднес к разинутому рту новорожденного. Бронзовый малыш, раскинув крылья для равновесия, жадно вцепился в мясо и так быстро заглотил кусочек, что Менолли испугалась: как бы не подавился! — Не торопитесь, выждите немного. Теперь поговорите с ним, успокойте, — подсказала девочка.

И тут раскололось второе яйцо.

— Королева! — отшатнувшись от неожиданности, воскликнул Сибел. Он чуть не упал, но лорд Грох успел поддержать его.

— Корми ее, корми! — рявкнул лорд.

— Но мне не положено иметь королеву! — Сибел уже начал было поворачиваться, собираясь предложить маленькую королеву Главному арфисту.

— Поздно! — закричала Менолли и поспешно вклинилась между мужчинами, стараясь помешать Сибелу. Она сунула кусок мяса в протянутую руку юноши и подтолкнула ее к разинутому рту ящерицы. — Тебе полагается файр, а какой — не так уж важно!

А Робинтон и не замечал, что происходит рядом. Он не спускал восторженного взгляда с бронзового, поглаживал его, подкармливал, что-то ласково ворковал. Новорожденная королева, приняв от Сибела первый кусок, так плотно обвила хвостом руку юноши, что он при всем желании не сумел бы произвести обмен.

Менолли повернулась к Главному арфисту, собираясь помочь, но над ним уже склонился лорд Грох, уверенно подавая советы. Когда оба новорожденных раздулись как пузырьки, Менолли убрала мясо.

— Хватит, а то они лопнут, — остановила девочка возроптавших было арфистов. — Теперь прижмите их к себе. Погладьте, приласкайте — они скоро уснут. Ну, что я сказала? — Не успели мужчины последовать ее указаниям, как насытившиеся до отвала малыши устало смежили веки и уронили головки арфистам на грудь. Она уже и забыла, какие они крошечные — новорожденные файры. Ее питомцы так выросли со времени рождения! Мерга лорда Гроха, пожалуй не меньше Красотки, разве что в груди чуть поуже. Две королевы оживленно беседовали — то потрутся головками, то сомкнут изогнутые крылья.

— Невероятно… — едва слышно произнес Главный арфист, глаза его лучились счастьем. — В жизни не переживал ничего более невероятного.

— Отлично вас понимаю, — смущенно пробормотал лорд Грох. Тучный лорд наклонил голову, но от Менолли не укрылось, что он заалелся, как девушка. — Незабываемое ощущение.

Мастер Робинтон осторожно поднялся — глаза устремлены на спящего файра, свободная рука вытянута в сторону. Он явно боялся неловким движением потревожить бронзового малыша.

— Наконец-то мне стало ясно многое из того, что я никак не мог понять во всадниках. Да, этот опыт раскрыл передо мной новые горизонты познания! — Он присел на край постели. — Теперь я, пусть и не в полной мере, но все же могу представить, какие муки пережили Лайтол и Брекки. Теперь я знаю, почему юному Джексому так нужен Рут. — Он усмехнулся, услышав недовольное ворчание лорда Гроха. — Я так долго подсматривал в узкую щелочку, за которой скрывался целый мир неведомых мне впечатлений! И только сейчас, наконец, я могу взглянуть на него без помех, — он опустил голову на грудь, скорее тихо размышляя вслух, нежели обращаясь к окружающим. Потом, слегка встряхнувшись, поднял глаза и снова просиял. — Что за бесценный подарок ты мне сделала, Менолли, поистине бесценный!