Мой злодей. Книга 1 - Мария Власова

В чем преимущество книголюба? Что дают нам книги, что не могут дать, например, фильмы? Когда мы смотрим фильм, у него есть сценарий, те же самые строчки, что и в книге, но их смысл иной. В конечном итоге в книге мы видим историю, импортированную режиссёром, сценаристом и актерами. Видим героев такими, какими их сыграли актеры, добавив в образ чего-то нового, иногда своего. Казалось бы, над полюбившимся героем поработало столько людей, но книжный герой все равно будет ближе. Почему? Потому что над персонажем фильма работало много людей, а над книжным - только автор книги? Потому, что книги дают волю фантазии куда большую, чем фильмы или же, например, рисунки или комиксы. Наша фантазия – это то, что сильнее всего влияет на наше восприятие окружающего мира. Даже самый дерьмовый фильм, снятый по любимой книге, все равно пойдем смотреть, чтобы сказать «а в книге было лучше». Не потому, что в книге реально было лучше, а потому что книга давала волю фантазии. Люди будут фантазировать, что бы ни случилось. Потому что мир жесток, а нам, как в детстве, хочется верить в сказки.

Надежда, что сразу по возвращению меня отправят спать, разбилась о суровую скалу в лице Эллы. Никто и никогда ещё не смотрел на меня так враждебно и одновременно возмущенно до глубины души. Возможно, из-за этого взгляда я не смогла послать Стефана куда подальше со своим осмотром.

Я так надеялась, что он оставит меня в покое. Особенно после того как констатировал, что я просто напилась, но где там. Отец не поехал с нами домой, чтобы доктор сопроводил туда меня. Такого неловкого и враждебного молчания во время поездки к дому, давно у меня не было. При докторе даже Курт вел себя странно, не шутил и не паясничал, а наоборот, какой-то угрюмый сразу отнес меня в спальню и, не прощаясь, вышел. Через пару минут зашла Элла и сказала, как отрезала:

– Вам нужно переодеться, доктор ждет, чтобы проверить ваше состояние.

И ведь проверил, если так можно назвать то, что меня перевернули на живот и принялись ощупывать уродливые шрамы на моей спине. Если какой-то моей частью и можно пугать людей – так это спиной. Меня даже радует, что я не могу видеть все те шрамы, лишь время от времени чувствую их на своей спине. Они будто бы до сих пор болят, хотя болеть там нечему.

– Вы набрали вес, – констатировал этот горе-врач, щупая мою спину. И сколько у нас недовольства в голосе, точно я смертельный грех сотворила.

– А вы меня щупаете и что? – спросила, продолжая втыкаться в подушку лицом. Как же он меня достал, так ещё и стыд чувствую, ведь на мне кроме задранной ночной сорочки и кружевных панталон ничего нет. Уже не говоря о том, что за врача этого подонка не считаю. У меня даже ненавидеть его не получается, я его банально презираю.

– Соблюдение диеты – залог вашего здоровья, – сразу же убрал от меня руки этот горе-врач.

– Простите, господин, – сразу же виновато произнесла Элла, чем меня взбесила.

– Кто это сказал? – фыркнула в подушку, самостоятельно стягивая сорочку на спину. – Ваша диета – это способ заморить меня голодом.

– Рианна, я понимаю, что в вашем состоянии леди склонны говорить лишнее… – начал было он меня поучать, но я не склонна сегодня быть паинькой.

Резко дернувшись, перекатилась на бок и посмотрела на него, подперев рукой голову. Мужчина замер, Элла тоже, а я презрительно зацокала языком.

– Какой прок от того, что я буду голодать? Откуда у меня возьмутся силы ходить с вашей диетой?! – прикрикнула на него, не выдержав. – Вы что убить меня хотите?

После моего крика ничего не изменилось, что доктор, что Элла по-прежнему оставались на своих местах, разве что у доктора возникло странное выражение лица.

– Рианна, повернитесь снова, – потребовал он, и я прищурилась, чувствуя что-то не то.

– Куда повернуться? Зачем? – хмуро на него посмотрела и дернулась в сторону, когда он поднялся.

– Повернитесь на другой бок немедленно! – прикрикнул он и потянулся ко мне своей рукой. Дернулась в сторону и откатилась от доктора на другой конец кровати.

– Господин? – спросила Элла с некоторым замешательством.

– Ничего себе, – в некотором ступоре пробормотал он и стремительно обошёл кровать, чтобы встать рядом со мной. – И давно вы так можете?

– Могу что? – спросила у него, но, так и не дождавшись ответа, взглянула на служанку, ибо под взглядом этого доктора почувствовала себя подопытным кроликом. – А доктору ещё не пора? Уже поздно, я хочу спать и всякое такое.

– Госпожа тренировала руки и плечи в саду, возможно причина в этом, – подала голос служанка, игнорируя мои слова.

– Интересно, очень интересно, – проговорил он как-то отрешенно и снова ручки свои едва ко мне не потянул, но под моим взглядом трогать меня не стал.

– Уже поздно, господин Корте, – немного склонила голову Элла.

– Да, да, – кивнул он, но уйти не поспешил. – А как именно тренировала? Что ела?

– Доктор, вам пора, – напомнила Элла, но от возбужденного взгляда Стефана у меня мурашки пошли.

– Я зайду к вам завтра, – сказал он так, что холодок по спине прошелся. Что ему от меня надо? Что я такого сделала, перевернулась на бок? Что в этом такого? Рианна и этого сделать не могла что ли?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Лучше не надо! Со мной все в порядке, и вообще я завтра собираюсь на фабрику, по магазинам и у меня много других дел! – принялась заверять его, но он, похоже, не слышал.

Скупо попрощавшись, доктор вылетел из моей спальни, словно ужаленный. Мой взгляд тут же уперся в недовольную служанку.

– Ни одна леди не будет пить алкоголь, тем более на светском приеме! – принялась меня отчитывать так, что голова разболелась.

– Тогда зачем шампанское подавали всем без разбора? – парировала смело. – К тому же весь фуршетный стол был им заставлен, и ничего другого там не было. Что мне тогда надо было пить?

– Госпожа, как вы не понимаете! На таких приемах не пьют и не едят! – возмущенно заявила она, и я зависла.

– В смысле?

– На приеме молодые леди без мужа, как вы, если и пьют, то исключительно воду и в принципе особо не едят. Так леди демонстрируют свой самоконтроль и манеры! А вы чем занимались на приеме с леди Вероникой? О вас даже анекдоты среди слуг появились! – принялась она возмущаться, на что я всего лишь закатила глаза.