Нить - Анна Калина

— Мэм, — послышался за спиной голос Холга.

Гном вышел следом за мной и теперь нерешительно замер на крыльце, кутаясь в овечий тулуп, одетый поверх больничного белья.

— Доктор, а правда что лечение можно найти или вы того… Лурга обнадежили? — прошептал гном.

— Есть лечение, — пожала я плечами, — в больших городах целые больницы есть, где лечат такие травмы. Только это дело не быстрое и не дешевое.

— И помогает? — делая еще один шаг ко мне, произнес Холг.

— Кому как, — не стала юлить я, — я е даже не знаю что там у Лурга с позвоночником. Тут нет оборудования. Может и восстановится подвижность, если спинной мозг не задет… Ставить крест еще рано. Массаж мы ему делаем. Гимнастику он начал… Ждем.

Холг кивал и глядел себе под ноги. С момента обвала гном еще больше постарел, осунулся. В темной бороде и длинных волосах стали заметнее седые пряди. Да и пережитый стресс сказывался.

— Вы скажите, когда деньги нужны будут, — выдохнул гном, — я дам сколько нужно. У меня много денег.

Я даже рот от удивления раскрыла, разглядывая Холга. В Лингро он слыл скрягой, помешанном на серебре. Всю свою жизнь положил на его добычу и тут…

— Кому я их коплю? — продолжал бормотать гном, — у меня после обвала как пелена с глаз спала. Всю жизнь я это серебро искал. Копил. Берег. А для чего? Ни дома, ни семьи, ни детей. Один как перст… Да и Лурга я втравил в эту авантюру.

— У Лурга и своя голова на плечах была, — напомнила я гному.

— Да, только я помочь хочу, — кивнул гном, — они с Рози так глядят друг на друга… Как Джо и Мэри. Я одну семью разбил, так, может, другую склею.

Оставалось только молча кивнуть Холгу и попросить того вернуться в больницу. Все же за окном было не лето, хотя прошедший ливень слегка размыл сугробы во дворе. Холг скрылся за дверью и тут же из больницы выскочила миссис Брок. Металлическая женщина, словно в ней турбина вмонтирована, которая ей энергию поставляет. В руках у медсестры была огромная корзина с постиранным бельем.

— Давайте я развешу, — просилась я на помощь даме.

— Куда? — засмеялась Брок, — эта корзина больше и тяжелее вас, доктор.

— А вы с самого утра как ужаленная бегаете, дайте вам помочь! — хватая корзину, произнесла я.

Все же там были только полотенца. До постели очередь еще не дошла. Странно, глядя на Брок, ожидаешь что она уже перестирала, перемыла и переругала все, что встретила на своем пути.

— Ладно, — сжалилась дама, — я тогда полы помою.

И развернулась к двери, где продолжал маячить смущенный Холг.

— Давайте я полы помою, — попросил гном.

— В дом иди, чудо, — отмахнулась Брок. Помоет он. Иди Лурга лучше переверни, и воды ему дай. Пользы больше будет.

Далее дверь захлопнулась и дальнейший разговор стал не слышен. Я улыбалась, пока шагала к натянутым между деревьями веревкам. На заднем дворе было подобие прачечной, тут стоял огромный таз с мыльной водой, таз побольше, доска для стирки. На ветру уже трепетало белье. В трепещущих «знаменах» я узнала белье из нашего с Брок дома. Итак, миссис с утра покусал енот- полоскун. Ужас, а не женщина.

Простыни хлопали на ветру, словно огромные белые крылья, от них пахло морозом, чистотой и простым туалетным мылом. И было в этом свое очарование. Захотелось даже петь. И я, мурлыкая под нос печенку, принялась развешивать на веревке пестрые полотенца. Послышались за спиной шаги, но я только улыбнулась, когда на талии сомкнулись чьи-то руки.

— Ты уже разгадал се загадки Лингро? — весело произнесла я, не оборачиваясь.

Только вот руки на талии сомкнулись сильнее, без привычной нежности. Пальцы впились под ребра, причиняя давно забытую боль. А над ухом хрипло кто-то произнес:

— Ну, здравствуй, моя маленькая Бэатрис…