Нить - Анна Калина

Неужели сейчас, когда моя жизнь хоть немного стала походить на нормальную, опять предвидятся опасности и встряски?

— Обряд Лироссо остался загадкой для его современников и для потомков, — пробормотал Нордвуд, — Утверждают, что он хотел уничтожить мир и открыл портал в мир потусторонних сил. Но, он его остановил. Вопрос в том, как? Какой ценой? Мхора говорил, что тело Инирги рассыпалось в прах прямо там в пещере, а безумный Кристоф умер спустя пару дней.

Из вышесказанного я понимала лишь одно — я ничего не смыслю в магии. И Лиам явно понял это по моему лицу. Взял верхнюю в стопке книгу, раскрыл и протянул ее мне. Это была глава из учебника, в которой описывались принципы древних обрядов и их возможные побочные эффекты.

— Любые магические манипуляции следует завершать правильно, — пробормотала я строчки из книги, — прерванный обряд влечет за собой непредсказуемые последствия как для самого колдуна, так и для его помощников.

— Что если сейчас ситуацией управляет уже не призрак… — продолжил Лиам, — Что если сам алтарь пытается завершить то, что в него вложил Лироссо. Обряд был прерван. Инирги боролась с Кристофом. Остановила его. Но, алтарь не умер. Почему?

— Он магический, вот и держится из последних сил? — нервно хихикнула я.

— Что если дух Лироссо остался внутри той пещеры, связанный с алтарем. И дух Инирги тоже.

— С чего ты взял?

Лиам опять порылся в стопке книг, извлекая обтрепанный томик исторических очерков. На старой, полутемной гравюре была видна фигура девушки, положившей руку на голову чудовищу…

— Это же! Это же оно! — пискнула я, вглядываясь в рисунок.

— Это питомец Инирги, — пояснил Лиам, — изображений этой женщины очень мало. Записи о ней ограничиваются связью с Лироссо. А уж про то, что она приручила вот это… Думаю, после ее смерти зверь бродил тут, пока не сгинул на озере.

Я разглядывала гравюру ближе. Да, про те далекие времена известно не много. Да и то, тем, кто интересовался историей чуть больше, чем давала школьная программа.

— А зачем он нападал на меня? — задала я резонный вопрос.

Лиам только руками развел, став еще задумчивее.

— А кто сказал, что он хотел напасть? — произнес мужчина, — он бежал к тебе, вот и все. Это могла и не быть агрессия. Его пробудила сила магии алтаря. А как? Ты одна тогда была у воды. Тогда проснулись и мои силы.

— Тоесть оно, — я ткнула пальцем в картинку, — приняло меня за свою хозяйку, так как мы, по твоему мнению, кармические близнецы?

— Почти, — кивнул Лиам, — я почти сам ничего не понимаю. Но, алтарь живет, излучает магию. А это говорит о том, что что-то его питает. Магия. Часто бывает, что душа творца уходит в артефакт. Вдруг здесь та же история.

— Тоесть в момент смерти дух не ушел в свет?

— Точно, — кивнул Лиам.

— И хочет провести обряд?

— Не уверен, — произнес Лиам, — перед смертью Лироссо просил никого не ходить в ту пещеру. Если ему так нужны тела для обряда, то просьба странная.

— Странная, — кивнула я.

Мы уныло уставились на стопку книг, громоздившихся на столе. Найденные в них ответы, породили еще больше вопросов. Лиам махнул рукой и снова принялся за поиски иголки с нитками. Потом был завтрак и работа, на которой уже пора было появиться, перестав вешать все свои обязанности на безотказную Миссис Брок. Да и мой непоседа- поросенок уже истосковался по мне за это время.

* * *

— А теперь здесь, — я осторожно провела ручкой ножниц по стопе Лурга.

— Ничего, — обреченно вздохнул парень и рухнул на подушки.

Такая его позиция мне не нравилась. Конечно, все плохо. Даже очень. Но, история знает людей победивших болезнь благодаря воле к жизни, а так же истории известны случаи кончины из-за нежелания жить. Мне показалось или мышца на стопе Лурга дернулась? Я продолжала таращиться на стопу гнома, пока не решаясь его обнадежить. Да и могло показаться.

— Вы же сами сказали, док, что я ходить не смогу, — отмахнулся от меня гном, накрываясь одеялом.

— Мало ли что я могла сказать, — от раздражения я даже встала с кровати, нависнув над Лургом, — но даже диагноз и слова врачей не повод сложить лапки и ждать кончины. Лург!

— Все кончено! Зачем вы меня тормошите! И вы и Рози!

— Кончено все тогда, мой милый, — подала голос миссис Брок, — когда на крышке гроба гвозди приколачивают. И то, были случаи, когда покойник просыпался. А ты не в гробу, так что не ной!

И женщина раздраженно сдернула с кровати Холга простыню. Миссис Брок обладала чудным свойством строить всех в одно мгновение. Вот и сейчас, зашла в палату, сказала, что меняет постели и Холг тут же вскочил с кровати. А я интуитивно всегда поджимаю ноги, когда эта дама моет полы. Так остервенело она их трет, того и гляди и тебя затрет в порыве. Сахарок уже давно залез на одну из кроватей и отчаянно прикидывался подушкой.

— Я согласна с миссис Брок, — кивнула я, — тем более, что медицина не стоит на месте. Мир меняется. А ты еще очень молодой гном.

— И ты не один, — смущенно произнес Холг, — у тебя Рози есть.

И мы все трое уставились на расстроенного Лурга. Он совершенно скис последнее время. Плохо ел. Кричал на невесту. Ругался. Словно хотел ее довести и прогнать. Я видела этот блеск отчаяния в его взгляде. Слышала истеричные нотки в его голосе. Но, гномочка продолжала упорно ходить в больницу. Но, последнее время все реже.

— Зачем я ей такой? — рычал в подушку Лург, — не мужчина, не муж, так… овощ.

— Раз приходит, значит нужен, — пожала я плечами, — любовь не выбирает с кем быть.

— Зачем ей замуж за калеку? Это же после обетов навсегда!

— Лург! — не выдержала я, — а вот если бы ты стал калекой после свадьбы? Что бы изменилось?

Гном, молча, глядел на меня и моргал, прикусив нижнюю губу. А я злилась. Да, ясно, что у Рози есть шанс не вешать на себя такую ношу как не ходячий муж. Но! Обещая любить друг друга и в здравии и в болезни, мы же клянемся быть рядом всегда. В любых испытаниях. Так в чем разница? Завтра здоровому и крепкому мужчине рухнет на голову кирпич и он до конца дней своих будет пускать слюни в подушку. И жена будет с ним.

— Рози умная девочка, и любит тебя — произнесла я, — не обижай ее.

— Вот- вот, — произнес задумчиво Холг, — а жизнь она наладится. Придумается что-то. Ты только, того… не раскисай.

Лург отрешенно смотрел в потолок и молчал. Легко утешать больного, когда сам здоров, но что нам остается? Как еще мы можем поддержать Лурга? Что еще можем говорить? Мне самой сдавило спазмом горло и я поспешила выйти на крыльцо больницы. Я сама не верила в выздоровление Лурга. Но кто я такая, чтобы ставить крест на его жизни? В жизни же есть чудеса? Есть, я их своими глазами видела… Все же, Брок права, ничего не кончено, пока мы живы.