Щит Королевы - Наталия Подлесная

17 адлари

Утром принесли две записки: муж звал меня на завтрак, а Соридель обещал сам заглянуть в гости, «если королеве будет угодно». Во время своего последнего визита я просила мага навестить меня, как только он почувствует себя достаточно здоровым, но не рано ли ему бегать по городу? Или он наконец смог поколдовать – и выздоровел?

Чуть попозже пришла Втайла с письмами из Ольтании. У гномов хорошая традиция: возвращаясь на родину, они никогда не отказываются захватить с собой почту.

Большой конверт с печатью – от отца и матери. Холодные слова, заверения в почтении к моему мужу… «Надеемся, ты здорова, надеемся, ты посетишь нас, надеемся, ты ведешь себя благоразумно…» Ощущение, будто они хотели написать: «Ты должна быть здорова. Ты должна посетить нас. Ты должна вести себя благоразумно»… Особой Радости письмо не принесло.

Второй, чуть помятый на углах голубой конвертик – от Ксантии. Пахнет жасминовой водой. Внутри – всего °Дин листочек: в отличие от меня, сестра не любит излагать свои мысли на бумаге.

Сначала я письму очень обрадовалась. Мы не были особенно дружны, зато теперь, на расстоянии, я почему-то ощутила, насколько она мне близка и как мне ее не хватает. Письмо было таким теплым… Ксантия благодарила за присланные из Хорверка подарки, немного рассказывала про свою жизнь – все хорошо, она вполне довольна. Странно, ведь у нее с мужем нет ничего общего. И еще она писала' что Жинья – дочь одного из вассалов отца и подруга наших детских игр – сосватана за Свигга и скоро свадьба Сестра сообщала об этом так, будто ничего особенного не случилось. Он, конечно, не очень знатного рода, наши родители никогда не дали бы согласия на брак, но я же помню, как сестра со Свиггом при каждом удобном случае целовались в укромных уголках. Хотя время идет, должно быть, Ксантия в конце концов им переболела…

Я подумала: вот уже и Жинья скоро будет замужем, а ведь она младше меня на целых полгода! Жизнь в Ольтании продолжается – без меня. Нет, я не грущу. Я просто, наверно, повзрослела. И Брайген потихонечку становится моим родным домом.

Убирая письмо сестры обратно в конверт, я обнаружила, что в нем еще что-то есть, и с трудом подцепила ногтем приклеенный изнутри маленький листочек:

Извини, что пишу на обрывке – тороплюсь. Муженек отлучился ненадолго, надо сказать тебе самое главное.

Прекрасно понимаю, что жить тебе тяжеловато. Старый гном, все такое. У меня вот хоть и не гном, а тоже настоящий чурбан. В общем, я недаром тебе написала про Свигга: женится-то он на Жинье, а встречается по-прежнему со мной. И то, что нас могут застигнуть врасплох мой муж или его невеста, только придает этим встречам остроты. Вот это действительно жизнь!

Так что мой тебе искренний сестринский совет: найди в Брайгене человека посимпатичней и заведи с ним роман. Ты можешь особо не бояться: если что и раскроется, ничего гномы не сделают – побоятся скандала. И не робей, сестричка. Нечего заживо гнить в этих подземельях.

Любящая тебя Ксантия

Сказать по правде, Ксантия всегда была ветрена… Но такого я от нее не ожидала. Мысли о родстве наших душ испарились, будто их и не было.

Я возмущенно ходила по комнате, комкая ни в чем не повинный клочок бумаги. Нет, ну сама она, конечно, может заниматься чем хочет и с кем хочет, но мне-то зачем её дурацкие советы?! Ксантия должна понимать, что я на такое не пойду. С одной стороны, это просто невозможно. С другой – чтобы с кем-то встречаться, этот кто-то должен мне очень-очень нравиться. А мне, по счастью, очень-очень нравится собственный муж, хоть он и старше меня на несколько столетий.

Да как только она посмела так пренебрежительно отзываться о Вьорке и гномах? Я же ей писала, что мне здесь просто замечательно, с Ольтанией и не сравнить! Тоже мне, наставница нашлась – прямо как родители: давай-ка делай то, давай-ка делай это… Ну уж нет, я…

Или?..