Без гнева и пристрастия - Павел Корнев

— Во сколько они выходят на работу?

— В восемь, — ожидаемо объявил Алан и добавил: — Ночного сторожа нет.

— Дворник? Дворник мог быть здесь раньше.

— Дворника уволили, когда начался ремонт. Бригадир своих людей на уборку территории отряжает.

— В самом деле?

— Условие конкурса на проведение ремонтных работ.

— Понятно, — вздохнул я и позвал детектива за собой: — Идем!

— Что-то нашел?

Я только махнул рукой и зашагал к газону. Там указал на следы покрышек и спросил:

— Что думаешь?

— Неужели и в самом деле гангстерские разборки? — озадачился детектив. — Или совпадение?

— Не совпадение. Пахнет разлитым реагентом.

— Очень интересно. — Портер сдвинул шляпу на затылок и пригладил усы. — А я тебе говорил! — неожиданно заявил он. — Говорил, что из этого дела ушки агентства торчат!

— Охранник мог взять подработку со стороны, — покачал я головой. — Обычное дело.

Портер странно глянул на меня, но с расспросами приставать не стал и только передернул плечами.

— Для кого как, — пробурчал он.

— Идем!

Я направился в обход громады театра и встал на углу, разглядывая вымощенную брусчаткой площадку позади здания, чашу фонтана немного поодаль и скамейки у серых, словно горбившихся под дождем деревьев.

Ну и что здесь произошло?

— Что здесь могло произойти? — озвучил мою мысль Алан Портер.

— Понятия не имею, — сознался я и направился к скверу, внимательно посматривая себе под ноги.

Напарник зашагал следом; мы прошли площадь, постояли на другой стороне, вернулись обратно.

— Что за чертовщина? — не выдержал Портер. — Где осколки? Реагент могло смыть дождем, но осколки-то куда делись?

— Может, дворник подмел?

— Дворника давно уволили! — напомнил Алан.

— Точно! Ты говорил… — кивнул я. — Не узнавал, когда здесь последний раз прибирались?

— Неделю назад.

— Оно и видно, — пробурчал я и ткнул носком ботинка размокшую картонную коробку из-под папирос.

— И раз осколков нет, перестрелка произошла где-то в другом месте, — решил детектив.

— А если их все же убрали?

— Кто?

— Неправильный вопрос, — покачал я головой. — Правильный вопрос — зачем. Зачем это могло кому-то понадобиться? Это общественное место, кто угодно мог устроить здесь стрельбу. Так зачем было подметать осколки, зачем так рисковать, задерживаясь на месте преступления?

— Осколки задних фонарей — не самый распространенный мусор, — задумчиво произнес Портер и предположил: — Не хотели привлечь внимание полиции конкретно к этому месту?

— Есть другие предположения?

— Виктор, вовсе не обязательно, что перестрелка и в самом деле случилась именно здесь. Наш охранник мог просто проскочить мимо, сбрасывая с хвоста погоню.

— Тоже вариант, — признал я. — Но знал бы ты только, как трудно уничтожить все улики на месте преступления!

— Ты к чему это, Виктор?

Я качнул головой, прогоняя видение объятого огнем особняка, и улыбнулся:

— Пробовал когда-нибудь подметать брусчатку?

— Щели меж камней? — догадался Алан и обреченно вздохнул: — Это же иголка в стоге сена! Это как черная кошка, которой в темной комнате запросто может и не быть!

— Криминалистов ждать не будем, — отрезал я, не оценив метафор. — К тому времени, когда они приедут, уже стемнеет.

— А фонари зачем?

— Приступай.

— Да что нам это даст? — не выдержал Портер. — Даже если мы будем уверены, что перестрелка произошла именно здесь, что с того?!

— Пока не знаю. — Я окинул внимательным взглядом здание театра и зашагал к черному ходу с платформой дебаркадера. — Это меня и беспокоит.

— Виктор! — выдохнул в спину детектив и вполголоса выругался. — Чтоб тебя!

— Ты начинай от сквера, я от театра смотреть буду.

Но рыть носом землю не стал, вместо этого внимательно изучил дверь черного хода и стену рядом с ней и почти сразу обнаружил искомое. Никакой удачи. Просто знал, куда смотреть, просто знал, что искать.

Подсказкой стали стреляные гильзы в барабане револьвера Майка Ши.

Преследователи палили вдогонку; он отстреливался на ходу и потому отстреливался не прицельно, а в попытке выгадать хоть немного времени, чтобы дотащить до автомобиля задержанного, завести движок и успеть набрать скорость…

Стрелял он куда придется, это точно. Сначала я приметил пару сколов на свежей побелке стены, затем мое внимание привлекло темное пятно на двери. Опустившись на корточки, я поковырял острием ножа налепленную надверное полотно оконную замазку и обнаружил под ней ровную дыру, один в один соответствующую стандартному револьверному калибру.

Что получается — наш покойный охранник кого-то умыкнул из здания театра, закрытого на ремонт уже второй год?

Но в этом нет никакого смысла! А попытка замести следы перестрелки… Бред!

— Виктор! — окликнул тут меня Алан Портер и поспешил к черному ходу с носовым платком в руке. — Посмотри!

— Что нашел? — заинтересовался я и спустился с дебаркадера навстречу напарнику.

— Осколок красного стекла! — продемонстрировал детектив мне свою находку. — Похоже на часть разбитого заднего фонаря!

— Нисколько в этом не сомневаюсь.

— Что у тебя?

— Иди глянь на дверь.

Алан поднялся на дебаркадер, присмотрелся к дырке в дверном полотне и не удержался от проклятия:

— Черт побери! Вот это номер!

— Надо осмотреть театр.

— На каком основании?

— Дай подумаю… — усмехнулся я: — Внеочередная проверка общественного здания на предмет возможного прорыва безвременья? Как тебе такое основание?

— Возьмешь на себя? — удивился Алан.

— Почему бы и нет? — пожал я плечами.

— Виктор, ты представляешь, сколько времени на это уйдет?

— Алан, когда последний раз ты проводил субботний вечер в театре?

— Черт… — выдохнул Портер и спрыгнул с дебаркадера. — На нас еще убийство Шарлотты висит, не забыл?

— Повторным опросом свидетелей займемся в понедельник. Раньше не получится, — решил я и зашагал от черного хода. — Идем!

Мы вернулись к служебному автомобилю, и водитель сразу высунулся к нам под дождь:

— Комиссар! Криминалисты сегодня приехать не смогут, — сообщил он.