Из любви к истине - Карина Пьянкова

— Бесполезно, дийес Риннэлис, клянусь, что убью вас сам. Вы можете умереть только от моей руки, — мягким мурлыкающим тоном сытого хищника пообещал кахэ.

Я решительно оскалилась в ответ:

— Разумеется, вы можете попробовать, ларо.

Мама была бледна, младший нелюдь вообще старался смотреть в свою тарелку.

— Так вы это всерьез… — выдавила мама, переводя взгляд с меня на мужчину — и обратно.

— Конечно, — кивнула я. С чего это мама могла решить, что мы дурачимся?

— Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, — мрачно произнесла мама.

— Естественно, — с ноткой высокомерия ответила я. Я просто ненавижу этого мерзкого, самоуверенного кахэ. Он разбивает мою жизнь на мелкие кусочки и с удовольствием смотрит на них. И я его опасаюсь…

Оказалось, что даже в самом нелепом виде, с лицом, отливающим в синеву от переутомления, человечка все же способна выглядеть внушительно и угрожающе. Редкостная змея. Даже когда Риэнхарн поклялся убить ее, на лице дийес дознавателя не дрогнул ни единый мускул, а в глазах сохранилось все то же отрешенно-сосредоточенное выражение, которое вызывало у нелюдя тихое бешенство и страх.

«Проклятье!.. Я все равно ее убью! Я опытнее! Я кахэ! Я мужчина, в конце концов!»

Риэнхарн пришел к неутешительному выводу, что дийес Тьен все же удалось довести его до точки кипения.

А человечка глядела на него непроницаемыми, как осенние омуты, глазами и, казалось, видела Риэнхарна насквозь со всеми его страхами и метаниями.

В полной мере насладившись растерянностью и беспомощностью мужчины, дийес Риннэлис сообщила, что намерена отправиться по делам, поднялась наверх и через десять минут сползла в кухню уже причесанная, лишь слегка бледная и завернутая в свою форменную мантию.

— Доброго дня, дийес Риннэлис, — с трудом растянул губы в улыбке кахэ.

— У вас прекрасное чувство юмора, ларо Риэнхарн, — откликнулась человечка, активизируя портал, через который она и нелюди пришли в дом дийи и дийэ Тьен.

— Дочка, осторожнее, — напутствовала змею дийя Тиана. — Если тебя там убьют…

— Все будет в порядке, мама, — отмахнулась дийес дознаватель, подмигнув, словно малолетняя хулиганка, решившая залезть в соседский сад за яблоками. — Можно подумать, я в первый раз влипаю в историю!

На плече дийес Риннэлис словно по волшебству оказался ее кот, который старательно потерся боком о щеку хозяйки, просверлив презрительным взглядом Риэнхарна.

Мое обиталище осталось точно в таком же состоянии, как в тот момент, когда я его покинула, время здесь вернулось в нормальное русло только с моим приходом. В квартиру никто так и не сумел вломиться, хотя чуть деформированные линии заклятий говорили о том, что враги предпринимали активные попытки. Я машинально запомнила особенности почерка правонарушителей, планируя добраться до них, как только закончу с расследованием. Такую наглость нельзя оставлять безнаказанной.

Полчаса я потратила на восстановление и усиление защиты моего жилища, затем надела поверх серого платья форменную мантию и почувствовала себя просто превосходно, полностью на своем месте и в своей шкуре. Кэрри тоже одобрительно фыркнул, глядя на мою разом ставшую идеальной осанку. Определенно, в форме я выгляжу более внушительно.

Итак, мне нужно приобрести вещи для ларо Риэнхарна, отметиться в управе и выяснить обстоятельства смерти Энтрела… А там посмотрим. Кажется, моя спокойная и размеренная жизнь медленно, но верно превращается в полнейший бардак, который грозит моей кончиной.

Первым делом я телепортировалась к мастерской портного, чтобы заказать траурные одежды для ларо Риэнхарна. У старенького мастера Поля, сумевшего бы, на мой взгляд, пошить все — от королевской мантии до рясы монаха, — я одевалась уже три года, то есть все время, что работаю в страже, у него я и форму заказывала. Когда я объяснила старому портному, что мне требуется, тот быстро прикинул и пообещал выполнить заказ за день.

Сразу после мастерской я перенеслась в управу. Из-за двух магических переносов подряд почувствовала себя лимоном, который не просто выжали, но еще и пропустили через мясорубку. Телепортация была заклинанием сложным и энергоемким, так что, очутившись в своем кабинете, я тут же опустилась в кресло и достала из ящика стола плитку шоколада, лежавшую там как раз для подобных случаев. Периодически я съедала сладкое, не дожидаясь критической ситуации. Мало ли, вдруг шоколад испортится…

Кажется, в ближайшие часы телепортация будет для меня так же невозможна, как и всеобщая любовь. Полное истощение магических сил. Придется пересидеть некоторое время в управе, а уже потом вернуться домой, поскольку пытаться добраться до квартиры на своих двоих — чистое самоубийство, а тяги к суициду у меня пока что нет.

И вот, когда я уже съела половину припрятанной плитки шоколада, в дверь постучали. Ну и кого демоны там принесли? Ведь никто не видел, чтобы я входила в управу… Значит, мой визитер имеет доступ к артефактам, отслеживающим перемещение сотрудников с помощью магии.

— Входи, Лэр, — откликнулась я.

— Риш, объясни, какая муха укусила Тарна? — с раздражением поинтересовался приятель, нависая над моим столом. Я с грустью подумала, что шоколад, который я сейчас держу под столом (чтобы однокашник, не приведи боги, не узнал об этой моей слабости), вот-вот начнет таять. Но если попытаться открыть ящик стола, то его скрип меня непременно выдаст. И почему я не спрятала свою заначку до того, как впустить визитера?

— А что? — как можно равнодушнее спросила я.

— Мне тут доставили труп твоего Энтрела. В удручающем состоянии…

А вот это уже занятно.

— Насколько удручающем?

— Ты бы опознала его только с помощью соответствующих заклинаний, — криво усмехнулся эксперт. — Это был оригинальный способ наглядно продемонстрировать тебе ту участь, которая ждет тебя в ближайшее время.

— И почему же ты так подумал? — показательно удивилась я.

— Рядом с телом была найдена записка, — сообщил друг. — Она гласила: «Ларэ дознаватель, вы будете выглядеть не лучше».

Как грубо. И неоригинально. А еще очень глупо — можно подумать, я не догадалась бы без поясняющего текста.

— А Тарн ничего мне про записку не сказал… — недовольно вздохнула я.

— То есть нашего стального друга злит именно твоя реакция на произошедшее. Точнее, отсутствие таковой.

Все… Он начал таять… Вся рука будет сладкой и липкой…

— А что, я должна была посыпать голову пеплом и кричать о своей великой вине? — саркастично хмыкнула я. — Не несу ответственности за чужую глупость. К тому же Энтрел сам отказался от работы со мной. Соответственно…

— А ты у нас далеко не белая и не пушистая, — с опасливым уважением протянул Лэр, покачав головой.

— А кто из нас белый и пушистый? — риторически вопросила я. — Покажи мне, где могилы таких реликтов, я принесу туда букетик.