Дом скорпиона - Нэнси Фармер

— Проснись! — крикнула Селия у Матта над ухом.

С перепугу Матт, взмахнув руками, свалился с кровати.

— Что случилось? — пробормотал он, выпутываясь из простыней.

Женщина сдернула с него одеяло и рывком поставила на ноги. Хоть Матт и перерос уже Селию чуть ли не на полголовы, все же она была куда сильнее. Наверное, накачала мускулы, много лет таская по кухне тяжеленные кастрюли... Она поволокла его в ванную.

— Мне одеться? — спросил Матт.

— Нет времени. Просто умойся.

Матт плеснул водой в лицо, отгоняя сон. Он лег спать сразу же, как только фермерский патруль доставил его домой. От зловонного воздуха, которым он надышался возле бараков для идиойдов, его тошнило.

У Матта голова шла кругом от новых, противоречивых впечатлений о фермерском патруле. До сегодняшней встречи основным источником сведений о патруле служили рассказы Селии, и от них кровь стыла в жилах. Патрульные — порождения ночи, говорила Селия, страшные существа наподобие чупакабры. Они бродят по тайным тропам в горах и выискивают своих жертв с помощью специальных очков, обнаруживающих тепло.

Матт вспомнил, какими ледяными были глаза Хью, когда тот швырнул его на дно кузова. Для Хью — по крайней мере, в тот миг — Матт был крысой, которую надо давить сапогами.

Но едва он рассказал им, кто он такой, патрульные превратились в совсем неплохих ребят, что не прочь выпить пивка в пабе и немного подраться напоследок.

«Ну конечно,— напомнил себе Матт.— А Том — вылитый архангел Гавриил».

— Скорее! Это очень важно! — поторопила его Селия из-за двери.

Матт вытер лицо и вышел.

— Поешь перед уходом.

Матту показалось, что ее рука, протягивающая тарелку, слегка дрожит.

— Я не голоден,— возразил было он.

— Ешь! Ночь предстоит длинная.

Селия села напротив и принялась смотреть, как он жует. Заставила съесть все до последней крошки. У сальсы[14]был странный привкус, а может, это давали о себе знать последствия отравления гнилым воздухом — Матта все еще подташнивало. Когда он лег спать, во рту долго держался противный металлический привкус.

За дверью их поджидали двое телохранителей. Не произнеся ни слова, они подхватили Матта под руки и торопливо повели по коридору. Наверное, час был поздний, потому что светильники были притушены и навстречу им никто не попался.

Они быстро спустились во двор и двинулись по извилистой дорожке, минуя темные сады, пока не подошли к границе пустыни. За спиной у Матта остался громадный особняк с белыми колоннами и ароматные рощи, полные апельсиновых деревьев, украшенных лампочками. Он наступил босой ногой на колючку и чуть не упал.

— Ой! — Матт присел вытащить занозу.

Однако не успел он дотянуться до больного места, как телохранители рывком подняли его на ноги. Тут только Матт сообразил, куда его ведут.

— В больницу! — ахнул он.

— Все хорошо, ми вида,— сказала Селия, но голос ее предательски дрогнул.

Женщина едва не плакала.

— Но я не болен! — вскричал Матт.

Он не был в больнице с того самого дня, как увидел там существо на кровати.

— Ты-то нет. Эль-Патрон болен,— сказал один из телохранителей.

Матт тут же перестал сопротивляться. Вполне естественно, что его привели к Эль-Патрону. Он любил старика, и тот, конечно, захотел его увидеть, когда совсем разболелся.

— Что с ним? — спросил Матт.

— Сердечный приступ,— проворчал телохранитель.

— Он... умер?

— Нет еще...

Внезапно Матт чуть не потерял сознание. В глазах потемнело, сердце бешено заколотилось в груди. Он извернулся в руках телохранителей, и его мучительно вырвало.

— Какого черта! — испуганно вскричал телохранитель.— Дьявол! Смотри, что ты наделал с моим костюмом!

А Матт уже не думал про колючку в ноге. На него свалились другие, гораздо более тяжелые несчастья. В животе все пылало, как будто он проглотил целый кактус. С глазами тоже что-то стряслось: по стенам больницы плясали яркие разноцветные пятна.

Санитары уложили его на носилки, бегом покатили по коридору, переложили на кровать. Кто-то закричал: «У него сердце колотится как бешеное!», кто-то воткнул ему в руку шприц. Матт уже не понимал, наяву это происходит или ему снится кошмарный сон. Ему казалось, что он снова очутился в низине около бараков для идиойдов и плавает в желтом вонючем месиве. Его опять вырвало, потом еще и еще раз, пока из живота не исторглась лишь тоненькая струйка горькой желчи. Потом он видел Моховичка, с укоризненным видом сидящего в ногах его кровати. Неужели Моховичок так же страдал, когда проглотил лауданум?

Потом Моховичок куда-то подевался, а в ногах кровати примостился святой Франциск.

«Брат мой Клон, ты сделал много зла. Поэтому люди считают тебя врагом. Но я все-таки буду тебе другом»,— сказал он.