Педагогика для некроманта - Дарья Сорокина

— Господин инквизитор, мне стоит обеспокоиться? — прощебетала управляющая. Из ее тонких ярких губ змеевидными струйками вырывался дым от сигары.

— Просто задумался. Я в Рискланде не по вашу душу, можете быть спокойны. — Он подмигнул ей и внезапно спросил: — Не подскажете, где можно купить авенлийского табака по разумной цене? Очень уж ваши местные торговцы заламывают цены.

Матрона вскинула бровь, а затем хитро улыбнулась:

— Отчего же, подскажу! Я вам продам дешево, но не дешевле, чем покупала сама! Хорошим людям помочь не жалко.

— Очень меня выручите, — Синд отвечал на любезности женщины с не меньшей наигранностью. Конечно, управляющая не в восторге от инквизитора в городе. Но та уверенность, с которой она подошла к нему, явно говорила о том, что с документами девиц все в порядке. Все они здоровы и достигли возраста согласия. Простые люди не держат бордели на центральной улице. У этой матроны точно все под контролем. Зачем же она ведет его прямо в свою вотчину?

— Много табака нет, но мешочек на десять унций наберу. Этого должно хватить надолго. Мне доставляют чистый товар, без дешевых примесей, — хвасталась мадам. — Для себя берете?

— Нет, для хорошего друга. Так сказать, услуга за услугу, — сказал Синд.

— Кстати об услугах, — загадочно проговорила управляющая. — Не знаете ли, когда в Рискланде ожидается очередная проверка?

— Месяца через два. Все заняты подготовкой к открытию хаотичных порталов для праздника мертвых. Каждый инквизитор на счету, — Форсворд охотно ответил на вопрос, и женщина заметно расслабилась.

Она провела его в свой кабинет, заставленный стеклянными шкафами с книгами и коллекционными напитками.

— Не хотите? — провела она костлявыми пальцами по прозрачным дверкам с горячительными всех оттенков янтаря.

— Премного благодарен, но сегодня мне нужен твердый ум. — Инквизитор скользнул грустным взглядом по годам, указанным на бутылках, и жадно сглотнул.

— Что ж, с вас триста шестьдесят кайтинов, — извиняющимся тоном проговорила женщина. — По чем брала, за то и отдаю. Дела у нас нынче неважные.

— Что так? — Синда вполне устраивала цена. Предыдущие дельцы просили в два раза больше.

— Заканчивается сезон. Пролив Ла’Дандж начал покрываться льдом. Слишком рано для этого времени года. Теперь мелкие торговцы станут реже заплывать в наш порт, предпочитая вести дела с южной провинцией до весны. Меньше гостей, меньше клиентуры. Приходится крутиться, мне же еще моих девочек содержать, — пожаловалась мадам, и в ее голосе инквизитор уловил некое подобие заботы. Хотя, скорее всего, ему просто показалось. Кто кого еще содержит!

— В качестве бонуса к табаку возьмите себе девушку. Любую, какая понравится. Хоть погреется, — предложила матрона.

— Бесплатно? — удивился Синд.

— Да, хоть на всю ночь, только с условием, что вы ее покормите. А так вся в вашем распоряжении. Ну так что?

Синд задумался. Возвращаться к Рихтэи было рано, но и к плотским утехам душа совершенно не лежала. Однако провести время в компании девушки в местном трактире и перекусить было весьма соблазнительно. Будет какая-никакая собеседница.

— Идет, показывайте, мадам…

— Плизеир, — запоздало представилась матрона.

Они вышли на улицу, и управляющая обвела своих подопечных рукой:

— Ну что? Какую берете?

Форсворд переводил взгляд с одного юного личика на другое, пока не наткнулся на большие голубые глаза. Медные волосы незнакомки едва достигали плеч, пухлые губки, веснушки на носу. Выбор слишком очевиден!

— Эту, — он указал на копию Натт Мёрке, и Плизеир поманила девушку.

— Сэйма, это мой хороший друг, господин…

— Синд Форсворд.

— Сделай так, чтобы он остался доволен, — промолвила матрона.

Сэйма покорно кивнула и одарила своего клиента ласковой улыбкой.

* * *

— Рассказывай, где тут можно посидеть и погреться. — Синд с жалостью оглядывал голые ноги своей компаньонки, обнаженную шею и соблазнительную ложбинку на груди.

— Да в любом трактире, только ведь нам нужен с комнатами, — Сэйма призадумалась.

— Не нужна нам комната. И в трактир я не хочу. Куда бы ты пошла, будь у тебя деньги и свободное время? — поинтересовался Синд.

— В шокохус, — выдохнула девушка и мгновенно покраснела.

— Это кафе сладостей, что ли? — Мужчина слышал о подобных заведениях, но так ни разу и не решился зайти в здание, расписанное всевозможными оттенками розового. Он давно хотел пригласить туда Мёрке, но слова всегда застревали в горле и превращались в предложение разделать очередной труп найденного в лесу близ академии зверя.

— Да! Я никогда там не была. Но некоторых девочек водили туда клиенты, — с завистью сказала копия Натт.

— Почему бы и нет, — Синду казалась ужасно смешной вся эта ситуация и просьба юной куртизанки, он едва сдерживался, чтобы не обидеть девушку.

Распорядитель зала встретил их хмурым взглядом. В кафе отдыхало много семей с детьми, и появление девицы в откровенном наряде вносило определенный диссонанс. Однако метка инквизитора тоже была весомым аргументом.

— Как насчет уединенного столика в самом углу зала, — осторожно предложил управляющий, — там есть драпировка. Вас даже не будет видно. Главное сильно не шуметь… — Распорядитель оттянул воротничок своей рубашки и судорожно вздохнул.

— Отлично!

* * *

Сэйма жадно вгрызалась в сладости, не стесняясь инквизитора. Она облизывала пальцы, икала и хлюпала, когда пила горячий шоколад.

— Как в сказке! — выдохнула девушка, откинувшись на мягкую спинку дивана.

— В чем твой талант? — спросил Синд, и Сэйма в миг потеряла свою беспечность.

— Вам показать? Прямо здесь? — она бросила на компаньона смущенный взгляд.

— Да, если не трудно. Очень интересно.

Сэйма, не говоря ни слова, стерла остатки шоколада с губ тыльной стороной ладони и нырнула под стол. До инквизитора не сразу дошел ее замысел, и он прикрикнул:

— С ума сошла?!

Сэйма в испуге дернулась и ударилась головой об стол, отчего посуда и ложки громко зазвенели.

— Простите, я не так вас поняла? — девушка хлопала неестественно длинными ресницами.

— Я имел в виду магический талант. — Инквизитор пытался унять собственное смущение и на всякий случай отодвинулся чуть дальше, насколько позволяло место на диване.

— Ах, это, — улыбнулась куртизанка и взяла в правую руку нож. — Смотрите!

Она сделала глубокий надрез на левой ладони. Кровь сразу же начала сочиться из раны. Тяжелая набухшая капля грозила сорваться на недоеденный десерт, но внезапно остановилась. Алое пятно двинулось в обратном направлении, и едва последняя капелька скрылась, затянулся и сам порез.