Педагогика для некроманта - Дарья Сорокина

— Некроманты долго не живут, — тихо обсуждали родители в гостиной пугающее призвание дочери. Квелд видел, как мать прижимает платок к мокрым красным глазам, а отец обнимает ее за плечи. Они слишком сильно любили дочь, чтобы отдать ее в лапы тьме.

В этот самый миг юноша пообещал себе две вещи: никогда не расстраивать родителей и спасти Мёрке от страшной судьбы. К сожалению, в обоих случаях он потерпел неудачу. Ему не хватило смелости рассказать и без того перепуганной семье, что за демон прицепился к девочке. Он не спускал с него глаз, следил и думал, как уничтожить паразита. Только темное порождение оказалось в разы сильнее и без труда вычеркнуло Квелда из списка потенциальных угроз. Правда, к пущему разочарованию демона, неугомонный брат вернулся в новом обличье.

Мёрке пожалела, что не забрала гравштайн перед походом в подземелье. Если демон решит вновь напасть, то, скорее всего, одержит легкую победу. Мьюл была права: она ведет себя слишком безответственно. Но атаки не последовало. Натт вытащила кота из холодильника и положила на стол. Ловушки, в которых были заточены бессат морт, отлично справлялись со своей задачей, и два оставшихся духа терпеливо ждали своей участи.

Пока тело кота-химеры оттаивало, Натт рыскала в лаборатории в поисках подходящего материала, чтобы защитить голый живот существа, в который она планировала поместить кристаллы и духов. Желудок со спрессованными костями и утрамбованным мехом был идеальным вместилищем, но более не годился к использованию.

Среди экспонатов Рё’Тена нашелся черепаший панцирь. Некромантка немало повозилась с ним, чтобы отпилить нижнюю часть, затем поместила кристаллы в тело кота, прикрыла хитиновой пластиной и зашила плешивый живот. В свободное время она обязательно наведается к охотникам и выменяет у них на что-нибудь выделанный мех. А пока и так сойдет.

Мёрке прибралась в лаборатории, взяла под мышку дредката, который с каждым разом все меньше походил на кота, и нехотя пошла к себе в башню. Тело зверька все еще было холодным. Прав был Йеден Стаат, нужен кто-то потеплее. Горячий, как… Натт снова подумала о Фирсе Хасселе, и сердце тупо заныло. Жила как-то раньше, считая его мерзавцем, почему нельзя ничего вернуть? Сам стихийник великолепно справляется со своей задачей и ведет себя как обычно, вот только теперь его выходки по-настоящему причиняют боль. Это уже не детские издевки и запирание на ночь в мертвецкой.

Мёрке устало зашла в свою комнату и даже не вздрогнула, когда увидела незваного гостя. Хассел стоял посреди комнаты и тер виски.

— Ты окно не закрыла, — оправдывался стихийник, — прыгал на свой страх и риск. Если оно открыто, это значит, что…

— Ничего не значит, — отрезала Мёрке. — В следующий раз пользуйся дверью. А лучше вообще забудь сюда дорогу.

— Я стучал, но ты не ответила. Пришлось подниматься в бывший зал астрономии и спускаться к тебе оттуда. Слушай, ты же не просто так сегодня приходила? — осторожно начал Фирс.

— Уже не важно. Уходи, — Натт кивнула в сторону лестницы.

— Нет, пока не скажешь, что все это значило и что ты хотела от меня? — Стихийник сделал осторожный шаг вперед.

— Ничего. Сказала же: уходи! — она старалась придать голосу твердости, а сама отступала назад, подальше от пытливого взгляда желтых глаз.

— Мёрке, хватит обижаться. Ты меня отвергла, что я должен был делать? — Фирс сразу пожалел о сказанном, едва увидел злобный взгляд некромантки.

— Мне ты ничего не должен. Но как ты заметил, окно было открыто. Я просила подождать, но ты хотел быстрых ответов. Теперь уже не важно. Ты даже по имени меня не называешь.

— Да потому что имя у тебя дурацкое. Натт, — Хассел скривился, — словно к небу что-то прилипло и ты пытаешься языком это соскоблить. Натт, Натт. Мне нравится звать тебя Мёрке. Давай попробуем заново. Я люблю тебя.

— А как же твоя подружка? — ехидно спросила некромантка, не обращая внимания на очередное признание аспиранта.

— Она для меня пустой звук. Сегодня у нас ничего не было…

— Ох, прости, что помешала. — Мёрке чувствовала, как злость захлестывает ее с головой. Ей хотелось побольнее кольнуть беззащитного мага.

— Зачем ты так со мной?

— А ты?

Долгое молчание. Фирс нервно ерошил волосы и подбирал слова.

— Сегодня у вас ничего не было. А раньше? Когда все это началось? — на самом деле Натт не хотела слышать ответ.

— В тот же день, когда ты меня отвергла, — неохотно прошептал Фирс.

— А я тебя ждала тем вечером, — так же тихо призналась Мёрке.

— Откуда мне было знать?

— Уходи, не хочу больше всего этого. Я правда устала от тебя.

— Нет уж! Прости, но я не уйду. Пока ты не скажешь да. — Он виновато посмотрел на Мёрке и вновь сковал ее тело магией. — Все вокруг правы насчет меня: сначала я делаю глупости и лишь потом думаю, — он медленно подошел к некромантке.

«Ты не позволишь ему!» — вопил мерзкий голос демона, когда стихийник наклонился к самой шее обездвиженной Натт. Его волосы приятно щекотали кожу, а горячее прерывистое дыхание было именно тем, чего Мёрке так недоставало в беспросветном мраке и холоде.

«Я не верю. Ты позволяешь ему!» — демон пытался перекричать бешеный стук сердца и крови в висках. Фирс почти невесомо касался губами шеи Мёрке, но даже от этого на коже словно оставались ожоги. «Он не человек», — проносилось в голове у Мёрке, но собственные мысли сталкивались с науськиванием темного порождения.

«Ты будешь для него одной из. Такой же наивной практиканточкой. У него не срослось с ней, вот он и пришел к тебе».

— Нет! — Мёрке не знала кому адресован был ее слабый возглас: демону или стихийнику, но Хассел не обратил на него внимания и уже добрался до лица Натт.

— Как же шея затекла, — прохрипел Хассел и распрямился, хитро сверкая желтоватыми радужками. — Стоя неудобно, оказывается. Ты такая коротышка. Раньше ты казалась мне выше. Давай передислоцируемся?

Не спрашивая ответа, он осторожно переместил Натт на кровать, все еще не выпуская из воздушных оков, и в один присест очутился рядом.

«Спроси его о девушке, с которой он проводил свои вечера, прежде чем раздвинешь перед ним ноги?» — не унимался голос.

— Фирс…

— Надеюсь, это не очередное «уходи» или «нет, нет, нет»? — передразнил ее маг.

— Та практикантка… Ты же пользовался бедной девушкой.

— Мёрке, у нас с ней был уговор: никакой привязанности. Просто коротали время. — Он завел ее руки за голову и провел пальцами по дорожками вен. — У тебя кожа прозрачная в темноте. Ты как нимфа или русалка.

— Не уходи от вопроса. Это жестоко. Не думал, что нравишься ей, и она согласилась на это в надежде быть с тобой вместе по-настоящему? — с упреком шептала Натт пересохшими губами.

Зря она слушает демона, лучше бы не останавливала Фирса ненужными разговорами. Он же сказал, что любит и уже давно. Можно смириться с его беспросветной глупостью и импульсивностью. Она хочет этой глупости, хочет его всего, но убедительный голос вбивает клин за клином, чувствуя ее неуверенность и страх. Обвивает словно ядовитыми щупальцами актинии и отравляет опасными идеями.