Практическая работа по обитателям болота - Александра Черчень

– Пока не очень приятно. – Руки кикимора скользнули на грудь, смяли, и он дернул ворот, обнажая кожу. – Вот сейчас будет.

– Кик!

– Угу… – неразборчиво отозвался Ла-Шавоир откуда-то из моего декольте. – Юлька, хватит спорить…

Ощутив пальцы, а потом и губы на острых, ноющих вершинках, я закрыла глаза и прерывисто выдохнула, сосредотачиваясь на ощущениях.

Феликс подхватил меня на руки и отнес к постели. Встав около нее, он отпустил меня так, чтобы я томительно медленно скользнула вдоль его тела, ощущая каждую его частичку, каждую мышцу… и одна из них очень красноречиво упиралась мне в живот. Губы помимо воли расплылись в усмешке, а пальцы потерли обруч одного из злополучных браслетов. Лалы пока и не думали покидать мои запястья, но уже совсем, совсем-совсем скоро! И Минавель уезжает, и лалы падут… какая прелесть.

Руки мужчины вновь огладили мое тело, властно сжимаясь то на верхних, то на нижних округлостях. Да, любит Кик мои формы, ой как любит. Помнится, как-то, когда мы лежали в постели и я, как любая девушка, задумалась о том, что стоило бы похудеть, меня щелкнули по носу и строго сказали даже не думать о таком. Ведь я ему безумно нравлюсь именно такой, какая сейчас.

Одежда быстро сползла на пол, не устояв перед опытными руками, а я вздыхала и постанывала от наслаждения, не в силах сдержаться. Все же… было в наставлениях прошлых поколений мужчин что-то мудрое! Примирительные поцелуи и примирительный секс – это восхитительная штука! Ну, или почти секс, не суть.

Утро встретило меня запахом кофе, нежным поцелуем любимого деспота и пустотой в постели. Пока я приходила в себя, Феликс успел сбежать на работу.

День продолжился в суете… Были некоторые вопросы слуг, которые пришлось решить, и мне принесли бумаги с работы, так как планировалось недельное отсутствие психейлога на рабочем месте. Я сидела, разбирала записи и сожалела, что забыла сказать болотнику о том, что меня вполне успешно излечил Айлар Тис. Хотя… во всем надо искать свои плюсы! У меня внеочередной недельный отпуск. Внеочередной и одновременно очередной… каламбур, однако.

Эта пауза мне поможет. Например, в осмыслении…

По сути, буквально через несколько дней падут лалы, и это перестанет так связывать меня и Кика. Ну, а срок адаптации, когда я должна жить в его доме, уже тоже закончился. И, по словам Насти, на моем счете вполне достаточно денег, чтобы не просто позволить себе скромную комнатку, но и не бедствовать. И у меня уже есть стабильная работа. К чему я все это? К тому, что, быть может, стоит перестать настолько зависеть от Феликса Ла-Шавоира. Я не хочу заканчивать с ним отношения, нет, конечно! Но… у нас как-то внезапно оказался пропущен конфетно-букетный период и резко начался не то чтобы семейный… а просто сожительствующий.

В общем, я в зависимом положении. И в свете того, как в последнее время ведет себя мой деспотичный зеленый друг, это стало напрягать и волновать.

Я перебрала пальцами по столу и вздохнула. Решение принято? Вопрос, как теперь сообщить об этом Феликсу… По идее, с такой «благой вестью» лучше не торопиться, а сказать, когда я уже все узнаю про то, какие плюшки мне положены как переселенке, и в идеале найду себе дом. Нужно еще раз встретиться с Настей и узнать у нее все детали, все же кому, как не ей, быть в курсе всей этой волокиты.

Прерывая мои думы, раздался стук в дверь, и появившийся лакей с поклоном сообщил:

– Госпожа, к вам Лельер Хинсар. Просить?

Не успела я ответить, как лакея сзади похлопали по плечу, и, когда парень обернулся, стоящий за ним Лель доверительно сообщил:

– Просить!

– Но госпожа еще не…

– Госпожа уже рада меня видеть! – авторитетно сообщил шут и, ткнув в меня пальцем, добавил: – Смотри, светится от счастья!

Не знаю как там со светом, но я сидела и всеми силами старалась не засмеяться. Ох, Лель, Лель… отрада моей души, в самом прямом смысле этого слова. Одно твое появление рассеивает все тучи дурного настроения. Но черта с два ты об этом узнаешь, самоуверенная твоя блондинистая морда.

– Проси, – хмыкнула я и жестом отпустила слугу. – Все равно его уже никакими способами не выгонишь.

– Мы уже давно про это знаем, – чуть заметно улыбнулся лакей и аккуратно прикрыл за собой дверь.

Лель вальяжной походочкой продефилировал до дивана, плюхнулся на него, закинув ноги в сапогах на низкий столик, и лучезарно мне улыбнулся.

– Если что – я осуждаю твое наглое поведение, – посчитала нужным сказать эпатажному шуту про свое истинное отношение.

– Осуждай-осуждай! Я ж не мешаю, – заверил меня Лельер.

– Поганец, – ласково поведала бессовестному приятелю.

– Я знаю, – кивнул в ответ Лель и, со смаком потянувшись, запрокинул голову и спросил у потолка: – Как же это потрясающе – быть мной! Я несносен, нагл и бессовестен, а ты меня все равно обожаешь!

– Лель, я буду тебя игнорировать! – со смехом сообщила я этому паяцу и спросила: – А ты откуда такой красивый?

Я обвела рукой немного специфический для утреннего часа наряд шута Гудвина. Черная кожа, заклепки, рваная рубашка, сквозь которую светится белая кожа груди. Выражение лица у друга было довольное и даже пресыщенное, невзирая на легкие круги под глазами и сероватый оттенок лица.

– С концерта я. Ночью рок-глас оппозиции «Мрачные цветы» вновь радовал своих почитателей! А потом пил, курил, танцевал и хватал фанаток за разные интересные места. Могу подробно рассказать какие, хочешь?

– Воздержись, – посоветовала Лелю, который оживленно сверкал на меня синими глазами.

– Ну и ладно! Не хочешь – как хочешь, – ни капли не расстроился шут. – Как дела, Юльчик?

– Отлично, – хмыкнула я в ответ и, подавшись вперед, положила подбородок на сцепленные пальцы.

– Прямо-таки? – усомнился светловолосый музыкант и покосился на меня. – А Феликс? Я уж думал – приду утешать рыдающую деву, и тут-то мне и обломится благодарственный поцелуй, а ты меня так разочаровываешь!

– Феликс отреагировал примерно так, как ты себе и представлял, – досадливо поморщилась я. – Но плакать я не буду.

– Вот и молодец. – Лель подобрался и уже серьезно спросил: – Сильно ругался?

– Знаешь… ничего нового. – Я неопределенно повела рукой в воздухе. – Кик в последнее время на диво неоригинален.

Я замолчала, посчитав, что обсуждать с Лельером подробности немного нечестно по отношению к кикимору. Да и вообще, личная жизнь, она на то и личная.

– Полагаю, ерничать не стоит, потому как сейчас мне прилетит в лоб этой милой вазой за иронию и шуточки на тему вакантного места твоего милого-любимого?

– Верно полагаешь, – усмехнулась я и, меняя тему, задала вопрос, который меня уже некоторое время волновал: – Лель, а как в Изумрудном обстоят дела с арендой жилья?