Паломничество в волшебство - Клиффорд Саймак

За спиной Корнуолла послышались шаги. Он обернулся и вскочил. К нему шла Мэри.

— Я потеряла тебя, — сказала девушка. — Ты не против, если я посижу с тобой?

— Ну что ты! Я как раз сторожил место для тебя. — Он усадил ее на камень, потом опустился на землю рядом.

— Что ты здесь делал? — спросила Мэри.

— Думал, — ответил Корнуолл. — Задавал себе вопросы. Размышлял, правильно ли мы поступили, придя сюда, и как нам быть дальше. Разумеется, мы попытаемся отыскать Древних. А затем? А если мы их не найдем? Продолжим ли мы путь, шагая от приключения к приключению, только ради того, чтобы куда-то идти и открывать новое? Сдается мне, — хоть до сих пор нам и везло, — при таком раскладе мы рано или поздно все погибнем.

— С нами все будет в порядке, — возразила она. — Что вдруг на тебя нашло? Мы отыщем Древних, Джиб отдаст им свой топорик, и все закончится так, как должно закончиться.

— Мы далеко от дома, — проговорил Корнуолл. — Быть может, дороги обратно не существует, а если и существует, то отнюдь не торная. Я беспокоюсь не за себя. Мне, по большому счету, все равно. У меня не было другого дома, кроме университета, а он, как ни крути, все-таки не дом, а лишь приют для уставшего путника. Правда, Оливер со мной, пожалуй, не согласится. Он привык к чердаку над библиотекой, где просидел на стропилах чуть ли не всю жизнь… У Джиба — болото, у Хэла с Енотом — их дерево, у Плакси — рудник и мастерская. А у тебя…

— А у меня дома нет, — перебила девушка. — Мои приемные родители умерли, так что меня ничто не связывает.

— Все произошло внезапно, — сказал он, — как бы само по себе, возникло из ничего… Я интересовался Древними. Вероятно, они привлекали меня как предмет научного исследования, тем не менее мой интерес мнился мне неподдельным. Не знаю почему. Я не сумею тебе объяснить, из-за чего меня тянуло к ним. Я изучил их язык, вернее то, что считается их языком. Насколько мне известно, никто в них по-настоящему не верил. Потом я натолкнулся на тот манускрипт с рассказом старого путешественника…

— И решил увидеть все собственными глазами, — закончила Мэри. — Ну и что же в этом плохого?

— Ничего, пока все касалось меня одного. Если бы отшельник не умер и не передал Джибу перед смертью топорик! Если бы Джиб не спас меня от волков, если бы Хэл не был лесовиком и другом Джиба, если бы Плакси не выковал колдовской клинок! Если бы ничего подобного не случилось, то все обернулось бы иначе…

— Что случилось, то случилось, — проговорила Мэри. — В конце концов, сложись все по-другому, мы бы не встретились. Ты не имеешь права винить себя, потому что ни в чем не виноват; к тому же, взваливая выдуманную вину на себя, ты обижаешь своих товарищей. Мы все пошли за тобой по доброй воле. Никто из нас не жалеет о своем поступке.

— А Плакси?

— Ты про то, что он постоянно ноет? У него такой характер, такая манера себя вести. — Девушка положила голову на плечо Корнуоллу. — Брось, Марк. Мы пойдем дальше и найдем Древних, и все будет хорошо. Мы можем даже отыскать моих родителей или хотя бы что-то узнать о них.

— Пока их следы нам не попадались, — сказал Корнуолл. — Наверно, следовало расспросить тех обманщиков из замка, но мы были настолько заняты, что ни на что другое не отвлекались. Вот здесь я виноват точно. Мне надо было поговорить с ними.

— Я спрашивала у них, — прошептала Мэри. — У этого грязного типа с лисьей физиономией.

— И что?

— Родители останавливались в замке, провели в нем несколько дней. Замок окружали псы, но родителей они не тронули. Подумай, Марк: двое людей прошли с миром по Выжженной Равнине — и псы пропустили их. Они где-то впереди, вот почему я хочу продолжать путь.

— Ты не говорила, что спрашивала о них.

— Выражаясь твоими словами, «вы были заняты».

— Они шли с миром, — произнес Корнуолл. — Удивительные, должно быть, люди. Что же в них… Ты помнишь их, Мэри?

— Смутно, — ответила девушка. — Но стоит мне подумать о матери, я сразу ощущаю покой и словно вижу перед собой неземную красоту. Я помню ее лицо, вернее не лицо, а тень лица на фоне какого-то сияния. Отец… Нет, его я забыла. Я люблю их, но не могу вспомнить, за что. Красота и покой — и все.

— Ты в Пустынном Краю, — сказал Корнуолл. — Много миль пройдено, не меньше осталось, еда почти вся вышла, платье — одно на все случаи.

— Я там, где хотела оказаться, — возразила Мэри, поднимая голову.

Он взял ее лицо в свои ладони и нежно поцеловал девушку в губы.

— Рог единорога подействовал, — сказал он. — Оливер, чтоб ему пусто было, не соврал.

— Ах вот о чем ты думаешь!

— Да. Так как насчет рога? Может, ты потеряешь его или выкинешь?

— Посмотрим, — прошептала Мэри, соскальзывая с камня в его объятия.