Слепая надежда - Нидейла Нэльте

От неожиданности выпускаю горошину из пальцев, та катится куда-то под другие столы, Пуся с довольным видом начинает её догонять, подпрыгивая на всех лапах одновременно. Наперегонки с квазикотёнком бросаюсь под столы, с ужасом понимая, что если непонятная «штука» закатится в щель - то и не найду. Успеваю перехватить и с ликованием выдёргиваю у кошки из-под носа. Высыпаю в камин какие-то тени для век, освободив коробочку, кладу находку туда и возвращаю в тайник вместе с книжкой. На сегодня достаточно.

Возвращаюсь в спальню, сижу какое-то время на тёплом ковре у камина, обдумывая. Нужно будет еще раз перечитать, когда первое впечатление уляжется. Так странно всё. И почему Иллариандр ничего мне не рассказывает?

И «штука»... Иллариандру двадцать шесть, а корабль прилетал лет десять назад. Если точнее, подсчитываю - одиннадцать, как инопланетян не стало. Какая такая «штука пришельцев» почти за пятнадцать лет до этого?!

И мужчины. Конечно, я могла не успеть с кем-то познакомиться, но мне казалось, всю делегацию представили в первые же дни.

Вдруг стреляет. Марис! Дарсаль сказал, он в загородном, но в Йоване Марис часто бывал со мной и даже обмолвился, что с радостью будет охранять меня впредь. Возможно, конечно, его неожиданно перевели, но что, если именно его пришлось оставить? Помню, высшие леди были словно недовольны, может быть почему-то потребовали Слепого? Неужели Иллариандр согласился?

Ох, ну как же дорого я ему обошлась!

Какое-то время пытаюсь уговорить себя подождать до утра, но понимаю, что не могу! Хочу узнать, хочу, чтобы Дарсаль разубедил!

Бросаюсь к нему, обещаю себе только проверить, не спит ли он - но разве ж проверишь? Едва появляюсь, тут же привстаёт в кровати, и, не удержавшись, огорошиваю его вопросом:

- Марис там остался, да?!

Дарсаль

- О чём вы, моя госпожа? - спрашиваю спокойно, не могу решить, что приличнее при императрице: вставать полуголым, или продолжать лежать. Ноэлия пугается, но мой тон действует, синяя аура тут же приходит в норму.

Что же ты там нашла? Записи какие-нибудь? Не хочу знать.

Хочу, конечно. Безумно. Но ведь придётся докладывать императору.

- Я долго думала и сопоставляла, - Ноэлия опускается на край кровати. - Скажи правду, пожалуйста. Марису пришлось остаться?

Киваю. Чего уж скрывать.

- Но почему?

- В Йоване всегда остаётся доброволец.

- Слепой?

- Нет. Обычно нет.

- А кто должен был стать добровольцем?

Аура всплывает сразу же, напрягаюсь, чтобы вспомнить и имя.

- Тибер Тинг.

- Что-то знакомое, - бормочет Ноэлия. Откуда? Удивляюсь, машинально пытаюсь найти невостребованного добровольца - нащупываю в одном из дальних графств... А ведь действительно!

- Точно, - соглашаюсь. - Он тоже был предоставлен графством Вейлис, как и победивший на соревнованиях Гвер Тинг.

- Родственники?

- Братья.

- Расскажи мне об этой графине, - тон Ноэлии становится деловым, сосредоточенным. Пытаюсь собрать то, что знаю. Всё-таки встаю, запахиваюсь в халат.

- Аура тёмная, немного необычная, в ней что-то от аур ментальщиков, ассоциации с тёмным зеркалом. Но прочие вкрапления вполне стандартны и просматриваемы, среди ментальщиков не числится и их возможностями не обладает, даже наоборот, совершенно не восприимчива к ментальному общению.

- Спасибо, - ясная линия кивка. - А что-нибудь более... повседневное?

- Графиня Самантия Вейлис живёт с престарелой матерью Данной, - усмехаюсь, подбросив дров в огонь. - Отец умер несколько лет назад, несчастный случай. Император Андрилиар пообещал покровительство его вдове и дочери, Иллариандр продолжает исполнять обязательства своего родителя.

Радуюсь, что иногда на сборах командир читал нам лекции о наиболее значительных людях государства, знакомя с их аурами.

- Графы это же родня, правильно?

- По большей части, - отхожу к окну, размышляя, не вывести ли Ноэлию из спальни? Приходится успокоить Стражей, выпускающих настороженные омаа - мол, не спится императрице, снова нервничает и пытается разобраться в устройстве собственной страны.

- Откуда? Императоры же не могут иметь внебрачных детей, иначе зачем бы им ездить в Йован. А жён выкупают и забирают из семей.

- Большинству графских семей уже по нескольку веков. Раньше было не так тяжело, дочери императоров иногда рожали, и у кого-то из повелителей даже имелся младший брат. Но с течением времени найти подходящую невесту всё сложнее, а родственников всё больше названных, а не кровных. Некоторые графы - и вовсе семьи наместников, испокон веков приглядывавших за владениями и получивших императорскую милость. Я думаю, когда вы продолжите занятия, постепенно обо всём узнаете.

- Продолжу, - лёгкая волна не то смущения, не то недовольства. - Но ведь есть же ещё дальние родственники? Как те же Брон. Не графы.

- Очень дальние. С очень длинными родословными с незапамятных времён.

Лия кивает, возвращается к первоначальной теме:

- Что там с Вейлисами?

- Эра Вейлиса сначала сделали бароном, ещё дед вашего мужа, за какие-то заслуги. А потом отдали ему опустевшее на тот момент графство.

- За какие такие заслуги? - подозрительно уточняет Ноэлия. Пожимаю плечами - чего не знаю, того не знаю.

- О заслугах не всегда трубят в трубы. Признание императора - наивысшая награда, не подлежащая сомнению.

Ноэлия молчит недолго, обдумывает.

- Почему же остался Марис?

- Таким было условие высших леди на этот раз.

- И как я могу доверять тебе, Дарсаль? - спрашивает тихо, слова выжигают следы в омаа, падая тягучими сгустками в душу, только и остаётся снова и снова уплотнять. «Доверяй мне, Ли!» - хочет кричать сердце, и оно же предостерегает: «Не доверяй мне. Ли».

- Будьте осторожны, моя госпожа, - отвечаю, отворачиваясь. Я и сам себе уже не доверяю.

Ноэлия

Слова моего Стража снова отрезвляют, уже в который раз. Примчалась тут среди ночи, вопросы подозрительные задаю! А ведь без его поддержки, наверное, остальные давно бы заинтересовались!

Борюсь сама с собой, так хочется рассказать о записной книжке, о Маларии! Но его фраза звучит словно предостережение. А вдруг он догадался, я же как последняя идиотка выясняла про тайник?

- Спасибо, - отвечаю, почти хочу, чтобы спросил... ведь тогда буду точно знать, что догадался. И бояться ещё больше - того, что помчится докладывать. Но он молчит.

Поднимаюсь, ухожу.

- Вы не будете мне больше читать? - настигает у самой двери вопрос. Замираю. Оборачиваюсь.