Работа для ведьмака - Наталья Алексина

— Солдатам, напомните, что Олмер лишь чиновник. Приказы на заставе отдает комендант, — по-старчески кашлянув, Четон продолжил: — Фарун, сделайте все, чтобы наши люди поднялись. А завтра отправитесь с Боном и скертанцами.

— Зачем? Вряд ли я буду полезен, если не восстановлюсь.

— Ты не будешь полезным, если тебя вдруг убьют, — отрезал он. — А так, проследишь за Боном, посмотришь, что он делает, и будешь подальше от нашего дорого королевского гостя.

— Вы считаете Олмер и скертанцы… — начала Нея.

— Я ничего не считаю, — сказал комендант и чуть понизил голос. — Но у той заварушки, что произошла, была одна цель — устранить ведьмака. Пока наш Фарун не пришел, никто не начинал драку. Хотя кулачные бои раньше шли как простой спарринг, без особой помпы и зрителей. И амулет был приготовлен заранее. Да такой, что не каждый маг может снять.

Эзра нахмурился. У него не было времени обо всем подумать, но со словами коменданта сложно было не согласиться. Слишком все подготовлено.

— Зачем им меня убивать?

— Ты сильный ведьмак, — комендант посмотрел на него с примесью злости. — Но дурак. Зачем ты туда пошел?

Этот вопрос парень пропустил мимо ушей.

— Чтобы изменилось, если бы меня не стало?

— Не знаю, но выясню.

В воздухе повисли новые вопросы. И почти все они вели к причине, по которой вообще на этой заставе начало происходить что-то из ряда вон.

— Это может быть связано с камнями, — сказал Эзра.

Но ему никто не ответил. Нея сосредоточенно рассматривала снег под ногами, а комендант поморщился.

— На заставе я полезнее, чем где-то в лесу, — проговорил ведьмак. — Поездка ничего не даст.

— Ты со мной споришь? — комендант прищурился. — Я могу посадить тебя в кандалы за драку! Что и надо сделать! Тебя дурня, чуть не убили свои же! А ты собираешься остаться, хотя даже не знаешь, кто в этом замешан.

Эзра пожал плечами. По его мнению, находясь на заставе, он мог сам все выяснить. Хоть и шпионские игры его никогда не вдохновляли, но любой маг способен прощупать, напугать или просто надавить на человека так, чтобы тот стал откровеннее.

— Олмер не отпустит ведьмака, — сказала Нея, все еще рассматривая снег.

— Это предоставь мне, — ответил комендант. — У нас нельзя ходить по одному. Идите, лейтенант. Ведьмака доставьте к покалеченным и раздайте ружья. Почему-то, мне кажется, что скертанцы могут вернуться, даже если мы их отпустим. Что-то с этим всем нечисто.

Эзра посмотрел на Нею, которая кивнула, также не поднимая глаз, а потом потянула ведьмака к казармам.

Лазарета как такового на заставе не было. Койки с ранеными отгородили толстой шторой в самом конце просторного помещения с кроватями. И на них лежали четверо основательно потрепанных солдат. В том числе Каспин, у которого теперь была сломана не только рука, но и нога.

Уже умытый и чуть-чуть посвежевший Эзра сразу зашептал заговоры, чувствуя, что чем больше он использовал силу, тем быстрее действовало зелье. Как обычно, бысрая кровь и магия способствовали выздоровлению, правда, тело уставало быстрее.

Но вскоре ведьмак мог свободно передвигаться и даже поворачивать солдат на бок. Харт все равно осталась, она так и продолжала помогать. При этом ни одного слова, ни жеста, даже лишнего взгляда в сторону Эзры она себе не позволила. А ушла, когда ведьмак все доделал и сам лег на первую попавшуюся кровать.

Ему не мешало бы сразу уснуть, чтобы хорошо восстановиться перед завтрашней дорогой. Но в итоге через десять минут он заставил себя проверить Милкота и достать заготовленные зелья.

Нею он нашел в оружейной. Она в одиночестве проверяла ружья и боеприпасы.

— Рада, что ты уже на ногах, — не оборачиваясь к двери, сказала она, как только Эзра вошел. — Но лучше бы ты шел спать.

— У меня для тебя сюрприз, — он обошел ее и встал напротив. — Я сварил для тебя зелье. Теперь голова не будет болеть.

Он протянул фиал, но Харт лишь скользнула взглядом на бутылочку, зато с прищуром посмотрела на ведьмака.

— Спасибо, — через силу сказала она и тут же вернулась к ружью, что держала в руках.

— На здоровье, — сказал Эзра. — Как я понимаю, поцелуя я не заслужил.

— Ты заслужил кандалы. Наш комендант был прав.

— Ты злишься.

— Нет, — она действительно посмотрела на него без каких-либо эмоций. — Я предполагала, что этим все закончится. Дракой или выпивкой, потому что тебе правила и устав безразличны, и разговорами о том, какому сопляку дала Харт и сколько раз. Надо было быть умнее и не связываться с тобой. На заставе слишком любят полоскать в грязи мое имя.

— И кто это все говорит?

— Пойдешь бить им морды? — уточнила она, откладывая ружье на деревянный стол.

Эзра, честно говоря, был растерян. Он не думал о сплетнях, а в глубине души считал, что их надо просто не слышать. И сейчас не представлял, как действовать. То ли надо извиниться, хотя не совсем понимал за что, то ли сказать, что вокруг взрослые люди, или все же предложить забыть об этих глупостях.

Только больше всего ему хотелось поцеловать Нею и пойти спать, желательно в ее постель. Но о таком при виде совершенно спокойной и строгой, почти чужой женщины вслух мог сказать лишь самоубийца.

— О том, что ты хотел подраться со Свеном, знали все, даже комендант. И вопрос «зачем» он тебе задавал из упрямства, а не потому, что не знал. Но вот мне все же любопытно услышать ответ. Зачем ты вызвал Свена на бой?

Ведьмак не знал, как объяснить ни ей, ни себе то, что он ощутил, когда Нея улыбалась скертанцу. Или что ему почудилось, когда они провели наедине в кабинете двадцать минут.

Простое слово ревность здесь не подходило. Потому что когда улыбка, которой он так упорно добивался, адресовалась какому-то проезжему северянину, Эзра чувствовал, как от него что-то отпиливают ржавым ножом.

Ведьмак, как и Нея, сложил руки на груди. У него не было сил шутить и делать вид, что его ничего не задевает.

— Я думала, ты понимаешь, что мне не нужны проблемы. И если на слухи можно закрыть глаза, то на драку нет… Скажи, таким образом, ты заявил какие-либо права на меня? — она сделала паузу, но Эзре нечего было сказать. — Хочу чтобы ты знал. Если я захочу остаться со Свеном, я так и сделаю, независимо от того кто и кому набьет морду.

— Конечно. — Эзра криво улыбнулся. Сил его больше не было смотреть на это жесткое лицо. — Как определишься, кто будет прибегать к тебе по щелчку пальцев, скажи. Дам тому герою пару советов, как быть твоим теплым ковриком для ног.

Лицо Неи застыло, а Эзра поставил зелье рядом с ружьем и вышел.

Завтра он с радостью поедет за скертанцами, или за волками, или за кем бы то ни было, на кого укажет комендант.