Эксплеты. Совет Девяти - Ирина Фуллер

– Это какие ж?

– Тьфу ты, что за баба упертая!

В конечном итоге Ворон все же получил свой заказ и ушел. А Омарейл задумалась, сколько Северов могло жить в Успаде.

Она рассказала об увиденном Дарриту, и тот, не откладывая, пошел знакомиться с Лисицей.

Лиса оказалась хозяйкой заведения (что, видимо, объясняло занавески и цветы в столь угрюмом, невзрачном помещении). Она охотно – особенно после того, как Даррит полюбезничал с ней, открыто глядя в глаза, – рассказала, как все устроено в этом городе. Другой назвал бы это сплетнями. Омарейл, что, навострив уши, сидела рядом с беседующими, назвала бы это информацией.

Успад был не очень крупным городом, большинство работало либо в тюрьме, либо в заведениях, обслуживающих жителей: пекарнях, почтовом отделении, госпитале. Большая часть жилых кварталов представляла собой выстроившиеся в длинные очереди одноэтажные дома. А ближе к тюрьме, находившейся за пределами города, был возведен квартал для тюремщиков. Это были многоквартирные дома в два-три этажа, жилье там можно было получить бесплатно, отработав пять лет в успадском изоляторе. У местных квартал получил название Кострище, так как все постройки там были деревянными. Пока пожары миновали район, но горожане постоянно судачили о том, что, вспыхни где искра, погорят все.

Заправлял всем Патер Север Бордора, который полностью соответствовал своему статусу, став отцом для Успада: справедливым, но строгим, заботливым, но требовательным. Он обитал в Нижнем городе, там, где длинные улицы сплошь состояли из простых каменных домиков. Его жилище ничем не отличалось от соседних, если только было еще более аскетичным. Жены и ребенка у Бордоры не было, его единственным детищем был город.

Работал Патер в здании городской управы на Центральной улице. Там же при нем трудились те, кто исполнял его волю.

Даррит тут же поинтересовался, не было ли в управе какой-то работы. Он так складно рассказал придуманную принцессой легенду, что та готова была поверить в нее сама.

– Ох вы, бедные мои, – покачала головой Лиса.

Женщина таинственным для Омарейл образом сочетала в себе мощь – впечатление силы во многом создавалось крепким телосложением – и добросердечность. Светлые глаза лучились заботой.

– Я поспрашиваю, постараюсь что-нибудь найти, – уверенно кивнула она, и не было сомнений в искренности ее слов. – Вы где остановились?

– Пока что в «Кабаньем ухе».

Лиса всплеснула руками и заверила, что узнает, где поблизости сдаются комнаты. Они с Дарритом договорились о встрече на следующий день.

– Приходите завтракать сюда, – велела женщина тоном, не терпящим возражений. – В «Кабаньем ухе» я бы даже свинью кормить не стала.

От такого предложения было трудно отказаться.

– И что теперь? – спросила Омарейл, когда они вышли из таверны, которая так и называлась – «Таверна».

Даррит задумчиво осмотрелся, подставляя лицо морозному воздуху.

– Ничего. Прогуляемся.

Омарейл поежилась. Гулять не хотелось, но делать все равно было нечего.

Принцесса быстро перестала ориентироваться в одинаковых улицах, а вот Даррит, казалось, шел к какой-то конкретной цели, прекрасно зная, где нужно свернуть, а где – пройти вперед.

И вот они оказались перед приземистым зданием с высокой крышей, на большой деревянной вывеске выцветшая надпись гласила «Успад».

– Это вход в город? – уточнила Омарейл.

– Можно и так сказать. Это вокзал. Вы когда-нибудь видели поезда?

Зрелище оказалось великолепным и пугающим. Люди замерли на платформе, разглядывая приближающуюся грохочущую махину. Из трубы ее валил густой дым. В момент, когда локомотив рассек пространство прямо перед Омарейл, она отшатнулась и схватила Даррита за локоть. Он мягко усмехнулся. Она не видела и не слышала этого, но отчетливо почувствовала.

Поезд наконец остановился, многочисленные двери купе начали открываться, из них на перрон выходили пассажиры. Кто-то просто шел к зданию вокзала, чтобы попасть в город, кого-то встречали с объятиями, радостными криками и поцелуями.

Омарейл начала глубоко дышать, ощущая, как яркие эмоции сотни людей начали влиять на нее.

– Уйдем, – прошептала она.

Даррит кивнул, но увел ее не с вокзала, а только с платформы. Они вошли в само здание станции, где было не так людно. Оставив принцессу рядом со скамейками, он, убрав руки за спину, начал прогуливаться мимо касс, заглядывая в окошки.

Пока Норт изучал сотрудников вокзала, чтобы, как быстро догадалась Омарейл, получить возможность купить билеты на поезд без паспорта, Омарейл начала читать оставленную на скамейке газету.

Разумеется, визит принцессы Севастьяны и господина Советника был главным событием. Неделю назад их кортеж торжественно проехал по Центральной улице, все жители города собрались, чтобы поприветствовать пару. Жених и невеста успели побывать в местном театре, посетили тюрьму, провели встречу с высшими чинами и, конечно, уже трижды ужинали с Патером.

Омарейл задумалась о том, каковы были шансы случайно встретиться с сестрой и Бериотом. Мысль одновременно прельщала и пугала ее.

Но затем ее внимание привлек заголовок «Покажите нам принцессу».

«Вести Успада» сообщали, что в Ордоре появилась группа людей, требующая показать им принцессу Омарейл. Ставилась под сомнение сама формулировка предсказания, задавались вопросы: что значило «Покуда ни одна живая душа не увидит ее лица»? Нельзя ли было просто надеть девушке маску? И как следовало понимать слова «Покуда стена разделяет ее и Ордор»? Не довольно ли было стеклянной стены?

Разумеется, эти вопросы не раз обсуждались в Орделионе. Во многом от послаблений отказались в целях безопасности. Высказывались опасения, что могли найтись желающие устроить беспорядки в стране. Выводить принцессу в люди, скрывая лицо лишь маской, значило давать этим людям возможность воплотить свои планы. Позволять себе любые трактовки предсказания, кроме принятой, значило соблазнять врагов королевства. Сейчас Омарейл понимала, что эти идеи в первую очередь шли от Совы, и она мастерски, при помощи своего дара, убеждала в своей правоте всех окружающих.

– Что пишут? – спросил Даррит, присаживаясь рядом.

– Высказывают сомнения, что я существую. Просят предъявить доказательства.

– Какое совпадение, что именно сейчас Король не может этого сделать… – многозначительно произнес собеседник.

– Думаете, это тоже работа Совы?

– Я не помню ничего подобного, – он указал на газету, – в предыдущие годы.

Омарейл вздохнула:

– Надеюсь, наш план действительно сработает.

Даррит задумался.

– Возможно, действия госпожи Дольвейн пойдут на пользу и нам. Совету Девяти нужен повод, чтобы провести голосование. Вот это, – он кивнул на статью, – им и станет.