Сердце академии магии - Наталья Владимирова

– Она же наносит вред студентам.

– Так пусть включают голову. Именно об этом я тебе и говорю. Академия – это подготовка ко взрослой жизни, в которой еще и не такие крысы встретятся о двух ногах. Важно научиться их определять и обезвреживать самостоятельно. Здесь многие устои базируются на этом принципе. – Женщина похлопала меня по спине, при этом ласковые удары чуть дух из меня не выбили. – Иди трапезничай. И подумай над моими словами – почаще включай голову.

Медленно двигаясь вдоль рядов пустых столиков, я вспоминала каждый совет, данный Крысой. Вроде и придраться не к чему, но и, оступившись, в беде оказаться недолго. Хорошо же развлеклась зверушка за мой счет. Прав был Эрай: нельзя быть такой доверчивой. Самой от себя противно. Теперь понятна столь сильная неприязнь Сноба ко мне. Я редко включаю голову, а подобные болванчики вредят не только себе, но и окружающим.

– Скажи, Майк, – отвлекла я друга от еды, присев за наш столик, – к тебе хоть раз здесь, в академии, приходила такая лысая крыса? Говорящая. С хвостом-перископом?

– Держись от нее подальше.

– То есть ты знаешь про нее? Она с тобой тоже пыталась подружиться? И ты…

– …послал ее в пеший тур.

Что и требовалось доказать. Умные студенты не связываются с предателями, чуя их за версту. И как я раньше не замечала, что совершенно не разбираюсь в людях? И в зверях тоже, эх.

К себе я возвращалась в еще худшем настроении, чем была прежде.

– Эй, Даш, пойдем сегодня в кабак? Выпьем, расслабимся, поближе познакомимся, – встретили меня на лестнице две первокурсницы, которых я видела на занятиях, но пообщаться не доводилось. Такие же попаданки, как и я, долгое время сторонились всех, пока не нашли друг дружку. – Парни с третьего курса приглашали, такие милашки, просили девчонок составить компанию. Пойдем? Должно быть весело.

Не пообщайся я вчера с Крысой, не задумываясь согласилась бы. Ведь это такой шанс сблизиться с иномирянами, которые в обычное время не особо идут на контакт. Но судя по тому, с каким энтузиазмом нечестная животинка ратовала за эту вылазку из замка, для нарушителей явно приготовлен сюрприз.

– Вы же знаете, что нам нельзя покидать академию. Даже проявленный дар стабилизируется год, а уж с непроявленным тем более запрещено находиться на улицах города.

– Ох, вот зануда! Мы ж всего на пару часиков, до утра успеем вернуться. Печати для входа есть, светиться не будем.

Я покачала головой и продолжила подниматься по лестнице, а девчонки, не сбавляя громкости, принялись обсуждать некоторых трусишек, не смеющих без личного разрешения ректора и шагу ступить. Впрочем, цели их разговоры не достигли. Не ощущала я обиды или чувства оскорбления. Во мне в тот момент жила уверенность в правильности поступка.

За обедом и ужином я наблюдала, как иномиряне собирались кучками, обсуждали будущую вылазку в кабак и дружно предвкушали приятный вечер. С одной стороны, меня радовали попаданцы, которые наконец начали сплачиваться благодаря вынужденной каникулярной изоляции. С другой – чувствовала тревожность из-за подозрений, что в организации попойки замешана Крыса с дурными намерениями.

Предупреждать народ не было смысла. Скорее всего, мне бы просто не поверили. Кроме того, правила знали все и нарушать их собирались сознательно. Так повинна ли Крыса в разжигании соблазна? Или, как сказала стряпуха, следует включать хоть иногда и свою голову?

Однако все сомнения, как следует поступить, рассеялись, стоило войти в комнату и обнаружить на столе кулек с гостинцами и треугольный конверт плотной желтоватой бумаги. «Попаданке Даше, аховой магине» – гласила надпись на письме. А внутри – всего несколько слов, нацарапанных корявым детским почерком: «Беда! Ты нужна нам. Помоги! Ждем в «Подкове».

Это точно кто-то из деревни Ахово – больше меня никто так не называл. Да и засахаренные фрукты с орешками могли передать только аховцы – других знакомцев у меня на Гзоне нет. Что же у них произошло? Судя по письму, им срочно требовалась помощь.

Я-то понимала, что толку от меня ноль, но тому, кто просит о встрече, важно мое присутствие. Поэтому пойти необходимо, несмотря на бесполезность затеи. Даже с риском подставиться.

Хорошо, что мне известно про готовящуюся ловушку для студентов. Плохо, что более конкретная информация, увы, недоступна.

Кажется, как раз о «Подкове» говорили Молли и Мила, собираясь встретиться сегодня вечером с парнями? Я бросилась к девчонкам, звавшим меня с собой. Крыса и предостережения друзей вылетели из головы, уступив место тревоге за аховцев.

На мое счастье, подружки до сих пор прихорашивались у зеркала, взахлеб обсуждая внешние достоинства студентов, пригласивших обеих в кабак.

– Я передумала! – задыхаясь, сообщила прямо с порога.

Первокурсницы завизжали от радости. Как выяснилось, женский пол проявил больше осторожности, нежели мужской, и пойти на встречу, кроме меня, не согласилась ни одна попаданка.

– Ты молодец! – восклицали девчонки и хлопали в ладоши. – Не пожалеешь! Мы только туда и обратно. Надолго не задержимся.

Из замка вышли беспрепятственно. Никому не было дела до трех девиц, с оглядкой выскользнувших за ворота. Кабак с вывеской в виде огромной подковы тоже нашелся на удивление быстро. Единственной неприятностью оказалась погода – зима вступила в свои права. Мороз беспощадно щипал за щеки и нос, а колючий ветер со снегом сшибал с ног. Если бы не письмо с призывом о помощи, ни за что не покинула бы замок в такую вьюгу.

Внутри кабака нас ждали. Парни заняли несколько столиков, сдвинув вместе, и, завидев нас, радостно замахали руками. Жар помещения позволил быстро отогреться и прийти в себя, а аппетитные запахи подняли настроение. Я почувствовала себя увереннее.

Компания подобралась на редкость приятная. Ребята без умолку болтали, весело шутили и щедро угощали не только выпивкой, но хорошей закуской. Молли и Мила стреляли глазками и флиртовали со всеми подряд. За столом царила атмосфера беззаботности и наслаждения жизнью. Одна я сидела как на иголках, постоянно высматривая в новых посетителях кабака знакомых из деревни Ахово.

Увлеклась ожиданием настолько, что, ощутив на плече огромную ладонь Вельса, подскочила от неожиданности.

– Ты к кому, чернь, пристаешь! – тут же среагировали парни за нашим столом. – А ну, пошел вон!

– Все нормально, ребят, это мой знакомый. Я отойду ненадолго, хорошо? – затараторила я, боясь, что недоразумение перерастет в драку со вспыльчивым Вельсом.

Но качок меня удивил: на студентов даже не глянул – обхватил меня за плечи и отвел в закрытый ширмой закуток.

Глаза с трудом привыкали к полумраку – то ли из экономии, то ли по причине отсутствия острой необходимости, но ни свечей, ни светляков здесь не было. Вельс усадил меня за маленький столик и указал пальцем в угол. Только тогда я смогла разглядеть сидящую рядом женщину. Замотанная в серые ткани, она почти сливалась со стеной из потемневшей от времени древесины. Лишь неестественно белое лицо да горящие на нем лихорадочным блеском глаза выдавали живое существо.