Святой Грааль - Юрий Никитин

Карганлак медленно раздвинул каменные челюсти, проревел:

— Снова ты, мой Древний Враг?

— Давно не видел тебя, Карганлак, — сказал Олегвместо приветствия, ибо не желал здравствовать такому противнику.

— Зачем Древний Волхв в страну хазар пришелснова? — произнес Карганлак.

Олег ответил сумрачно:

— Была у собаки хата. Дождь пошел — она сгорела. Где тывидишь страну хазар?

Карганлак люто топнул ногой:

— Это наша земля!

— Была у собаки хата, — повторил Олег. —Северные земли Хазарского каганата отошли к северным князьям, восточные —захватили печенеги и половцы, южные... Но ты ведь не о старых временах пришелговорить? Я повспоминаю с удовольствием, но зачем тебе бередить рану?

Карганлак смотрел исподлобья, сердце бухало в груди часто,нагнетая горячую кровь. Он был уже походным вождем, когда столкнулся с этимволхвом, волхвом-отшельником. Его пещера была разрушена, брел через хазарскиестепи куда-то на юг, надеясь стать, как он объяснил, пустынником. Обадия к томувремени как раз признал Истинного Бога, сжег племенных богов — объявил ихидолами, — и для торжества нового Бога велел связать пустынника, принестив жертву. Но по дороге к стойбищу волхв сумел освободиться, зарезал пятерыхсильнейших воинов, украл лучших коней, а многочисленную погоню перебилстрелами, утопил в болоте. Карганлак догнал его с десятком молодых сорвиголовлишь на пятый день! Уцелел один он, но раны от двух стрел даже теперьнапоминают о себе в плохую погоду...

— Ты отдашь остальных, — сказал он резко. —Сам можешь уходить. Мы, враги, но я почему-то не чую вражды. Ты видел величиеХазарского каганата, его славу! Уже потому не хочу тебя убивать.

— Хорошо, — согласился Олег. Он пристально смотрелв неподвижное лицо Карганлака. — Отдам всех, но коня и вещи могу отобратьсебе сам?

Карганлак кивнул, в глазах было безмерное удивление, потомспохватился, добавил:

— Не все. Коней бери хоть всех. Вещи — тоже. Кромеодной небольшой чаши.

— Она не золотая, — произнес Олег медленно, он неспускал глаз с лица Карганлака. — Не серебряная даже... Зачем она тебе?

Карганлак тяжело сдвинул огромные плечи:

— А тебе?

— Важна для моего друга. Святыня его веры! Но у тебявера другая.

Карганлак сказал резко:

— Повергая чужих богов, утверждаешь свою!

— Уже слышал такое... Но, повергая чужие святыни,бросаешь грязь в лицо своего бога. Ты повергал славянских, норманнских,багдадских, ромейских... Но уничтожил лишь бога в себе.

— Чашу я оставлю, — отрезал Карганлак. —Остальное бери!

Олег кивнул с печалью в глазах:

— Понятно. Скажи, кто натравил тебя на двух одинокихстранников? Мы в ловушке, можешь говорить смело.

Карганлак пристально смотрел на старинного врага.Разрисованное лицо дергалось, губы вытянулись в тонкие линии, блеснули острые,как у волка, зубы. Ему явно хотелось сказать, бросить в глаза этого волхваужасную правду, увидеть страх в лице Древнего Волхва, но то ли вспомнил какоднажды тот ушел, будучи уже связанным, то ли удержало что-то иное, ноКарганлак лишь прорычал:

— Натравить можно пса. Я — великий вождь, мою жизньохраняют сами боги!

— Да, — согласился Олег без тени насмешки, —ты великий вождь. И племя у тебя великое... Не очень многочисленное, правда.Сотня наберется? Десять лет тому их было тысяча. А двадцать — десять тысяч.Сколько их будет всего через год?

Карганлак стиснул каменные челюсти, с трудом удержался, егопальцы уже шарили по поясу. Он сказал глухо:

— Достаточно одного героя, чтобы дать начало новомународу. Ты знаешь.

— Знаю, — согласился Олег. — Если герой —герой, а не зверь. Глаза Карганлака вспыхнули, он прорычал:

— Пока я жив, хазарский народ существует!

— Даже боги умирают, — сказал Олег.